Современная зарубежная фантастика-5. Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Лоухед Стивен Рэй - Страница 1021

Мы перескакивали с камня на камень и то и дело замирали, выжидая. Через некоторое время я начал слышать звуки, похожие на удары большого барабана. Я даже подумал, что с таким звуком может биться сердце этой земли. Ритмичный грохот отдавался в глубине желудка. Бран тоже слышал.

— Что это такое? — спросил он, когда мы в очередной раз остановились.

— Это там, в долине. — Я заметил, что чем ниже мы спускались, тем реже становился дым. — Дойдем до вон того валуна, и посмотрим. Что-нибудь да увидим с него.

Тропа извивалась, но неуклонно вела вниз. Гудение и барабанный бой становились громче. Через некоторое время мы добрались до высокого обломка скалы и решили осмотреться.

Облако дыма плавало над нами словно темный потолок. А внизу нашим глазам предстала картина разрушения: вся чаша широкой долины представляла собой обширный котлован, заполненный кучами разбитых камней. Множество ям в красноватой земле напоминали раны от меча на нездоровом теле.

Клубы зловонного дыма поднимались из множества шахт и дыр, дымили горящие шлаковые отвалы. К зловонному дыму примешивался не менее вонючий запах человеческих экскрементов, с оттенками гниющего мяса и гнилой воды. Едва вдохнув здешние ароматы, мы оба схватились за горло.

Тысячи мужчин и женщин рылись в отвалах, ползали по траншеям, напоминая муравьиную суету большого муравейника. Люди почти утратили человеческий облик, скорее их можно было принять за каких-то упорных насекомых. Полуобнаженные, покрытые пылью, грязью и копотью, несчастные тащили на спинах тяжелые корзины, взбирались по шатким лестницам, цепляясь за веревки. Они тяжко трудились, поднимая кожаные мешки и плетеные корзины с землей, и куда-то оттаскивая их. Убогая долина просто кипела от этого странного труда, и заодно производила ужасный шум.

Мы таращили глаза, не в силах охватить умом масштабов здешнего бедствия. Меня тошнило.

— Личинки, — пробормотал Бран себе под нос, — они питаются гнильем.

Когда-то через центр долины протекал ручей. Теперь его перекрыли плотиной, вода образовала узкое озеро; по поверхности плавала грязная пена. За плотиной торчала огромная труба, извергающая столб коричневого дыма. Именно он и образовывал дымный полог, накрывший долину.

Мне потребовалось несколько секунд, чтобы понять: передо мной карьер. Роль проходческих машин и автопогрузчиков выполняли люди: закопченные, загаженные и перепачканные мужчины, женщины и дети.

— Вот это да! — прошептал я сам себе.

— Как думаешь, они железо добывают? — спросил Бран.

— Наверное. Надо поближе посмотреть.

Мы продолжили путь вниз. Дорога огибала горный отрог. В одном месте слева по каменной стене сочилась вода, она собиралась в желтую лужу и дальше лилась ручьем. Он проделал себе русло, я проследил за ним и только благодаря этому заметил то, что заставило меня замереть на месте.

Бран тут же перехватил копье поудобнее и завертел головой в поисках опасности. Ничего не обнаружив, он вопросительно посмотрел на меня. Я указал на грязную колею у ног. Вождь Воронов долго всматривался, но так и не смог понять, что я имел в виду.

— Не представляю, что могло оставить такие следы… — он развел руками.

— А я представляю. — Кровь пульсировала в висках, у меня кружилась голова и меня подташнивало. — Это колея.

Бран встал на колени и провел пальцами по замысловатому следу в грязи.

— Никогда не видел такой колеи, — растерянно произнес он.

— Это след… — я не успел ничего ему объяснить, потому что услышал странно знакомый рокот.

— Скорее! Уходим с дороги!

Бран тоже услышал звук, но не пошевелился. Он нахмурился, склонив голову набок и слушал, не подозревая об опасности. Схватив Вождя Воронов за руку, я дернул его в сторону.

— Не стой! Нас не должны увидеть!

Мы перебежали дорогу и бросились вниз по склону. Мгновение спустя я увидел желтую полосу и тусклый блеск темного стекла, когда машина стремительно пронеслась прямо над нашими головами. У ручья машина притормозила, поскрежетала переключением передач, двигатель взревел, машина грузно перевалилась через ручей и поехала дальше.

Мы лежали, уткнувшись лицами в землю. Когда звук двигателя затих вдали, Бран поднял голову и вопросительно посмотрел на меня.

— Ну, это такая повозка, — объяснил я. — Она из моего мира. Это от нее колея.

— Это ужасное зло, — решил он.

— Верно. И ему здесь не место, — ответил я, поднимаясь. — Идем. Оно вернется, надо успеть посмотреть.

Мы снова выбрались на дорогу и поспешили дальше. Бран продолжал оглядываться: не видно ли еще каких диковин. Но дорога оставалась пустой, и я не видел внизу никаких движущихся крупных предметов.

Автомобиль меня мало того, что обеспокоил, он меня шокировал. Но времени обдумывать последствия его появления здесь просто не было. Сейчас важно выяснить, какими силами располагает противник. Мы перебегали от одной кучи шлака к другой, и в итоге спустились в долину незамеченными.

Начался дождь. Он оставил на мне черные пятна. Те, кто работал внизу, не обратили на дождь никакого внимания. Красная пыль немедленно превратилась в красную грязь, а вся долина — в огромную трясину. Однако рабочие продолжали делать свое дело.

Мы с Браном спрятались под нависающим выступом и стали наблюдать. Прежде всего меня поразило присутствие чужаков. Их здесь было немало прежде всего среди шахтеров. Труд их иначе как рабским не назовешь. Только вот я не видел никого, кто бы принуждал их работать. Ни надсмотрщиков, ни охраны. На первый взгляд, никто не руководил этими масштабными работами. Люди барахтались в грязи по собственной инициативе. Бедные, невежественные скоты, подумал я и задался вопросом, кто обратил их в рабство.

На дальнем конце долины через болото была переброшена гать из бревен. Я смотрел, как люди выбирались из штолен и брели, спотыкаясь, по гати к плотине. Дальше они скрывались за поворотом, но очевидно, их целью была дымящая труба или что-то возле нее.

Я подумал, что их может никто не заставлять. Ведь может же у них быть некая цель, от которой очень много зависит… Возможно, они сами заинтересованы в том, чтобы в таких нечеловеческих условиях работать вьючными животными. Например, они могут оказаться в плену собственной жадности.

— Над взглянуть, что там за плотиной, — сказал я Брану. Мы начали осторожно обходить шлаковую кучу. Не успели мы пройти и дюжины шагов, как лицом к лицу столкнулись с двумя грязными до удивления людьми, копавшими трясину грубыми деревянными лопатами. Они взглянули на нас тусклыми глазами, и я решил, что сейчас они поднимут крик, но они продолжили свою работу, даже не оглядываясь на нас. Так что мы просто прошли мимо.

Такая же картина ждала нас в других местах. Рабочих было слишком много, не было ни малейшей возможности пробраться среди них незамеченными, но в этом, как оказалось, не было необходимости. На нас никто не обращал внимания, а если и обращали, то, похоже, наш вид их не волновал. Ни страха, ни интереса они не выказывали. Можно сказать, что они с головой ушли в работу.

— Странно, — заключил Бран, качая головой. — Я бы даже с животными не стал так обращаться.

Мы без препятствий дошли до плотины и пошли верхней тропой, чтобы видеть происходящее внизу. Труба, из которой валил дым, относилась к целому комплексу неопрятных сооружений. Оттуда отчетливо слышался непрерывный глухой рокот какой-то тяжелой техники. В главное здание входила бесконечная вереница шахтеров, нагруженных мешками и корзинами; выходили они с другого конца уже пустыми.

Настроение у меня испортилось вконец. До этого еще оставалась какая-то неуверенность, но теперь все сомнения отпали: здесь работала тяжелая техника. Ни следа Паладира, ни следа воинов или какой-то другой охраны, нет зданий, где можно было бы держать заложников. Фабрика для этой цели явно не подходила.

— Здесь нет ни Гэвин, ни Танвен, — сказал я Брану. — Возвращаемся в лагерь. — Я посмотрел на Брана и понял, что он хотел бы получить разъяснения тому, что видел. — Ничего особенного. Пришельцы грабят Тир Афлан. Расскажем остальным, что видели, и подумаем, что делать дальше. Времени терять нельзя.