Современная зарубежная фантастика-5. Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Лоухед Стивен Рэй - Страница 904

— А-а, это то, что привиделось тебе в лодке — помню. — Его голос изменился, когда он снова посмотрел вниз. — А еще что-нибудь ты видишь, Тегид?

Я постарался вспомнить ту бурную ночь. В памяти застрял кусочек видения.

— Озеро… А дальше крепость, мощная крепость… А еще — прекрасное воинство. Люди стоят вокруг трона на кургане…

— Постарайся описать поточнее.

Я сосредоточился, разглядывая образы, рождавшиеся в памяти.

— Вижу, — медленно начал я, — высокие сосны на хребте справа от нас. Склон крутой и густо порос лесом, он тянется до самого ближнего берега озера.

— Да, да, продолжай.

— Озеро в длину больше, чем в ширину; оно занимает почти всю долину. С трех сторон лес, как ты и сказал, а с четвертой — широкий травянистый луг.

— Так, так, а про луг что скажешь?

— Это большая луговина между озером и хребтом; она надежно защищена, потому что хребет резко поднимается стеной в дальнем конце.

— А еще?

— Берег озера выстлан грубой галькой; камни черные, размером с ковригу хлеба. Через лес к озеру ведет много охотничьих троп.

— Невероятно! — воскликнул Лью. — Все именно так, как ты говоришь. — Он хлопнул меня по плечу. — Спустимся к озеру. Там хорошее место для лагеря.

— Темно же, как ты дорогу найдешь? — с сомнением спросил я.

— Да какая разница! — легкомысленно ответил он. — Сейчас и то уже ничего не разглядишь. А зачем мне что-нибудь видеть? Ты же меня поведешь!

— Издеваешься?

— Тебе же все равно, верно? — убежденно сказал Лью. — Твое внутреннее видение приведет нас куда надо. С пути не собьемся.

Послышалось воронье карканье. Вскоре вся вершина хребта огласилась скрипучими голосами птиц. Вороны устраивались на ночь на деревьях.

— Слышишь? — сказал Лью. — Стражи этого места нас приветствуют. Пойдем, брат, нам здесь будут рады.

И тут я окончательно понял, где мы. Мы стояли на вершине Друим Вран, Хребта Воронов… «Вот то место, которое я видел», — подумал я и снова услышал пророчество бенфейт: «Беда минует лишь Каледон; Вороны слетятся в его тенистые долины, и песня Ворона станет его песней».

Лью угадал. Я снова обратился к видению, дарованному мне. И да! Я видел тропу под ногами, как будто при ярком дневном свете.

— Ну что же, — сказал я, — пришло время проверить, насколько правдиво мое видение. Идем.

Я поправил арфу на ремне и смело сделал шаг вперед. Нога опустилась именно на то место тропы, которое виделось мне в воображении. Я сделал еще шаг. А потом и еще два. К моему удивлению, угол моего внутреннего зрения менялся по мере моего движения. Я видел перед собой узкую тропу, ведущую вниз к ручью, там – сплошные камни и переплетенные корни деревьев. Мне-то ничего, а вот для Лью в темноте может быть опасно.

Я сделал еще несколько шагов и предупредил:

— Тропа резко понижается, — предупредил я, — держи руку у меня на плече. И не торопись.

Лью сделал, как я ему велел, и мы начали довольно утомительный путь к озеру. Утомительный, прежде всего, для меня, поскольку я должен был поддерживать сосредоточение на том, что видел внутренним взором. Пот обильно стекал у меня по лбу и спине. Каждый шаг — испытание доверия к самому себе, каждый шаг — залог обновления.

Мы шли вниз и вниз по извилистой тропе. Вопреки убеждению Лью, мы то и дело спотыкались о камни и обнаженные корни; съезжали по рыхлым осыпям, а ветки так и норовили выцарапать глаза. Но мы шли!

— Тегид, это настоящее чудо, — выдохнул Лью с облегчением, когда мы оказались на ровном месте.

Здесь стояли самые высокие деревья. Лью отыскал укромное местечко для ночлега, помог мне забраться под ветви и рухнул на старые сосновые иголки, устилавшие землю толстым ковром.

— Я устал, — зевая, заявил он. А через несколько мгновений мой спутник уже спал.

Я тоже устал. Но волнение не давало заснуть. Слепой, я прошел весьма коварным путем и провел друга! Видение, дарованное мне, было истинным. Руководствуясь только своим внутренним видением, я одолел тропу, и теперь вновь обретенная сила полыхала во мне, как огонь костра.

