Пират и язычница - Хенли Вирджиния - Страница 73

– О, неужели это Рафаэль? – воскликнула она.

– Да. У моего отца было самое большое собрание предметов искусства в Англии, но этот проклятый узурпатор успел почти все распродать. Я всеми силами пытаюсь вернуть фамильное достояние.

– До того как отец проигрался, у нас в Роузленде тоже был Рафаэль, – простодушно вздохнула Саммер.

– Поверьте, я хорошо знаю, что такое быть и принцем и нищим, и каково это – продавать наследство ради достижения цели. Но потерять его в азарте игры – поистине кощунство.

– Сир, я не могу просить вас о милости, не предложив ничего взамен, моя гордость этого не позволит.

Карл цинично скаламбурил:

– Гордость – такая роскошь, которую мы не всегда можем себе позволить. Саммер, вы не льстите мне, не пытаетесь заигрывать, как другие женщины. Поэтому я должен предположить, что обычной платы от вас не дождусь.

Саммер вспыхнула, но храбро продолжала:

– Мой муж занимается шпионажем в пользу своего короля. Я тоже могла бы добывать сведения. Подумайте, сколько всего способна разузнать женщина ради блага страны. Я знаю, что кто-то продает государственные тайны голландцам, и, возможно, сумела бы отыскать изменника. Кстати, барон Арлингтон, ваш министр иностранных дел, женат на голландке.

– Черт возьми, ведь Арлингтону не терпится занять должность Гайда. Представляю, какой скандал разразится, если окажется, что вы правы, – рассмеялся король.

– Я вовсе не хотела ни в чем обвинять баронессу, сир, просто привела ее в качестве примера.

– Да-да, понимаю, то, что вы предлагаете, весьма остроумно, и я нуждаюсь в друге, который помог бы решить одну крайне важную задачу. Повторяю, такая женщина должна быть именно другом, а не любовницей.

Саммер снова покраснела.

– Леди Хелфорд, вы редчайшее явление! Женщина, которая влюблена в своего мужа!

Саммер побагровела до корней волос. Подумать страшно, как был бы шокирован король, узнав правду о ней.

– Думаю, что могу быть откровенным с вами, – тихо сказал Карл.

– Вы можете полностью мне довериться, сир, – объявила Саммер.

– Моя сестра привезла с собой из Франции молодую даму. Ее зовут Франсис Стюарт. Я увлекся леди, но она отвергает мои притязания. Клянется, что все еще невинна, и я должен знать, так ли это или у меня есть соперник.

– О, сир, я не это имела в виду, – охнула от неожиданности Саммер.

– Что же, моя дорогая, если выполните мою просьбу, возможно, позже сумеете предотвратить и угрозу безопасности королевства.

– Боюсь, вы просто играете со мной, ваше величество!

– Душа моя, я бы рад поиграть с вами, но вы держите меня на расстоянии, совсем как красавица Стюарт, – хмыкнул король. – Скажите, что я могу сделать для вас?

– Моего брата без всякой вины арестовали в Фалмуте и отправили в Ньюгейт. Я была там вчера, сир, и мое сердце разрывается при одном воспоминании о том, в каком виде я его нашла.

– Дорогая, но Рурк уже поговорил со мной, и я дал разрешение освободить вашего брата.

Саммер от удивления приоткрыла рот.

– Разве вы не виделись с мужем?

– Н-нет, сир, я думала, что он еще в Фалмуте.

– Должно быть, он хотел сделать вам сюрприз.

– В-возможно, – пролепетала она.

– Насколько мне известно, он здесь, в Уайтхолле.

Саммер до смерти перепугалась. Что, если Рурк видел ее в компании Проджерса?

– Спасибо за доброту к моему брату, ваше величество, я никогда этого не забуду. Спокойной ночи, сир.

Он закутал ее в плащ и наградил целомудренным поцелуем в лоб.

– До свидания, Саммер.

Она быстро нашла обратную дорогу, но Эдварда нигде не было видно. Должно быть, злосчастный вообразил, что она останется здесь на ночь!

Саммер вышла в темный коридор, но выступивший из мрака незнакомец преградил ей путь. Разглядев лицо мужчины, она сжалась от страха.

– Рурк, это не то, что ты думаешь, – едва слышно запротестовала она, робко глядя на мрачного мужа. Рурк помолчал несколько минут, прежде чем сумел наконец взять себя в руки и немного успокоиться.

