Современная зарубежная фантастика-5. Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Лоухед Стивен Рэй - Страница 1280

Ворча, побитый парень соскользнул с седла и подергал веревку, связывавшую его пленника.

— Джайлз! — воскликнула Хейвен, вскакивая на ноги. Прежде чем кто-либо успел остановить ее, она побежала к нему.

— Моя леди, — устало вздохнул он.

— Ты жив! — Она принялась возиться с узлом, связывавшим его руки. — Ты в порядке? Ранен?

Воин оттолкнул ее в сторону и сам принялся развязывать пленника; затем, свернув веревку, он подтолкнул их обоих обратно на холм и заставил сесть вместе, дав им понять, что так будет спокойнее всем. А потом, не обращая внимания на добычу, отошел к своим товарищам.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— У него синяк под глазом и кровь на лице, — тихо проговорила Хейвен, дождавшись пока парень отойдет. — Твоя работа?

— Моя, — признался Джайлз. — Я думал, они меня на месте убьют. Он все-таки с оружием, а у меня ничего нет. Сейчас-то я вижу, что он ничего плохого не хотел.

— Но ты же не знал, — возразила она. — Я рада, что ты живой. Благодарение небу, что с нами не случилось чего похуже.

— Я думаю, они разведчики, — предположил Джайлз. Он оглянулся на воинов, разлегшихся на земле. — Вы давно здесь?

— С самого утра. — Она рассказала ему о прохождении армии. И о слонах, конечно. — Самые необычные существа, которых я когда-либо видела.

— Знаю, — уныло вздохнул Джайлз, — я тоже их видел. — После короткого колебания он признался: — Хотя я понятия не имел, что это за твари.

За долгий день они успели обсудить ночное происшествие, и кто такие захватчики. Когда последние остатки армии прошли, разведчики поднялись на ноги. Они разобрали бурдюки с водой, один дали пленникам, и снова сели в седла. Джайлзу и Хейвен связали руки, а веревки закрепили на седлах.

Пленники тащились за отрядом вдоль реки. Казалось, разведчики не торопились, и если бы не связанные руки, прогулку можно было бы даже счесть приятной. Но только до тех пор, пока на закате отряд не прибыл в лагерь армии.

После марша армия вторжения разбила лагерь. Люди суетились: возводили навесы, загоняли скот, носили воду из реки, разжигали костры. Вечерний воздух наполнился гомоном, лаем собак, мычанием скота, болтовней детей. Речь захватчиков напоминала свист и шелест, похожий на звук ветра в траве, для наших путешественников она состояла из звуков, слова не угадывались.

Всадники с пленниками прошли мимо шатров вглубь лагеря. Окружающие сразу заметили двух высоких, странно одетых незнакомцев, и по лагерю поползли слухи. Хейвен и Джайлз почувствовали, как по людям прокатилась волна любопытства. Заинтересованные зрители бросали дела и шли с отрядом; их количество возрастало, превращаясь в процессию.

Пленников провели по улице, образованной шатрами уже более сложной конструкции, с высокими стенами и крышами на центральном столбе. На некоторых столбах развевались желтые и красные знамена.

В конце этой импровизированной улицы стоял самый большой шатер, возле входа горели факелы в железных шандалах. Возле шатра всадники спешились, командир подбежал ко входу и дернул за шнур возле тяжелого полотнища, служившего дверью. Раздался легкий звон колокольчика, вышел человек в желтом атласном халате, посмотрел на толпу и нырнул обратно внутрь. Немного погодя из шатра вышел здоровенный воин. Мускулистый, широкоплечий, с телом борца, закованным в доспехи из вываренной кожи, он разительно отличался от своих низкорослых соотечественников. Смотрел он грозно.

Под его зловещим взглядом все замолчали, а когда все стихло, Голиаф откинул дверную полу. Человек в желтом одеянии вывел новое лицо — элегантную фигуру в малиновых с синим одеждах, переливавшихся в свете факелов. Этот человек был почти такого же роста, как его огромный телохранитель, имел такую же светлую кожу, как и все вокруг, но его волосы свисали по сторонам длинными локонами, напоминавшими золотое шитье. На голове начальника сидела шапка без полей с высокой тульей из того же материала, что и его мантия. Разведчик, ожидавший у двери, немедленно распластался на земле, а все остальные низко поклонились.

