Обольстительница - Грэм Хизер - Страница 73

Глава 26

Проснувшись утром, Райза узнала, что ее муж уехал. Эта новость повергла ее в отчаяние. Джером оставил ей сухую записку, короткую и ясную. Он отправляется на море, постарается как можно скорее попасть на корабль. Лейтенант Мор будет сопровождать ее на Юг. Ехать они должны поездом через Виргинию, Северную и Южную Каролину, Джорджию, до севера Флориды, где их встретят войска конфедератов, которые доставят ее в лагерь к Джулиану. Джером приедет за ней туда, как только сможет.

Райза ощущала горечь, гнев и разочарование. Она уже приготовилась противостоять мужу, наверняка разъяренному из-за ее неожиданного появления в Белом доме. Он побывал у нее в комнате, Райза это поняла, увидев, что его вещи исчезли. Но еще больше расстроило ее известие о том, что Пирс Томпсон и его дочь покинули Ричмонд. Она повторяла себе, что Джером отправился на море, а потом, вероятно, будет участвовать в военных действиях. То, что Томпсоны тоже уехали из города, ничего не значит, уговаривала она себя. Жанин просто несчастное существо, пострадавшее из-за войны.

Все так… но это несчастное существо знает, какие родинки есть у ее мужа. При одной мысли о том, что эта женщина могла быть близка с Джеромом, Райза испытывала жгучую ревность.

Варина прислала ей корзинку с продуктами и предупредила, что в дороге будет трудно достать еду. В письме первой леди чувствовалась некоторая отстраненность. Перед этим недалеко от города произошла стычка с кавалерией противника, в результате которой оказалось много раненых, и сейчас весь город гудел как растревоженный улей. На улицах было множество солдат, медиков, госпитальных повозок.

Райзе пришло в голову, что она могла бы сбежать от сопровождающего. Ей уже столько раз это удавалось. Но несмотря на снедавший ее гнев – а может, именно благодаря ему, – она решила, что будет двигаться на Юг. Еще один раз, последний, она подчинится Джерому.

Железную дорогу охраняли солдаты. Много солдат. Они были повсюду. Поезда остались единственным надежным транспортным средством, только они доставляли письма и грузы, перевозили войска. Конфедераты изо всех сил старались сохранить свои пути сообщения в рабочем состоянии.

Вагоны были переполнены солдатами и беженцами. Людьми, оставшимися без крова. Матерями, отцами, детьми, потерявшими дома.

Райза разговорилась с одной женщиной из северной Виргинии, которая заявила, что ей все равно, кто выиграет эту войну. Она выглядела истощенной до последней степени. Бледные щеки ввалились. Всю дорогу она пыталась успокоить двоих малышей – двух и трех лет.

Когда-то она владела домом и землей. Ее муж был убит разорвавшимся рядом с домом снарядом. Он пытался спасти хотя бы часть скота. Сейчас скота не осталось совсем: его съели солдаты-конфедераты и янки. Дом сгорел дотла. Женщина ехала к сестре в Джорджию.

Взглянув на лейтенанта Мора, Райза предложила женщине свою еду. Тот ничего не сказал. При виде улыбки на лице бедной женщины и света, загоревшегося в ее глазах, Райза почувствовала, что полностью вознаграждена за неудобства, которые, возможно, ожидают их в пути.

Они ехали шесть дней, поезд то и дело останавливался. Дважды им пришлось выходить, чтобы пропустить войска. Наконец доехали до Джорджии, где можно было купить кое-какую еду. В пути Райза успела привязаться к лейтенанту Мору. Чем-то он ей напоминал отца, по которому она очень тосковала. Молилась за него ежедневно.

Железная дорога привела их к самой северной точке Флориды. Однако до западной части Сент-Джонса, где находился лагерь мятежников, они могли добраться только на лошадях. Экипажи по разбитым дорогам не ездили. Лучшее, на что они могли рассчитывать, – это какая-нибудь старая повозка. Райза предложила отправиться верхом.

Им удалось купить костлявых понурых коняг, которые на поверку оказались совсем неплохи. Человек, нанятый проводником, в первый же день заставил их двигаться со скоростью тридцать пять миль. В середине третьего дня они добрались до лагеря конфедератов. Джулиан и Тиа были на месте. И тот и другая встретили Райзу холодно, что ее крайне огорчило. А ведь именно Джулиан помог ей тогда попасть на корабль Джерома.

Райза до смерти устала, а Джейми капризничал. Поэтому в этот день она лишь встретилась с Тиа, Джулианом и неким майором Вейлом, который был в лагере за главного.

По-видимому, его, как и всех остальных, предупредили о приезде Райзы. Он держался с ней настороженно и сказал, чтобы не вздумала общаться с янки по ту сторону реки. Конечно, жена преданного конфедерата и доблестного героя войны всегда желанная гостья в их лагере, добавил он, но правила есть правила, и она должна их выполнять.

Райзу проводили в палатку Тиа. За время пребывания в этом лагере среди сосен Тиа умудрилась сделать свою жизнь здесь почти комфортной. Кроме складных кроватей, в ее палатке стояли сундучки, зеркало, письменный стол. В этом скромном жилище были даже картины, выполненные ранеными, многие совсем неплохие.

Райза легла на койку, покормила Джейми и через некоторое время задремала.

Проснулась она от взгляда Тиа, пристального и гневного. Райза села на постели, застегнула платье, стараясь не потревожить Джейми. Она ответила Тиа таким же яростным взглядом.

– Я не предавала Джерома!

Тиа с холодным любопытством приподняла брови. Помолчала, потом спросила:

– Вы видели моего брата Йена?

– Давно не видела. Но говорят, он чувствует себя прекрасно.

Тиа начала расхаживать по небольшой палатке.

– Недавно в Виргинии произошло очередное большое сражение. Жуткая бойня… Говорят, Ли одержал в ней самую блестящую свою победу. Но такие потери… Тысячи убитых – и южан, и северян.

Райза привстала, не сводя глаз с Тиа, та продолжила:

– Множество убитых и раненых, пострадал даже Твердокаменный Джексон. Ранен своими, которые приняли его за янки. – Последнее слово она словно выплюнула с отвращением.

Райза молчала, не зная, что сказать. Легендарный Джексон. Религиозный, более требовательный к себе, чем к кому-либо другому, обожаемый своими солдатами и офицерами. Его уважал и Роберт Ли. Если он умрет… Потеря Джексона может оказаться для южан роковой. Но Райза не могла предаваться скорби по поводу ранения генерала-южанина, в то время как ее отец, возможно, убит.

– Тиа… прошу вас… Вы что-нибудь слышали о моем отце?

– Нам присылают списки убитых южан, а не северян, – холодно ответила Тиа, потом немного смягчилась: – Если бы вашего отца убили или ранили, об этом стало бы известно. Новости распространяются быстро как на Юге, так и на Севере.

Райза с трудом выдохнула. Господи, только бы отец был жив!

– Тиа! – позвал у входа в палатку Джулиан.

– Входи, Джулиан.

Он вошел. Устремил взгляд на Райзу. Она сжала кулаки за спиной.

– Черт побери, Джулиан, я этого не делала! Я никому не говорила о том, что собираюсь плыть на этом корабле. Или о том, что Джером намерен встретиться со мной. Ты же знаешь, я посылала за тобой, а не за ним. В этом я не виновата! Да, я хочу, чтобы южане проиграли эту войну, и как можно скорее. Но я бы ни за что не стала рисковать жизнью отца своего ребенка.

– Ты знала, что его посадят в тюрьму! – произнесла Тиа.

– Как я могла это знать! Он твой кузен, ты знала его всю жизнь. Я же была уверена в одном: гордость и необузданный нрав не позволят ему сдаться в плен. Скорее он рискнет сразиться с десятком вооруженных людей. Пытаться захватить его в плен – большой риск.

Тиа взглянула на Джулиана. Неужели она начинает ей верить?..

Джулиан медленно покачал головой:

– Кто-то наверняка следил за тобой.

– Кто угодно мог следить за мной. Сент-Августин под контролем янки.

– Все верно, но есть еще кое-что…

– Как например?

– Записка твоего отца с угрозами по адресу Джерома и всей нашей семьи.

– Мой отец действовал открыто, и только против Джерома. Он никогда не угрожал вашей семье. Я никого не предавала и больше не могу слышать эти обвинения. Говорю вам: во всем виноват кто-то другой.