Да, моя слепота никуда не делась, и все же я обрел новое зрение даже лучше прежнего. Я мог направить взгляд куда угодно, не думая о том, светло или темно вокруг. Мне даже показалось, что я могу видеть намного дальше, чем раньше. Да что там! Я, наверное, могу теперь заглянуть даже за пределы настоящего, в будущее… в сферы, недоступные мне раньше?

Сон не шел. Как можно спать, пережив такое? Я сидел, завернувшись в плащ, и мысленно смотрел на озеро, каким оно было и каким оно, возможно, будет. Тихо наигрывал на арфе и пел, укрепляя видение, горевшее во мне. Добромудрый одаривает тех, кого считает нужным. Людям следует почитать Того, кто поддерживает все сущее Своей Быстрой Твердой Рукой.

Глава 13. КРАННОГ

Лагерь мы разбили среди сосен над озером. В первый день Лью сделал ловушки из тростника, притопил их в камышах и вскоре достал из них двух здоровенных рыб.

Пока готовился на костре дневной улов, мы неспешно обсуждали вопрос о том, что и зачем привело нас в это место. Мы заново обсудили мое видение, подумали, как сделать его реальным, определили, что будем делать дальше. С удовольствием съели рыбу и еще немножко поговорили.

Я взялся за арфу, но Лью меня остановил.

— Подожди, Тегид, — сказал он настойчиво, — надо же что-то делать. Если так и будем сидеть, ничего не произойдет.

— Что ты предлагаешь? Скажи, попробуем сделать.

— Я пока не решил. Но что-нибудь обязательно придумаю.

В тот вечер он больше ничего не сказал, но следующим утром ушел из лагеря едва рассвело. Я еще поспал, а потом решил поискать Лью. Как и ожидалось, не нашел.

Я умывался, стоя по колено в озере, когда до меня долетел новый глухой звук. Поспешно одевшись, я повернулся туда, откуда долетел звук.

— Лью? — позвал я. — Это ты, Лью?

— Я здесь, — откликнулся он. Голос прозвучал откуда-то неподалеку.

Я направился в ту сторону и нашел его на утесе над озером.

— Я что-то слышал. Это ты был?

— Вот. Это я принес, — он вложил мне в руки что-то большое и тяжелое. Оно было гладким и прохладным на ощупь.

— Камень? Зачем ты его притащил?

— Мне надо разметить границы нашего каэра, — ответил он. — Это будут краеугольные камни. — Видимо, он набрал камней на берегу. Они кучей лежали рядом. Теперь он отмечал камнями углы будущей крепости. Он провел меня по воображаемому периметру и показал, как будут проходить стены.

— Замечательно, — сказал я. — Только место для будущей крепости обычно выбирает бард. Иначе крепость стоять не будет. Особенно если это королевская крепость.

— Да какой я король! — с раздражением ответил он. — Ты всё забываешь, Тегид. Я калека. В этом мире воины не хотят идти за калеками. Вот в чем дело!

— Да, верно. Однако мудрость Всеблагого…

— Слушай, не начинай опять! Хватит.

— Нет уж, ты послушай! Быстрая Твердая Рука отметила тебя; Он решил, что будет иметь дело с тобой. Теперь твоя очередь выбирать: следовать Его велениям или повернуть назад. Третьего пути нет. Но если ты выберешь первый путь, дальше будет все интереснее.

— Не из чего тут выбирать! Бессмысленно это.

— Я уже говорил — никто не ведает путей Благомудрого.

— Это ты так думаешь!

— Я не думаю, я настаиваю.

— Да почему?! — возмутился Лью. — Откуда такая уверенность?

— Нет у меня уверенности. И определенности тоже нет, это тебе она нужна.

— Знаешь, Тегид, мне и без того тошно.

— Понимаю. Жизнь сурова и беспощадна. Но дело-то в том, что выбора никому избежать не удастся. И тебе тоже.

— А-а, да что с тобой говорить! — отмахнулся он, и его голос эхом разнесся по воде, как крик птицы.

— Путь осилит идущий, — сказал я.

— Ты говоришь как… как бард, — кисло ответил он.

— А я и есть бард. И как бард, говорю тебе: нас привели сюда не просто так. И Тот, кто привел нас сюда, считает, что Его цель пока не достигнута.