Пират и язычница - Хенли Вирджиния - Страница 115

Однако Саммер отстранилась и спокойно покачала головой:

– По-моему, Освалду это в голову не приходило. Возможно, в этом случае мне пришлось бы не так плохо, но Освалд был настоящим безумцем.

Рурк в бессильной ярости сжал кулаки при виде слезы, ползущей по щеке Саммер. Осторожно смахнув соленую капельку, он вопросительно посмотрел на жену, боясь и желая узнать правду. Но Саммер слишком любила его, чтобы доставить ненужные муки.

– Ему нравилось причинять боль. Он поставил клеймо мне на палец и всячески унижал. Отрезал волосы, морил голодом… ах, не стоит об этом вспоминать. Все прошло, и мы снова вместе.

Рурк вскочил и прижал жену к груди:

– Я сделаю все, чтобы ты забыла все беды и несчастья, любимая.

– Тебе уже это удалось, – от всего сердца заверила Саммер.

Глава 50

Рурк поднес к губам ее маленькую ручку, поцеловал искалеченный палец и держал жену в объятиях, пока у нее не иссякли слезы. Саммер немного пришла в себя и обнаружила, что сидит у него на коленях, совсем как раньше, в первые дни после свадьбы.

Наконец она осмелилась поднять голову и взглянула в глаза мужа. И увидела в них только безграничные любовь и сострадание.

– Я так устала, – неожиданно для себя призналась она.

Рурк отнес ее на огромную кровать, раздел и подоткнул со всех сторон одеяло.

– Спи, родная моя, и знай, что я безмерно тебя люблю.

Впервые за все время, прошедшее с их первой ссоры, Саммер чувствовала себя в полной безопасности и вскоре оказалась в волшебном царстве сна. Однако глубокой ночью она пробудилась, интуитивно почуяв неладное.

К ее глубочайшему изумлению, Рурк, совершенно обнаженный, стоял посреди комнаты, едва удерживая извивавшегося и вопящего Райана.

– Саммер, Саммер, вставай же, – беспомощно бормотал он, – негодник орет как резаный. Не понимаю, что с ним.

– А где миссис Бишоп?

– Я отослал ее в Роузленд. Думал, мы сами справимся, – растерянно объяснил муж. – Я даже спустился вниз и согрел ему молока, но проказник швырнул кружку на пол.

Саммер на мгновение замерла, охваченная паническим страхом, но тут же очнулась и протянула руки своим мужчинам. Рурк моментально очутился рядом и, отдав ей сына, забрался под покрывало. Саммер прижала малыша к груди и принялась качать, напевая колыбельную. Райан тут же затих и прильнул к матери, сразу превратившись из своевольного сорванца в напуганное темнотой и одиночеством дрожащее дитя, которому так нужны материнские ласка и нежность.

Наконец он почмокал губками и спокойно уснул. Саммер положила сына между собой и Рурком, и супруги долго лежали молча, сплетя руки и обмениваясь легкими поцелуями. После всех терзаний и разлук сердца троих бились в унисон.

«Боже милостивый, – молился про себя Рурк, – я не прошу большего, но не отнимай хотя бы то, что есть».

Утром в Хелфорд-Холл вернулась миссис Бишоп в сопровождении Спайдера. Саммер глазам своим не верила. Брата было почти невозможно узнать – он вытянулся, окреп и раздался в плечах. Прежний мальчик исчез навсегда: перед ней стоял мужчина.

– Я продал ему Роузленд, – смеясь пояснил Рурк. – Для тебя и в Хелфорд-Холле найдется достаточно дел. Пусть женится, чтобы было кому следить за домом!

– Представляешь, он потребовал целых пять крон! – притворно вознегодовал Спайдер. – Так что на деньги, привезенные из Мадагаскара, я могу снарядить собственный корабль!

– Значит, ты не жалеешь о путешествии? – спросила Саммер.

– Конечно, жалею! Из-за этого я не пошел на войну и пропустил самое интересное.

Саммер улыбнулась, только сейчас поняв замысел мужа.

– Рурк сделал это, чтобы спасти тебя и уберечь от опасности.

