Фиеста отважных. Сборник научно-фантастических произведений - Рейнольдс Даллас МакКорд Мак - Страница 52

Теперь я разглядел, почему сеньор Меркадо-Мендес, если таково было его имя, предпочитает оставаться в тени. Лицо у него было восковое, словно у плохо забальзамированного трупа; мне подумалось, что это, наверно, маска. Однако неестественно яркий блеск глаз говорил скорее об обратном.

Посетитель снова поклонился.

— В прошлые годы, сэр, у нас не возникало необходимости входить с вами в прямой контакт, хотя в отдельных случаях, о которых вы упомянули, вы зачастую оказывались в опасной близости от того, что вас не касалось.

Атмосфера явно накалялась. Мой друг пожевал губами.

— Сеньор Меркадо-Мендес, я пришел к выводу, что вы — не землянин.

Услышав подобное заявление, любой нормальный человек повернулся бы и ушел. Наш же гость в молчании разглядывал Холмса, словно раздумывал над его словами.

Наконец, по-прежнему игнорируя меня, он сказал:

— Мне поручено предупредить вас, сэр, что Галактический Совет не позволит вам и дальше вмешиваться в официальные исследования, которые выполняются со всей возможной осторожностью, дабы не причинить вреда вашей, смею сказать, уникальной культуре.

Пожалуй, посетитель был ничуть не менее сумасшедшим, чем мой друг, которого, правда, извинял его возраст. Я собрался было вмешаться, но Меркадо-Мендес, слегка повернувшись, бросил на меня такой взгляд, что я застыл на месте.

Холмс заерзал в кресле.

— Что касается меня, то я свою задачу выполнил. Остальное — в руках сэра Александра и Общества Защиты Мира.

В завораживающих глазах посетителя мелькнула усмешка.

— Поступки сэра Александра и его соратников нас не беспокоят. Мы уже сталкивались с ним.

В голосе его послышались снисходительные нотки.

— Вам незачем тревожиться о судьбе вашей планеты, ибо вы находитесь под покровительством Отдела Исследований Живых Примитивных Культур Бюро Археологии и Этнологии Галактического Совета.

Надолго установилось молчание. Когда мой друг наконец ответил, мне показалось, я слышу прежнего Шерлока Холмса, чей гениальный мозг уже нашел разгадку казавшейся неразрешимой задачи.

— Кроме того, я выяснил, что вы являетесь кем-то вроде полицейского… пожалуй, лучше будет сказать, опекуна.

Посетитель очень по-человечески пожал плечами, сухо усмехнулся и поклонился. Его взгляд остановился на мне, и у меня сложилось впечатление, что я показался Меркадо-Мендесу не заслуживающим ни малейшего внимания.

— Совет стремится защитить планеты вроде вашей от подрывных элементов, готовых их уничтожить. Я служу Совету.

Сыщику, похоже, надоела снисходительность в голосе нашего гостя. Он заговорил более резко:

— Мне почему-то кажется, сеньор Меркадо-Мендес, что я могу раскрыть многие из величайших преступлений в истории человечества. Например, похищение бриллианта Великий Могол. Или исчезновение сокровищ ацтеков после noche triste[17] Эрнандо Кортеса. Или ограбление саркофага Александра Македонского. Или невероятные по своей дерзости взломы фараоновых гробниц. Или…

Если бы я не боялся ошибиться, то сказал бы, что наш посетитель покраснел. Он поднял руку, останавливая Холмса:

— Даже лучшие из опекунов не всемогущи.

Черты лица Холмса заострились. Из прежнего опыта я знал, что он пришел к какому-то заключению. Я хмыкнул; опять он воображает себя молодым! Холмс произнес довольно твердым голосом:

— Я хочу сказать вам вот что. Наш мир погряз в международных интригах; все готовятся к войне. Крупные государства разбросали своих агентов по всему свету. Само собой разумеется, сеньор, что британскому разведчику, переодетому арабом, весьма затруднительно найти в том же городе загримированного под араба первоклассного германского шпиона. Однако настоящий араб распознает немца с первого взгляда, не правда ли?

Замечание сыщика не носило никакой связи с предыдущим разговором, и потому я вознамерился сказать нашему гостю, что он утомил моего друга и что ему лучше уйти.

