Цветок мятежного князя (СИ) - Кенли Мэри - Страница 66

Но теперь Вейян готов ко всему. Я рассказала ему даже об этом, и, судя по усиленной безопасности поместья — князь более чем готов защищаться. Но мне всё равно неспокойно.

В дораме та резня навсегда изменила Лунцзи. Император умер, а вместе с ним погибли и многие принцы. Хао Вейян лишь чудом пережил смертельную опасность и повёл войска на столицу… Их ждали новые схватки с людьми императрицы, которая в то время пыталась угрозами заставить совет побыстрее короновать пятого принца. Но все понимали: маленький император уже ничего не изменит. На пороге Луна стоит истинный правитель, который скоро возьмёт своё.

«А чем в то время занимались Цзенлан и Сюнин?» — задалась я невольным вопросом.

Наследник… Он помогал отцу. Цзенлан не был великим воином, но из него вышел ответственный координатор. Он был вдумчивым, хорошо анализировал происходящее и (если отринуть юношескую импульсивность) оставался довольно разумным человеком.

Хао Вейян сознательно удерживал сына подальше от поля боя. Возможно, по той причине, что боялся потерять его…

А вот Сюнин оставалась в защищённом месте. Так же, как и я сейчас… Кажется, в ту пору она уже была беременна, потому за ней присматривали особенно строго. И всё же, каким-то чудом Сюнин похитили.

Я нахмурилась, пытаясь вспомнить подробности той истории. Нет… Её правда украли? Но каким образом и чем всё закончилось? Совершенно не помню.

Я знаю одно: сегодняшняя ночь будет нестерпимо долгой. Охранники на улице точат мечи, готовят стрелы, наши окна закрыли ставнями. Пальцы Шии дрожали над вышивкой, оставляя дорожку из кривых стежков. Я сидела у окна, сжимая пальцами талисман удачи.

Давай же, Хао. Давай переживём эту ночь, Кровавый князь, ведь с рассветом нового дня… В Луне воцарится новая власть.

Небесный город.

Небесный город застыл. Смолкли птицы в садах, утих привычный стрёкот насекомых, а люди… Люди забивались по углам, закрывали глаза. Прятали в рукавах острые клинки и дрожали, боясь лишний раз пошевелиться. Лишь холодный ветер удушающе-тихо выл за окнами, раскачивая потухшие фонари.

Император Яней Цзинь лежал на роскошной постели, пустым взглядом уставившись в окно. За ним не видно ничего — только чернота летней ночи. Но Его Величество всё равно вздрагивал, впиваясь ломкими ногтями в царапины на своих руках. Когда он надавливал пальцами на раны — боль в теле казалась почти незначительной. Яней знал: там, под кожей, пылает смертельная лихорадка, которая уже пронзила его органы. И привкус крови на губах совсем не случайный… Его Величество медленно умирал, пока эта ночь высекала последние искры на чьих-то жизнях.

Резня. Яней сам приказал устроить её сегодня. Это напоминало извечный погребальный обряд предков: когда-то правители Луна перед смертью составляли список всех своих приближённых. Те, кто служили верой и правдой. Те, кто отправятся с императором в последней путь. Каждый пункт из списка должен быть соблюдён… И правитель не будет одинок в своём посмертии.

Яней Цзинь не стал этого делать. Резня — нечто куда более дикое и неукротимое. То, что запомнят лучше любого обряда… Он знал, что в эту безумную ночь императрица обезглавит его детей. Кого именно? Судьба покажет.

Возможно, это будет самолюбивый старший принц, или алчный второй… Яней на мгновение прикрыл глаза. В голове помутнело, а больные воспоминания из прошлого поднялись со дна.

Раньше и он был таким принцем. Не властным, не сильным, но забитым и болезненным. Яней знал, что отец никогда не оставит ему трон. В таком случае следует просто… Убрать иных кандидатов.

— Лиян… — прошептал император, шумно вздыхая.

Его хрупкая, жестокая, неимоверно прекрасная жена. Именно её коварный разум вознёс его к трону. Именно её тонкие пальцы сплели смертельные заговоры для многих: братьев, сестры, отца и даже для генерала Вейяна.

Яней не любил вспоминать их смерти. Они всегда казались ему пугающими, грязными… недостойными. И ему не нравилось осознавать главное: именно он допустил их гибель. А сейчас эта резня — лишь отражение тех жутких времён.

