Обольстительница - Грэм Хизер - Страница 71

– Это вам, капитан. А это для миссис Маккензи. Джером представил Райзу. Подошли еще гости, сначала только мужчины, потом и женщины. Райза не знала, что они о ней думают, но старалась держаться вежливо и любезно. Да, она янки, зато муж ее южанин, поэтому они сейчас прибыли на Юг. Во время беседы все много смеялись. Какой-то молодой черноволосый лейтенант бойко вступил в разговор:

– А мы все гадали, когда вы прибудете. Ведь это прием в честь возвращения вашего мужа. Мы так ждем, что он вернется на море и снова будет нас снабжать всем необходимым.

Райза молча смотрела на Джерома. Постепенно ее замешательство сменилось яростью. Так, значит, этот прием устроен в его честь! А он ничего ей не сказал! И вообще не собирался приводить ее сюда!

Снова заиграла музыка. Лейтенант попросил у Джерома разрешения пригласить на танец его жену. Капитан поклонился с безразличным видом. Райза попыталась уклониться от приглашения. Сказала, что должна прежде всего разыскать своего сына. Однако ей сообщили, что Джейми унесли в детскую комнату к Дэвисам и там о нем позаботятся.

Она пошла танцевать и через некоторое время поняла, что с удовольствием кружится в вальсе. Джерома она то теряла из виду, то замечала во время танца, всякий раз с другой женщиной. Иногда с той же привлекательной брюнеткой – она смотрела на Райзу с такой насмешкой, что Райза едва преодолевала искушение оставить партнера, подойти к брюнетке и выцарапать ей глаза. Конечно, ничего подобного она не сделает, уговаривала она себя. Она никому не даст повода плохо думать о женщинах-янки.

В конце концов ей представилась возможность встретиться с соперницей лицом к лицу. Райза стояла в центре гостиной, ожидая, пока пожилой майор принесет ей бокал пунша.

– Ах, миссис Маккензи!

Райза обернулась. Брюнетка приближалась к ней, с величественным видом протягивая руку.

– Да… Добрый вечер. Как поживаете? – Райза тоже протянула руку.

– О, благодарю вас, прекрасно, – протяжно проговорила та. – Я много о вас слышала, но не надеялась увидеть сегодня здесь. Джером сказал, вы не придете.

– Да… я очень устала. Он думал, я захочу отдохнуть. Но… я просто не смогла удержаться. Простите… у вас передо мной есть небольшое преимущество… вы знаете, кто я такая, а вот я вас не знаю.

– Все знают, кто вы такая! Вы настоящая знаменитость. Женщина подмигнула Райзе, как бы давая понять, что слова эти сказаны без всякого желания оскорбить. Однако на самом деле они так и сочились ядом. Райза улыбнулась:

– Вот как? А ваше имя…

– Жанин Томпсон. Мой отец Пирс Томпсон. Ах да, простите, вы ведь с Севера… Он очень известный человек в наших политических кругах. А раньше, я имею в виду до войны, он обеспечивал хлопком всю страну.

Жанин Томпсон… Женщина, на которой, если верить газетам, Джером когда-то собирался жениться… Его бывшая невеста… Он ведь так ей ничего и не рассказал об этой истории.

Райза почувствовала, что ее бьет дрожь. Жанин очень хорошенькая. Темные волосы, прекрасный цвет лица, снежно-белая кожа… Разговаривает легко и непринужденно… И в то же время в ее тоне и во всем облике чувствуется какая-то горечь. Что-то зловещее. Эта женщина ее пугает, почувствовала Райза.

Но нет, она не покажет ей этого.

– Поздравляю, – небрежно произнесла она. Жанин приподняла брови:

– Да нет, это я должна вас поздравить. С законным браком и, конечно, с рождением ребенка.

– Благодарю.

– Должна, однако, признать, что я вполне могла бы оказаться на вашем месте, но так получилось… Скажите, сколько вашему малышу и когда состоялось ваше бракосочетание?

Теперь Райза высоко приподняла брови.

– Ах как это грубо, мисс Томпсон!

Жанин Томпсон улыбнулась. Подошла ближе.

– Правда не всегда приятна, не так ли? Общество порой судит слишком жестоко. Надеюсь, ваш ребенок не услышит постыдной правды о вас.

– Как вы смеете так говорить о моем ребенке, мисс Томпсон!

Та, казалось, ее не слушала.

– Вы, по-видимому, не знаете, что это такое – потерять всех, кого любишь, одного за другим. В подобных случаях и становятся грубыми. И откровенными. Вы использовали нашего героя. А я готова была любить его беззаветно, всем сердцем. Я бы его никогда не предала. Я бы жила только ради него. Теперь же я могу лишь пожалеть, что не сыграла в ту же игру, что и вы. Надо было сделать ему ребенка, вместо того чтобы так тщательно учитывать сроки.

Райза дала себе слово, что будет держать себя в руках, что бы ни случилось. Она чувствовала в голосе этой женщины горечь, граничившую с отчаянием. Глубоким, острым, непереносимым отчаянием. О, как Райзе хотелось дать Жанин Томпсон пощечину. И еще ей хотелось разрыдаться и убежать отсюда без оглядки. Усилием воли она напомнила себе, что Жанин сейчас очень больно. Поэтому она и пытается уязвить ее, Райзу.

– Мисс Томпсон, я не испытываю никаких сожалений по поводу рождения своего ребенка. Я его обожаю. А сейчас прошу извинить меня…

– Не могу вас извинить. Я бы боготворила его каждую ночь. Он прекрасен! И фигура великолепная! Он просто неповторимый мужчина, во всем… включая это родимое пятно в виде звездочки на левой ягодице… Вы не имели права… никакого права…

Райза остолбенела. Молодая женщина из такой семьи, не важно, с Севера она или с Юга, так говорит о мужчине! О чужом муже!

Есть ли у него родимое пятно, о котором она говорит?

– Мисс Томпсон, мне очень жаль. Мне действительно очень жаль. Вы, вероятно, много страдали. А теперь я должна идти.

Она повернулась и быстро пошла через зал. Сделав несколько шагов, Райза обернулась. Жанин стояла на том же месте, где она ее оставила, и, похоже, разговаривала сама с собой. Через некоторое время к ней подошел молодой человек. С громким смехом Жанин приняла его приглашение на танец.

Райзу трясло. Когда Джером последний раз виделся с мисс Томпсон? Может, он вынашивал планы встречи с ней и на сегодняшний вечер? Поэтому и не хотел брать ее с собой? Как ей быть? Сердиться или переживать? Ясно одно: тут ей никто не поможет, ведь она на чужой территории. Она здесь враг.

Поспешно пробегая через танцевальную площадку, она едва не столкнулась с Вариной, которая несла Джейми. Малыш провел весь вечер в компании детей Дэвисов. Те, по-видимому, всячески его развлекали, и теперь он, наверное, хотел есть и спать.

– Лейтенант Кларк проводит вас обратно, – улыбнулась Варина. – У вашего мужа есть еще кое-какие дела. Он скоро к вам вернется. – Она обняла Райзу и тотчас отпустила. – Приятно было повидать тебя, девочка, даже при таких обстоятельствах.

Райза порывисто обняла ее в ответ, немного прижав при этом Джейми. Малыш негромко вскрикнул в знак протеста. Обе женщины рассмеялись.

Итак, у Джерома дела. Дела… Она больше не видела ни его, ни Жанин.

Лейтенант проводил Райзу до пансионата, где ее ожидал Мор, а не его молодой помощник. Ему, по всей видимости, сообщили, что Райза сбежала у него из-под носа. Сейчас он выглядел расстроенным и рассерженным.

Райза не пыталась с ним заговорить. Быстро прошла в комнату, покормила Джейми, переоделась в ночную сорочку. Начала в тревоге расхаживать по комнате. В ней боролись два чувства – радость оттого, что она открыто бросила вызов Джерому, и ужас перед тем, что она совершила. Что касается Жанин Томпсон, то к этой женщине она ничего, кроме неприязни, не испытывала и сейчас предвкушала все то, что скажет Джерому, когда они встретятся.

Но время шло, а он все не появлялся. В какой-то момент, невзирая на эмоции, бушевавшие в ее душе, она легла. Напомнила себе, что она генеральская дочь и должна быть готова к любым военным действиям, если потребуется.

Внезапно Райза поймала себя на том, что горько плачет. Слезы лились ручьем. Пытаясь их остановить, она в конце концов заснула.

Джером не мог поверить тому, что произошло. Какая наглость! Явиться в дом самого президента! И это в Ричмонде, можно сказать, в самом сердце Конфедерации… Он и не подумал о том, что она, вероятнее всего, знакома с Дэвисом и его женой, поскольку Дэвис и ее отец долгое время вращались в одних военных и политических кругах в Вашингтоне.