– Знаю, – глухо отозвался он. – Я не выпустил бы тебя из постели через час, думаю, что и королю этого недостаточно.

Саммер проглотила уничижительную реплику и прикусила язык.

– Спасибо, что заступился за Спенсера перед его величеством. Я с ума сходила от тревоги за него.

– Разве ты не получила моего письма? – удивился Рурк.

– Какого письма?

– Я заезжал сегодня на Кокспер-стрит и оставил леди Ричвуд записку для тебя.

– Когда я вернулась, она уже уехала на бал, – пояснила Саммер.

– Здесь мы не сможем поговорить. Во дворце у меня апартаменты. Будь моей гостьей, и мы все обсудим, хорошо?

Саммер была потрясена тем, что Рурк не кричит на нее, не обзывает, не проклинает и довольно спокоен. Возможно, ей стоит согласиться и поточнее узнать, скоро ли освободят Спайдера.

– Пожалуй, зайду на полчаса, милорд, но уже поздно. В такое время женщине опасно ходить по улицам.

– Я провожу тебя домой, Саммер, – пообещал Рурк и повел ее через лабиринты Уайтхолла в сад, мимо площадки для игры в шары. Скоро они очутились в покоях лорда Хелфорда, состоявших из двух маленьких комнат.

Рурк зажег свечи, и Саммер улыбнулась. Обстановка совсем во вкусе ее мужа: уютная, красивая, удобная мебель и мягкие ковры. Ее почему-то охватило такое чувство, словно она после долгих скитаний вернулась домой.

Рурк снял с нее плащ, усадил в широкое кресло и, налив в бокалы сухого белого вина, устроился напротив.

– Я приехал к леди Ричвуд с известием, что король разрешил отпустить твоего брата. Меньше всего на свете мне хотелось, чтобы ты просила короля о милости.

– Почему? – удивилась Саммер.

– Ты прекрасна, дорогая, и я точно знаю, что короля безумно влечет к тебе. Поверь, Саммер, я смертельно боялся, что ты отдашься ему из благодарности, – признался Рурк, пытливо всматриваясь в жену.

– Что тебе за дело? Между нами все кончено, ты сам этого захотел!

– Между нами ничего не кончено, Саммер… пока… и, возможно, никогда. Знаю, я обидел тебя, и во всем виноват мой дьявольский характер, но отдал бы все на свете, чтобы былое вернулось и мы вновь стали любовниками.

Голос его звучал так душераздирающе искренне, что у Саммер захватило дух.

– То, что было между нами, так прекрасно… необыкновенно… чудесно… Попробуем забыть обо всем и начать жизнь сначала, счастье мое. Дай мне шанс доказать, как я тебя обожаю.

Саммер смущенно смотрела в бокал, любуясь игрой света в золотистом вине. Сердце билось так, что казалось, грохот отдается во всех углах комнаты.

– Поверь, у меня нет худшего врага, чем я сам. Когда ты во всем призналась, я потерял голову от гнева. Но, немного успокоившись, понял, что ты ни в чем не виновата, и горько пожалел о ссоре. Это я дал Спенсеру возможность сбежать. Ну а потом отправился в Лондон и выкупил Роузленд, чтобы подарить его тебе.

Слезы брызнули из глаз Саммер. Господи, они так пылко любили друг друга, что никого и ничего вокруг не замечали. Почему она сразу не сообразила, что Рурк решился на все это ради нее?

Муж взял ее руку так осторожно, словно она была из тонкого фарфора.

– Знаешь, я безмерно гордился твоим умением принять гостей! И сразу увидел, с какой врожденной естественной грацией ты делаешь все необходимое, чтобы его величество и остальные гости не скучали. Дело вовсе не в воспитании – ты действительно была неподражаема! Впрочем, как и всегда. Поняв, что тебе хотелось угодить мне, я чуть не лишился рассудка от раскаяния. Мне постоянно хотелось быть с тобой рядом, ощущать вкус твоей кожи на губах. В ту последнюю ночь я снова наделал глупостей, и мы поссорились. Я вел себя как настоящее животное! Взял тебя едва ли не силой, хотя стремился лишь показать свою любовь.

– О, Ру, – тихо вскрикнула Саммер.

– Тише, дорогая, успокойся! Меня следовало бы высечь кнутом за то, что заставил тебя плакать.

Рурк вскочил и, зайдя за спинку ее кресла, нежно погладил Саммер по голове.