— Хао… Вейян. — голос императора на мгновение окреп.

Он не слышал чужую поступь, скорее почувствовал Его присутствие. В колебании свечей, в шуме буйного ветра за окном и в ледяной угрозе, что повисла над шеей острым клинком.

— Дядя. — бесстрастный голос князя прозвучал совсем рядом, пробирая до дрожи. — Ты хотел меня видеть?

— Да… Да, разумеется.

Яней Цзинь с трудом приподнялся на локтях. Его слабое тело было таким никчёмным, бесполезным… Особенно в сравнении с Кровавым князем. Тот возвышался над ним, как огненный бог мщения.

— Этот трон… по праву твой, племянник. — Яней с трудом выдавил улыбку.

— Вот как?

— Да… мои сыновья никчёмны. Старший принц самолюбив и не воздержан. Второй слаб и алчен. У остальных нет и малейших амбиций. Все они… Недостойны моего трона.

Янею с трудом давались эти слова. Все его дети бесполезны, и это (увы) чистая правда. Иногда он задавался вопросом: каким бы был их общий с Лиян ребёнок, если бы удалось его сохранить? Но прошлое неизменно.

— Прискорбно. — протянул Хао Вейян, дёрнув подбородком. — Дядя так легко предложил мне трон… Возможно, по той причине, что очередное покушение провалилось?

Яней вздрогнул, а Кровавый князь продолжал:

— Ты собрал армию, чтобы подавить меня. Я ошибочно полагал, что там скрыто грозное войско… Но на самом деле дядя император лукавит. Армия Луна — слабая и немногочисленная. Ваши генералы отравлены честолюбием и казнокрадством.

— Все великие генералы поддержали твоего отца. — произнёс император, стиснув зубы. — Я не мог доверять им!

— И поэтому предпочёл избавиться. Я понимаю, дядя. — ледяная усмешка исказила губы князя. Он шагнул вперёд, усиливая и без того давящее чувство угрозы.

— Твои люди потерпели поражение этой ночью. — медленно произнёс Вейян. — Не смогли убить меня… Зато твои старшие сыновья были обезглавлены императрицей.

— Только старшие? — без особого интереса уточнил Яней.

— Только они. — князь едва заметно усмехнулся. — Остальные оказались более предусмотрительными.

Яней лишь мрачно осклабился, прикрыв глаза. Его руки дрожали всё сильнее, выдавая внутреннюю агонию.

— Скажи, дядя… Ты настолько сильно её любишь? — спросил Вейян, опустившись на одно колено перед его кроватью. — Ты ведь знал, что я не виновен. Ты знал, что она сделала с твоей родной сестрой, моей матерью. И даже сейчас… Она убила твоих сыновей, а ты равнодушно подал ей меч, чтобы сделать это.

Яней вновь открыл глаза, бросив взгляд на Вейяна. В зрачках императора мелькали огоньки свечей, а вместе с ними и отблески иных времён. Он вспоминал, какой красивой и манящей была Лиян в их первую встречу…

— Она была единственной, кто в меня поверила. — проскрипел уставший голос правителя. — Я бы не получил корону без её помощи. Благодарность… Последнее, что я могу ей дать.

— Моя мать тоже верила. И чем ты отплатил ей?

— Её сын станет новым императором. Это ли не справедливая плата? — Яней рассмеялся, выплюнув сгусток тёмной крови.

Его сознание помутнело сильнее, но он всё же поднял руку, расписавшись на указе, который содержал посмертную волю императора.

— Уходи, Кровавый князь. Отныне весь Лун твой — больше нам делить нечего. — просипел Яней бледными губами.

— Твоя императрица будет в ярости. — неспешно заметил Хао Вейян.

— Она… Всё равно не должна жить без меня. — покачал головой Яней. — Можешь считать это последним актом привязанности… Племянник.

Ночь за окном стремительно светлела, свечи в покоях императора гасли одна за другой. В предрассветный час придворный евнух позвал на помощь, созывая лекарей… Но с первыми лучами солнца император Яней скончался, оставив последний кровавый росчерк в истории Луна.

Глава 39

На рассвете протяжно зазвенели похоронные колокола. Их тяжёлый, надрывный гул впивался в сознание, оседая горьким привкусом на губах. Я потёрла уставшие веки и полушёпотом приказала: