Монстры носят короны (ЛП) - Хамфрис Аделин - Страница 37

— Ты промокла для меня, — прохрипел он, проводя пальцами по моей влаге, что он сам и вызвал. — Больше не притворяйся, Адела. — Голос был низким, смертельным. — Это ты. Моя. Чертовски созданная для меня.

Я извивалась под ним, задыхаясь, когда его пальцы вонзались глубоко — сильно, быстро и без пощады. Крик застрял у меня в горле.

— Думаешь, я позволю тебе жить одной после этого? — прорычал он, сгибая пальцы. — Думаешь, я оставлю тебя в этом пентхаусе с замками, которые я могу взломать с закрытыми глазами? Ещё один толчок. Спина выгнулась, стон вырвался прерывисто и хрипло. — Я закончил играть в хорошего парня, — сказал он, голос стал ещё напряжённее. — Ты принадлежишь мне. В моей кровати. В моём доме. Под моей чёртовой защитой. Он снова проник пальцами, и тело напряглось от волны удовольствия. — Думаешь, мне важно, нравится ли тебе? — прошептал у шеи, впиваясь зубами. — Ты поедешь со мной, хочешь ты этого или нет.

Оргазм разорвал меня на части — яростный и ослепляющий. Я осела в верёвках, разрушенная и открытая. И всё же, его губы шептали у моего уха:

— Хватит игр, любовь моя. Ты переезжаешь ко мне, или в следующий раз… Его губы скользнули по моей шее. — Будет жёстче.

Он сжал мою шею достаточно, чтобы лишить меня дыхания. Веки дрогнули, и на секунду я слышала лишь шум крови в ушах.

— Нет, — прошептала я, голос едва слышен.

— Ты ещё можешь убежать, — тихо сказал он, большой палец гладил изгиб шеи, соблазняя и дразня. — Но мы оба знаем, что ты не уйдёшь.

Я сглотнула крепко. Пульс бился в его ладони. Он ждал, давая последний шанс, прежде чем сломать меня своим членом. Это немного успокаивало — знать, как сильно он обо мне заботится. Но я не двинулась. Я не воспользовалась шансом. Его губы изогнулись в улыбке за маской.

— Хорошая девочка.

Верёвки жгли, когда я снова боролась, но это было бесполезно. Он держал меня. Рука снова сжалась на шее, пальцы врезались в плоть, словно тиски. Другая рука провела лезвием по внутренней стороне бедра, металл зловеще блестел в тусклом свете.

— Ни за что не смей кричать, — приказал он низким, угрожающим рычанием, наконец отпуская мою шею.

Я вздохнула, лёгкие горели, наполняясь воздухом. Рэйф одной рукой жадно собрал мою джинсовую юбку у пояса, грубая ткань царапала кожу. Он разорвал мою блузку, пуговицы лопались и разлетались, словно крошечный пластиковый град. Его глаза — тёмные и голодные — пробежались по моим полным грудям, прежде чем он наклонился и провёл зубами по соску, вонзаясь в него — ощущение было резким, как электрический удар.

Я застонала, звук вышел удивительно жалким и похожим на страх. Он застонал, вибрация отозвалась в моей груди, когда он вытащил член из чёрных джинсов, звук молнии был резким, металлическим скрипом. Я боролась, руки всё ещё были связаны над головой, верёвка натирала кожу. Он снова схватил меня за горло.

— Прекрати, — прорычал он, слово звучало как грубое предупреждение, отступая, направляя лезвие между моих ног.

Внезапно страх вспыхнул ярко.

— Пожалуйста, не надо, — прошептала я, голос казался маленьким и жалким, лишь тенью меня самой.

Он вертел лезвие в руке, металл мелькал серебром, и без слова провёл рукояткой по моему клитору — резкий, усиливающий толчок.

Глаза закатились назад, тело задрожало, предав ум. Разум кричал, пытаясь убедить меня, что мужчина в маске между моих ног — угроза, опасность, хищник. И да, это было так.

Но тело заполнила волна возбуждения, когда его голова наклонилась, вдавливая рукоять в мою киску.

Из меня вырвался задыхающийся звук — смесь страха и наслаждения.

— Не двигайся, — прорычал он, наклонившись, чтобы вновь укусить мой сосок.

Разум закружился, вихрь хаоса и смятения. Он трахал меня рукояткой ножа. Это было слишком. Я попыталась вырваться, но оцепенела, когда почувствовала резкий шлепок по лицу — быстрый, жгучий удар. Глаза широко раскрылись от удара, но он продолжал вводить рукоять глубже.

— Посмотри на эту жадную маленькую киску, — рассмеялся он, поворачивая лезвие, чтобы лучше попасть в нужное место.

Я чуть не взлетела с дивана, но он прижал меня вниз. Вдруг он убрал нож и резко притянул мои бёдра к себе. Он навис надо мной, тело — сплошная стена мышц. Сердце бешено колотилось, дикое, суматошное, когда я чувствовала, как он дразнит своим членом мой клитор. Вся логика испарилась из головы, превратившись в вихрь хаоса.

— Стоп, слезь с меня! — закричала я, поднимая колено.

Но он только издевательски рассмеялся. Его тело прижало моё, член скользил по входу. Чёрт, он был огромен. Я хотела его. Мне нужен был он.

Он врезался в меня, вторжение было жестоким, растягивающим, жгучим. Я вскрикнула, яростно пыталась пинаться и вырываться, но тело его было непоколебимо, словно скала.

Он был слишком силён — гора мускулов и силы.

— Заткнись, — прошипел он, лезвие холодно угрожало у моей шеи.

Страх вспыхнул острым холодным уколом, когда я взглянула на мужчину в маске над собой — глаза тёмные, голодные, хищник, разрывающий добычу. Он вонзился в меня снова, сильно, удар казался разрывающим меня на части. Слёзы навернулись, жгли глаза, когда он растягивал меня. Ему было всё равно. Конечно, ему было всё равно. Он не остановится, пока я не скажу слово — стоп-слово, спасительный крик о пощаде. Я не скажу его, потому что, хоть и боялась немного, никогда раньше меня так полностью не видели. Найти того, с кем можно спокойно играть в такие штуки, — настоящее благословение. Он стал более агрессивным, его толчки были требовательными и глубокими. Я застонала, сопротивляясь жесткому ритму, хотя борьба была бесполезной.

Рэйф закрыл мне рот рукой, пока трахал, тело и разум воевали — один испуганный, другой — наполненный наслаждением.

— Тебе повезло, что это я тебя трахаю, — прохрипел он у губ и украл бешеный поцелуй, губы — жестокая, сокрушающая сила.

Я пыталась оттолкнуть его, но он усмехнулся и схватил подбородок, пальцы врезались в плоть. Я ненавидела, как сильно это меня возбуждало, и как плотно моя киска сжималась вокруг него — отчаянный, нуждающийся захват. Это было ужасно, извращённый, сбивчивый танец власти и контроля, но я чувствовала себя живой как никогда.

— Слезь! — зарычала я, но он снова закрыл мне рот, замедляя движения — злое, дразнящее мучение.

— Тсс, — он выпустил соблазнительный, задыхающийся смех, нож постоянно угрожал сбоку у моей шеи, пока губы ласкали другую сторону.

Его губы были мягким, нежным прикосновением — резкий контраст с его жестокими, наказывающими толчками. Удовольствие и страх сталкивались — грубая, хаотичная смесь — пока бурный оргазм не захватил меня.

Я вскрикнула, но он поймал мои губы в поцелуе, поглотив звуки и забрав дыхание.

— Видишь, как ты это любишь, Дела, — рассмеялся он, врезаясь в меня так сильно, что я не могла не застонать.

— Прекрати! — умоляла я, тело пульсировало после оргазма, а он продолжал наказывать меня каждым движением.

— Оставайся там, — простонал он, дыхание стало прерывистым, тяжёлым и резким.

Он был близок.

— Слезь с меня, ублюдок! — металась я, отчаянно царапая его тугую чёрную футболку, мышцы под пальцами напрягались — непроходимая стена силы.

— Заткнись и терпеливо принимай, — прорычал он у шеи.

— Отпусти, вытащи, блядь! — кричала я, отталкивая его непоколебимую грудь.

Он резко закрыл мне рот рукой, нож был наготове. Но я всё равно боролась, новый оргазм нарастал, горячий шторм ощущений, когда он двигался по моему клиторy. Разум кружился, смесь удовольствия и страха закручивалась в нечто такое интенсивное, что ноги дрожали, отчаянно и неконтролируемо.

Его сильное тело легко перевешивало меня, хотя я яростно пыталась оттолкнуть его. Это привело его в бешенство — дикий, неудержимый зверь, дикий хищник.

— Чёрт, — пробормотал он, член его разрывал меня почти пополам от силы.

Наконец он бросил нож, металл глухо звякнул о пол. И одной рукой, он прижал моё правое колено вниз.