Тяжелые руки заставили Джайлза и Хейвен пригнуться к земле. Стало понятно, что перед ними очень большой начальник, которому следует оказывать почтение. Они не сопротивлялись и распрямились лишь тогда, когда к ним подошел воин в малиновой мантии. Он долго рассматривал пленников. Завершив осмотр, он медленно поднял руку и громким, ясным голосом обратился к пленникам на языке степей.

Ответа не последовало. Тогда он произнес длинную фразу на другом языке — таком же непонятном для Хейвен и Джайлза. Они продолжали стоять с озадаченными лицами. Знатный воин нахмурился и, казалось, собирался отвернуться, но к нему подскочил человек в желтой мантии и что-то прошептал на ухо.

Вельможа кивнул и ясным, похожим на звон колокольчика голосом произнес: «Pax vobiscum».

Знакомые слова, прозвучавшие в этом месте, оказались настолько неожиданными, что Хейвен не сразу сообразила, что к ним обратились на латыни. «Pax vobiscum», — повторила она.

Вельможа ухмыльнулся и жестом предложив своему помощнику продолжать, вернулся в шатер. Джайлз искоса взглянул на Хейвен.

— Моя леди? — тихо спросил он.

— Это латынь, — ответила она шепотом. — Я немного знаю этот язык от дяди Генри, а потом я же много раз слушала мессу.

Одетый в малиновое дворянин остановился у входа в свой шатер. Его огромный телохранитель сделал знак командиру разведчиков, тот подбежал к пленникам и стал тыкать рукой в сторону шатра. Их приглашали внутрь. Жилище военачальника представляло собой настоящий полотняный дворец, украшенный дорогими шелковыми настенными покрытиями, толстыми коврами на полу, креслами из тисненой кожи и маленькими восьмиугольными столиками из палисандра, инкрустированными слоновой костью. Роскошный интерьер пропитывал тяжелый запах ладана. Свет десятков свечей приглушался дымом благовоний. Трое молодых слуг в белых туниках и просторных белых штанах встречали своего господина и его гостей; один придвинул кресло, а другой стоял с золотой чашей.

Как только дворянин сел в кресло, ему тут же подали чашу. Он отпил из нее, а затем передал слуге в желтом одеянии. Слуга кивнул Джайлзу, давая понять, что тот должен выпить. Джайлз, конечно, попытался сначала передать чашу Хейвен, но желтый покачал головой и погрозил пальцем. Джайлз выпил. Слуга предложил чашу леди Фейт.

Она с благодарностью взяла чашу и сделала большой глоток. Там оказался какой-то сладкий напиток со сливовым привкусом. Вернув чашу слуге, она сказала: «Аква, ораре».

Вельможа удивленно взглянул на нее, но щелкнул пальцами и отдал приказ. Юноша поклонился и исчез за перегородкой. Джайлз взглянул на Хейвен, ожидая объяснений.

— Я попросила чистой воды, — сказала она, а затем добавила: — Надеюсь, что ничего не перепутала.

Юноша вернулся с двумя серебряными чашами с водой, и подал Джайлзу и Хейвен. Они с удовольствием напились под внимательным взглядом хозяина. Хейвен опустила чашу, улыбнулась и сказала: «Meus gratis, dominus»

. Потом, указав на себя и Джайлза, она добавила: «Sitis moribundus» .

Вельможа хлопнул в ладоши. Он что-то спросил командира разведчиков, тот коротко ответил, поклонился и выскочил из шатра. Слуги в белых одеждах поставили позади гостей простые табуреты, а сами встали по бокам. Военачальник в малиновом вытянул руку и звучно произнес:

— Я — царь Симеон. Добро пожаловать в мой дом.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Хейвен поняла (или думала, что поняла) почти все, кроме слова «царь». Она повторила это слово вслух с вопросительной интонацией.

— Ах! — поморщился вельможа. — Царь — это Рекс.

— Приветствую вас, король Симеон, — почтительно проговорила Хейвен, опустив голову. Итак, они находились перед местным царем. Вельможа выжидающе смотрел на нее.

— Меня зовут леди Фейт, — ответила она, — а это… — Она поколебалась, а затем, взглянув на Джайлза, сказала: — Мой друг и защитник Джайлз Стэндфаст.