– Можно подумать, я дитя малое, – проворчал Спайдер и, приглядевшись к сестре, укоризненно заметил: – Нравится тебе это или нет, дорогая, но я молчать не буду. Пора тебе бросить разгульную жизнь и держаться подальше от Лондона. Ты тощая как жердь, просто кожа да кости, и, по моему глубочайшему убеждению, совершенно не стараешься быть примерной женой и матерью. Рурк, а ты куда смотришь? Будь я на твоем месте, почаще бы полировал ей задницу! Сам знаешь, если дать ей палец, она всю руку откусит и не поперхнется!

Рурк безуспешно старался скрыть ехидную ухмылку.

– Если бы ты знал, сколько раз меня подмывало вздуть ее хорошенько!

Саммер наградила мужа уничтожающим взглядом, который, говоря по правде, не произвел на него ни малейшего впечатление.

Спайдер пообедал вместе с ними, и Саммер позволила Райану сидеть за большим столом рядом со взрослыми. К невероятной радости Саммер, оказалось, что Райан и Спайдер большие друзья, и сердце ее преисполнилось благодарности Господу за все благодеяния, им ниспосланные.

Днем Рурк повесил гамак в уединенном уголке сада, где сильнее всего разливалось благоухание роз. Саммер послушно улеглась, а Рурк присел на край, неотрывно глядя на жену. Саммер, лениво подняв руку, коснулась его чисто выбритой щеки.

– Не могу понять, как я сразу не догадалась, что ты и Рори – один и тот же человек, – вздохнула она, вспоминая колкую щетину и белую молнию на виске. – Почему тебе понадобилось сыграть со мной такую жестокую шутку?

– Мне очень хотелось положить конец вражде и неприязни между нами, а другого способа я не нашел. Да, я позволил проклятой вспыльчивости взять надо мной верх и наговорил тебе столько жестоких слов… и хотя сразу же пожалел об этом, было уже поздно. При каждой новой встрече мы вели себя как кошка с собакой. С Рори ты была сама собой, откровенна и честна. Никакой лжи, никаких уловок. Ты не подпускала к себе Рурка, поэтому Рори пришлось тебя соблазнить.

– Ты и представления не имеешь, как я терзалась оттого, что изменяю мужу! Угрызения совести не давали мне покоя. И потом я едва не умерла со стыда, обнаружив, что беременна и не знаю, кто отец ребенка.

Рурк нежно всматривался в ее изумительное лицо, на которое то и дело падала тень: цветущий миндаль ронял на них сиренево-розоватые лепестки.

– Ты призналась в этом Рори, но ни слова не проронила мужу, – заметил он, насмешливо блестя глазами.

– О Господи, я не смела, – прошептала она.

– Дорогая, неужели ты меня боялась?

Ресницы Саммер взметнулись вверх.

– Да… немного… то есть очень.

Рурк наклонил голову и коснулся губами ее губ.

– Но ведь все это, надеюсь, быльем поросло? Больше я тебя не пугаю?

– Конечно, нет… разве что самую чуточку.

Рурк пощекотал языком ее ладонь. Саммер осторожно пробежала пальцами по его виску и нащупала шрам. Странно, почему она не обнаружила его раньше? Возможно, не хотела признаться себе, что с самого начала знала правду?

Теперь уже все в прошлом и не стоит гадать… они вместе, и больше ей ничего не нужно.

– Значит, это ты бросился в воду, чтобы спасти отца?

– Мы были так чертовски схожи характерами! Никто не хотел уступить. Он погиб прежде, чем успел простить меня, – выдавил Рурк. – Страшно подумать, что то же самое едва не случилось с нами. – Он порывисто стиснул ее плечи и мучительно сморщился. – Прости за все, что причинил тебе. Ты больше не сердишься?

– Рурк, ты действительно расторг наш брак? – вырвалось у нее. Она боялась и желала услышать ответ. Настала пора раз и навсегда выяснить, что ждет ее впереди.

– Конечно, нет, родная, – простонал Рурк. – Ты мое сердце, моя душа. Как я могу расстаться с тобой? Неужели ты еще не поняла, что я из тех, кто громко лает, но трижды подумает, прежде чем укусить?

– М-м-м, – задумчиво протянула Саммер. – Последнее время ты ни разу меня не укусил как следует…

Несмотря на все благие намерения, желание жарким огнем опалило его. Рурк невероятным усилием воли попытался загасить пламя, опасаясь, что жена еще слишком слаба.

– Когда-нибудь я покажу тебе, чем могут заниматься мужчина и женщина в гамаке. Это ужасно забавно! Тебе понравится.

Саммер послала ему зазывный взгляд: