Современная зарубежная фантастика-5. Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Лоухед Стивен Рэй - Страница 1072

Неряшливо одетые жители промокшей столицы напоминали Киту стайку жалких черных дроздов: спутанные промокшие перья, несчастный вид… Вдоль дороги толпились торговые прилавки — портные и дубильщики, пивовары и парикмахеры, красильщики и драпировщики, валяльщики и торговцы рыбой — все были забрызганы грязью, а угрюмые лавочники смотрели из глубины лавок на бредущих мимо жителей.

День уже кончался, когда Джайлз, наконец, вывел карету на большой Лондонский мост, откуда начиналась широкая мощеная улица; Кит вздохнул с облегчением, но, увы, рано радовался. Движение даже еще замедлилось, поскольку поток пешеходов, выплеснувшийся на мост, создавал один затор за другим. Кит уже не чаял добраться в Кларимонд-Хаус до темноты и тупо смотрел на мокрый мир за окном. К тому времени, как карета въехала в ворота поместья сэра Генри, на улицах уже зажгли факелы.

Прибыли они с шумом. Прибежал лакей, помог распрячь усталых лошадей и отвел их в сухую конюшню. Джайлз слез с облучка и открыл Киту дверь кареты со словами:

— Проходите в дом, сэр, вам надо согреться.

— Пойдем вместе, Джайлз.

— Мне надо проследить, как поставят карету.

— Потом посмотришь.

— Нет, сэр, нельзя, — последовал ответ.

Кит кивнул и поспешил к дому. В прихожей он долго стряхивал капли дождя со своего плаща, а потом появился высокий слуга в красном камзоле и подал ему чистую льняную тряпку. Кит вытер лицо и влажные волосы, и с благодарностью вернул тряпку. Слуга обратился к нему:

— Вы голодны, сэр?

— Еще как, — ответил Кит. — Теленка бы съел. Мы два дня в дороге.

Слуга кивнул и величественно объявил:

— Я сообщу кухарке.

— Вот и отлично, — согласился Кит.

— Я правильно понимаю, что сэр Генри и мистер Ливингстон отправились в путешествие?

— О, да. Они далеко, — ответил Кит, не зная, что еще сказать. — Мы с Джайлзом вернулись одни.

— Вижу. — Слуга повернулся, но помедлил. — Вам что-нибудь нужно до обеда, сэр?

— Хотелось бы переодеться, если это не слишком сложно, — сказал Кит. — А вещи хорошо бы постирать.

— Конечно, сэр. Я велю принести одежду в вашу комнату. Что-нибудь еще?

— Да, — решительно произнес Кит. — Как вас зовут?

— Сэр?

— Я что-то непонятное сказал?

— Я слуга сэра Генри, сэр. Можете звать меня Вильерс.

— Спасибо, Вильерс.

Слуга загадочно улыбнулся и двинулся прочь.

Кит поднялся по лестнице в свою комнату. Крошечные окошки с толстыми стеклами пропускали мало света, а еще в комнате было холодно. Постучали. Голос слуги произнес:

— Ваша одежда, сэр.

Кит открыл дверь и взял сверток. Он поблагодарил слугу и спросил, не может ли тот зажечь свечи. Пока слуга возился с канделябрами, Кит разложил на кровати одежду. Бриджи кончались под коленями, к огромной рубашке прилагался длинный жилет из синей парчи с пуговицами и с карманами размером с седельные сумки. Ну, такая нынче здесь мода, вздохнул Кит. Он с удовольствием содрал с себя влажную одежду и надел сухую, попутно еще раз удивившись нереальности своего положения. Как рыба на берегу, подумал он, натягивая толстые шерстяные чулки. Он засунул ноги в большие, похожие на лодки туфли. Потом, вспомнив о своей апостольской ложке, достал ее, сунул в карман и побрел вниз по лестнице в поисках места потеплее. В кабинете сэра Генри весело горел огонь. Большое коричневое кожаное кресло с подлокотниками было придвинуто к камину. На маленьком круглом столике рядом с креслом стояли хрустальный графин и маленькая оловянная чашка. В железном подсвечнике горело сразу восемь свечей.

Вот это уже больше похоже на дело, подумал Кит, опускаясь в глубокое кресло. Он вытянул ноги поближе к огню и занялся графином. Пахучая жидкость, по его мнению, могла быть только бренди. Он налил немного в чашку и сделал глоток. Ядовитая субстанция обожгла ему не только горло, но и пищевод, вызвав приступ кашля, от которого разболелись пострадавшие ребра и слезы выступили на глазах.

Перелив остаток обратно в графин, он встал и начал изучать книжные полки по сторонам уютной комнаты. На полках стояли огромные тома в кожаных переплетах. Киту доводилось видеть такие в запертых стеллажах университетской библиотеки. А здесь — пожалуйста. Он взял подсвечник и попытался прочитать названия на корешках. Наверное, латынь… все непонятно: «Principium Agri Cultura»[12], «Модус Мундус»[13], «Commentarius et Sermo Sacerdos»[14] и тому подобное.

Латынь Кит едва знал, но все же смог разобрать несколько названий. Он провел пальцами по некоторым корешкам, прослеживая названия и произнося слова про себя. «Ars Nova Arcana»[15] с трудом прочел он по слогам и понял, что уже не один в комнате.

Почему-то Кит решил, что это Джайлз решил присоединиться к нему, однако, повернувшись, он обнаружил, что его внимательно рассматривает молодая женщина, стоявшая в дверях.

— Ты грабитель? — спросила она, входя в комнату. — Вор? Footpad[16]?

— Э-э, нет… я, м-м…

— Что ты делаешь в кабинете сэра Генри? Почему прячешься? Кто тебе разрешил сюда войти?

— Слишком много вопросов, — не особо обеспокоенный ответил Кит. — Я даже не знаю, на какой из них отвечать первым.

Пожалуй, но выбрал неверный тон. Она еще больше разозлилась.

— Наглец! — воскликнула она. — Я прикажу побить тебя и вышвырнуть вон. — Не сводя с него глаз, она громко крикнула: — Вильерс!

— Подождите, пожалуйста, — вымолвил Кит, — Это недоразумение. Я даже не знаю, что такое footpad.

— Так кто же ты, наконец?! Говори немедленно!

— Ну, можно сказать, что я — гость сэра Генри Фейта…

Она шагнула вперед, выйдя из тени, и Кит понял, что видит перед собой самую красивую женщину, какую ему доводилось видеть в жизни. Изящная фигура в платье из небесно-голубого атласа с мерцающей серебряной вышивкой; ряд крошечных черных ленточек украшал оба атласных рукава, корсаж подчеркивал восхитительные линии тонкой талии. Лебединую шею украшала единственная нитка черного жемчуга. Кита поразили лучистость ее проницательных карих глаз; чувственный рот с полными губами; тонкая линия подбородка; высокий гладкий лоб и длинные темно-рыжие кудри.

Каждая из черт, подмеченных Китом, оказывалась лучше предыдущей. Несомненно, в комнате вместе с ним оказалась богиня, нездешнее создание, с которым он и говорить-то недостоин. Но ситуация как раз требовала говорить. Вернее, требовала красавица.

— Да говори же, наконец! — раздраженно воскликнула она. — Я требую! Невоспитанно заставлять даму ждать.

— Я был с ними, с сэром Генри и господином Козимо, — наконец нашелся Кит. — Ну, они исследуют, как бы это сказать?..— Кит снова заколебался, не зная, как сформулировать мысль.

— Ты имеешь в виду их секретные научные эксперименты?

— Вы знаете о них?

— Я знаю о них все, — небрежно ответила она. Теперь Кит заметил, что дама говорит с легким акцентом, похожим на его собственный, и вообще ее манера говорить выдавала в ней скорее его современницу, чем здешнюю обитательницу. Он бы сразу это заметил, если бы дама не была так разгневана. — А вот тебя я не знаю!

ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ. Зеленый дневник

ГЛАВА 20, в которой упоминается незаконная торговля, процветающая в Луксоре

Лорд Берли вытирал лоб носовым платком и пытался понять, с чего он решил, что поездка в Египет — как раз то, что ему нужно. В Египте стояло лето. Если меня не убьет жара, — размышлял он, — то с этим справятся мухи. Небольшое собрание кусачих летучих дьяволов устроилось как раз на его столе. Он взмахнул мухобойкой из конского волоса. Наглые твари!

Отхлебнув из высокого стакана прохладного яблочного чая, Берли расстегнул накрахмаленный ворот второй за день рубашки. Он сидел в гостиной отеля «Зимний дворец» в большом плетеном кресле и наблюдал, как снаружи толпятся европейские бизнесмены в темных костюмах и панамах в сопровождении нарядных дам. Дамы щеголяли в накрахмаленных кремовых платьях, цокая высокими каблуками по мраморному полу; смуглые официанты в белых смокингах разносили на серебряных подносах кальяны или крошечные чашечки чая; сновали посыльные в сандалиях, в коротких атласных штанах и красных тюрбанах; продавцы табака с деревянными подносами приставали к прохожим; мерно проплывали богатые арабы в безупречных белых галабиях.