Монстры носят короны (ЛП) - Хамфрис Аделин - Страница 69

— Да, — простонала она, звук низкий и томный, словно ей нужно было, чтобы я касался её не только сейчас. — Пожалуйста...

Слово «пожалуйста» — оно разрушило последние остатки моего контроля. Она снова прижалась ко мне. И на этот раз я почувствовал, как её киска почти втягивает кончик моего члена. Я больше не мог ждать. Мне нужна была она — вся целиком, прямо сейчас.

Я схватил её запястья, прижав их над головой, и вонзился в неё с такой силой, что она вскрикнула. Она крепче обхватила меня ногами, втягивая глубже, встречая каждый толчок с такой же жаждой, как и я. Моё семя всё ещё стекало по её бедру.

— Смотри на меня, — прорычал я, наклоняясь, чтобы поцеловать её, вонзаясь глубже.

Она подчинилась, встретив мой взгляд с тем же диким, вызовом полным взглядом. Это только усилило моё желание — сделать её своей, сломать её.

Она потянула меня в очередной страстный поцелуй. Я застонал, когда её язык скользнул в мой рот, пробуя меня, заявляя о своём праве на меня так же, как и я на неё.

— Ещё, — прошептала она, выгибая спину, когда я задел глубже внутри неё.

По коже пробежали мурашки от её мольбы. Она действительно хотела меня, несмотря на всё зло, которое я творил.

— Тсс, детка, — прошептал я, голос хриплый, снова целуя её шею.

Её звук свёл меня с ума. Я прижал руку к её рту, чтобы приглушить крик, который собирался вырваться из неё. Я чувствовал это. Её дыхание сбивалось, глаза закатились назад.

— Смотри на меня, пока кончаешь, детка, — приказал я.

Её красивые голубые глаза расширялись с каждым глубоким, мучительным толчком. Я никогда раньше не хотел устанавливать зрительный контакт во время секса. Чёрт возьми. Эта женщина могла высосать мою тёмную, несчастную душу.

Когда я довёл её до края последним, жестоким толчком, её тело судорожно сжалось, ногти впились в мою спину, и она закричала, упираясь в мою руку.

— Вот так, красавица, хорошая, чертовски хорошая девочка, — улыбнулся я, наблюдая, как она ломается.

— Держи глаза на мне.

Толчок.

— Каждый раз, когда я касаюсь тебя, я оставляю метку, которую ты никогда не смоешь. Ты теперь принадлежишь мне.

Я вонзился в неё с новой силой, и она застонала.

Комната наполнилась звуком наших движущихся тел, трением, жаром, отчаянной нуждой, что терзала нас обоих. Её голос — хриплый и дрожащий — эхом отзывался в моих ушах, подгоняя меня. Чёрт возьми, она была такой жадной. Я думал, что хочу много, но она превосходила даже мою жажду. Она могла высосать каждую каплю семени из моего тела и всё равно требовать ещё.

Удовольствие нарастало так сильно и быстро, что я больше не мог сдерживаться. Мой темп на мгновение сбился, когда я боролся с нарастающей волной ощущений, но она втянула меня обратно, толкая глубже в бездну чертового рая. И затем, с криком, чистым и безудержным, она снова разбилась подо мной. Её тело напряглось, ногти впились в мою кожу, и она цеплялась за меня, словно я был её единственным якорем в этой буре дикой страсти.

— Блядь, оставайся тут, детка, я почти кончил, — прорычал я.

Звук её ломки был моим поражением, и с последним толчком я последовал за ней, теряя себя в ощущениях. Я вонзился так чертовски глубоко, что она вздохнула.

Когда я, наконец, рухнул рядом, бездыханный, я прижал её к себе, убрав прядь волос с её лица. Мои губы провели по её коже с такой нежностью, что казалось невозможным всего несколько минут назад.

Она свернулась калачиком подо мной, тело всё ещё раскалённое от того, что мы только что сделали, и я знал — она никуда не уйдёт. Я дал ей перевести дыхание, а потом поднял и унёс в ванную. Моя женщина. Моя богиня. Моя жизнь.