Но сеньор Меркадо-Мендес, или как его там, услышал, видимо, в словах моего друга что-то такое, что я упустил. Из голоса его начисто исчезло добродушие. Он сказал:

— Вы предлагаете…

Сыщик согласно кивнул, разжигая трубку.

— Вот именно.

Посетитель задумался.

— В каком качестве вы предпочли бы действовать?

Мой друг фыркнул.

— Как вам наверняка хорошо известно, сеньор, моя профессия — сыщик-консультант. И, кстати сказать, за услуги я беру недешево.

Не знаю, откуда брались силы у моего друга, но сам я буквально валился с ног от усталости.

— Может, хватит нести чепуху? — сказал я. — Вы бы послушали себя со стороны! Если я правильно понял, мой престарелый… э… пациент предлагает свои услуги. Должен предупредить…

Они не обратили на меня внимания.

В голосе Меркадо-Мендеса снова послышалась снисходительность.

— Пожалуй, лет пятьдесят назад, сэр, вы могли бы на что-то рассчитывать.

Сыщик отрицательно помахал рукой.

— Сеньор, я не думал, что мне придется заговаривать об этом, — он глупо хихикнул. — Ваша собственная наружность служит лучшим доказательством того, что у вас имеется субстанция, которую монах Роджер Бэкон именовал Elixir Vitae.[18]

Наступило продолжительное молчание.

Его нарушил Меркадо-Мендес.

— Вы правы, сэр, такие способности нельзя продавать дешево. Однако обычно Галактический Совет воздерживается от вмешательства в естественный ход развития примитивных планет…

Опять отрицательный взмах руки.

Я подавил зевок. Сколько это будет продолжаться? И о чем вообще речь?

Мой друг сказал:

— У всякого правила, сеньор Меркадо-Мендес, бывают исключения. Если ваш совет хочет чего-то добиться, вам нужен, — очередной идиотский смешок, — скажем так, агент из числа аборигенов. Вы же знаете мои способности, сеньор, вы знакомы с моим методом.

Наш странный гость как будто пришел к какому-то решению.

— Я не могу брать на себя такую ответственность. Вы не против отправиться со мной к моему начальству?

Я поразился: стукнув ладонью по подлокотнику кресла, Шерлок Холмс встал.

— Идемте, сеньор, — проговорил он.

— Послушайте, — запротестовал я, — это уже слишком. Я не могу позволить, чтобы моего подопечного уводили неизвестно куда в столь поздний час. Ему нужно хорошенько отдохнуть после тяжелой недели. Я…

— Успокойтесь, доктор, — пробормотал Холмс, протягивая руку за пальто с шарфом. — Надо же, подопечный!

Несмотря на усталость, я попытался настоять на своем.

— Хватит, мне надоело! Если вас, в вашем-то возрасте, тянет по ночам на улицу, то ищите себе другого товарища. Я останусь дома!

Он хмыкнул, умудрился надеть без посторонней помощи пальто и повернулся к нашему странному посетителю.

— Я готов, сеньор.

Они вышли из комнаты; я долго глядел им вслед. Быть может, причиной тому усталость, но, должен признаться, я не слышал, как они спускались по лестнице, не слышал стука входной двери. Впрочем, я уже говорил, что со слухом у меня не все в порядке.

Наутро Холмс не вернулся. Не пришел он и на следующий день.

Мне поневоле вспомнилось прошлое, когда сыщик исчезал из поля моего зрения, случалось, на несколько лет. Но тогда все было по-другому.

Немощный старик ушел из дома в сопровождении безумца, который утверждал, что является представителем Галактического Совета, или как он там его называл. Я колебался, не зная, что предпринять. Обращаться в полицию мне не хотелось; я боялся подвести своего друга, которому когда-то давно дали шутливое прозвище «бессмертного сыщика».

Меня терзали сомнения, и вдруг мне вспомнились слова Холмса, которым я в свое время не придал нужного значения. Быть может, они подскажут разгадку?

Я взял энциклопедию и нашел в ней статьи о монахе Роджере Бэконе и Elixir Vitae.

Роджер Бэкон жил в тринадцатом веке и был алхимиком и метафизиком. Один из самых известных людей той эпохи, он искал эликсир жизни, выпив который, можно было бы обрести бессмертие, и философский камень, способный превращать металлы в золото.