Глава 25

Адела

(TW: сексуальное насилие)

День на Sinclair Solutions прошёл… хорошо. Удивительно, почти чудесно хорошо. Меня это не должно было удивлять, но после хаоса, который эти мужчины устроили в моей жизни, словно подожгли сухое поле, я перестала ждать спокойствия. И всё же… в офисе было тихо. Системы держались крепко — ни одной новой утечки, ни одной тревоги на панели безопасности. Клиенты не уходили, даже самые осторожные. Если и произошло что-то, так это они удвоили ставки, чувствуя себя увереннее благодаря нашей защите. Я почти могла свободно дышать. Почти.

Тело ныло от прошлой ночи. Рэйф уничтожил меня самым лучшим образом — тщательно и беспощадно, как мог только он. Утром я едва могла ходить ровно, и не раз сжимала бедра под столом, вспоминая, как он владел мной каждой клеточкой. Потому что он действительно владел. Чёрт, действительно.

Но с каждым шагом, напоминавшим, как он меня брал, в уголках сознания шепталось чувство вины. Оно почти топило меня всю последнюю неделю. Каждый раз, закрывая глаза, я видела лицо Моро, слышала, как он произносил моё имя, чувствовала, как его рука скользила между моих бедер — словно он был моим другим любовником. Моё тело, глупое и отчаянное, жаждало его в тот момент.

Но потом в голове всплывало лицо Рэйфа, и моё сердце разбивалось на части. Я отстранилась. Я действительно это сделала. Я похвалила себя за это. Но всё равно я позволила Моро прикоснуться к себе. Позволила почти поцеловать. И не остановила это сразу. Чёрт, я такая сука.

Рэйфа дал мне всё, чего я не знала, что мне не хватает, и всё, что я никогда не думала, что смогу иметь. Он был хаосом и утешением. Одержимостью и безопасностью. Он не просто трахал меня — он заявлял свои права на меня.

А я позволила другому мужчине дотронуться до себя. Тугой узел нервов в моём животе не проходил с тех пор.

Лаура заметила, что что-то не так. Она не сказала ни слова, но её хитрая улыбка, посланная мне через комнату не один раз, говорила сама за себя. Наверное, она думала, что я просто кайфую от того, что сегодня нас не атакуют. Или, может, она знала больше. Знала меня достаточно, чтобы прочитать напряжение в моих плечах, то, как я слишком долго смотрела на своё отражение в тёмном стекле окна моего кабинета. В любом случае, она не настаивала. И я ценила эту тишину больше, чем могла выразить словами.

Солнце опускалось за горизонт, когда я наконец вышла из машины и вдохнула прохладный вечерний воздух. Особняк величественно возвышался впереди, красивый и внушительный, его каменный фасад светился в последних лучах дня. Мой желудок урчал, когда я думала о том, что мы будем есть на ужин. Хмм, подумала я, можно предложить пиццу. Я давно не ела по-настоящему вкусную пиццу.

Но чем ближе я подходила к особняку, тем тяжелее становился воздух вокруг. Ноги вдруг начали требовать вернуться в машину, а не идти внутрь. Вздохнув, я поправила сумку на плече, убедившись, что пистолет надежно спрятан внутри.

Я почувствовала это ещё до того, как увидела его. Напряжение, тяжесть чего-то, что вот-вот ударит.

Я нашла его в офисе — стоял у окна, спиной ко мне, руки упирались в стекло, словно он пытался удержать себя в руках. Мышцы рук были напряжены, всё тело словно натянуто.

Я тяжело сглотнула. Чёрт.

— Рэйф? — спросила я.

Он не повернулся. Не двинулся. Но я увидела его отражение в стекле, и живот сжался от боли. Его лицо было маской ярости, глаза тёмные и бурные.

— Что случилось? — я сделала шаг вперёд, но слова казались мелкими и незначительными на фоне тяжести в комнате.

Он не отвечал сразу. Когда заговорил, голос был холодным и острым, словно лезвие.

— В ту ночь, когда ты вернулась в свою квартиру, куда ещё ты ходила?

Вопрос ударил меня словно пощёчина. Я открыла и закрыла рот, страх внезапно сжался вокруг моего горла. О, чёрт.

Он наконец повернулся, и выражение на его лице заставило кровь стынуть в жилах.

— Ты, что, издеваешься? — холодный тон прорезал воздух. Я уставилась на него, сердце колотилось в груди. — О чём ты, чёрт возьми, говоришь?

Он не ответил. Вместо этого полез в карман пиджака, достал телефон, один раз коснулся экрана и бросил его на стол между нами, словно это было что-то отвратительное.