Хранитель Мечей. Странствия мага. Том 2 - Перумов Ник - Страница 15

Правда, длилось это противостояние недолго. Ближайший дуб-великан бесшумно опустил громадную ветвь прямо к ногам ощетинившейся Рыси – и по ветви легко, танцующей походкой, почти что и не касаясь коры, стала сходить женщина, в салатно – и тёмно-зелёном, короткой лоскутной курточке и плотно обтягивающих длинные стройные ноги лосинах. Рысь поджала губы.

Некромант внимательно вглядывался в эльфийку. Конечно, она выглядела двадцатилетней. Время не властно над Перворождёнными, зато властна холодная сталь. И это очень помогает, когда держишь оную сталь возле горла слишком уж ретивого эльфа…

Вейде носила в волосах – сами они были цвета молодой майской листвы – сверкающий алмазный венок. Со стороны казалось, что камни ничем не скреплены и их поддерживает вместе какая-то магическая сила. Тонкие пальцы эльфийки покрывал странный узор, слегка похожий на татуировку – сложная вязь тёмно-зелёных волосяных линий. Большие, миндалевидные глаза, обычные для расы Перворождённых (хотя подтвердить право первородства эльфов, само собой, никто не мог, просто так уж повелось), внимательно смотрели на некроманта. Только на Фесса, и больше ни на кого. Даже когда Рысь заговорила, Вейде не удостоила её и мимолётным взглядом.

Фесс поклонился, насколько это позволяла его достаточно странная для удачного знакомства позиция. Рунный меч проехался раз-другой по горлу эльфа, и тот забился, словно как при сильном ожоге.

– Отпустите их, – звучно и сильно сказала Вейде. – В этом больше нет нужды. Я пришла и сама стану вашей заложницей. Отпустите их, а вы, стража, не стреляйте. Произошло недоразумение, которое мы сейчас и разрешим.

Рысь вопросительно взглянула на Фесса. Он кивнул головой – никакой вражды к этим эльфам он не испытывал, стражи пограничья просто выполняли приказ, да ещё, прямо скажем, не лучшим образом…

Фесс старался не опустить взгляда под взыскующим взором Вейде. Он чувствовал – эльфийка на самом деле стара, очень стара и очень устала, однако сила её при ней, и… некромант подумал, что едва ли хочет сойтись с ней вот прямо сейчас в открытом бою. Силы Тьмы почти не имели здесь власти.

– Чего ты хочешь, отдающий приказы мёртвым? – напрямик спросила Фесса Вейде. – Зачем ты нарушил наши рубежи? Мы не звали тебя, и мы не сделали тебе ничего плохого.

Вопрос был явно риторическим. Вейде, похоже, просто тянула время, то ли изучая странного гостя, то ли просто ожидая подкреплений.

– Я пришёл просить помощи для моих спутников, раненных в бою с Инквизицией, – Фесс решил идти напролом. Хитрить с мудрой волшебницей смысла не имело. – Иначе я не потревожил бы рубежей Вечного леса. Или пришёл бы сюда, алкая знаний, но в более благополучный час, когда мы не разделены предрассудками, страхами и недоверием…

– Хорошо сказано, – задумчиво произнесла Вейде. – Ты говоришь правду, я вижу. Но я не могу нарушать законы Вечного леса, которые сама и устанавливала когда-то, – на губах вечно молодой чародейки появилось что-то вроде лёгкой улыбки. – Поэтому дальше вы не пойдёте. Я сделаю, что могу, прямо здесь. После чего вы тотчас покинете наши пределы. Слово?

– Слово, – кивнул Фесс. Надо сказать, этот кивок дался ему с немалым трудом. Слово некроманта в его исполнении, увы, увы, увы…

– Тогда позволь мне осмотреть твоих спутников.

Скорее всего Вейде более чем хорошо была осведомлена о составе отряда. Во всяком случае, вид орка и гнома, оказавшихся вместе, её ничуть не удивил.

Она взглянула на опухоли, покачала головой.

– Твоим друзьям не повезло. Святые братья применили против них очень, очень сильное оружие. Просто удивительно, что раненые ещё живы!.. Так, а теперь вытащите их из телеги и кладите на землю! Да, да, сюда, в середину поляны…

Фессу пришлось проделать это вместе с Рысью. Джайлз безучастно взирал на творящееся вокруг, не выказывая никаких намерений выйти из своего оцепенения.

Вейде принялась чертить на земле широкий круг, рассекла его шестнадцатью дугами, так что стало получаться нечто вроде удивительного цветка. Из-за пазухи эльфийской волшебницы появились какие-то крошечные пучки сухих трав, которые она и принялась раскладывать в разных местах начерченной ею фигуры.

Фесс отошёл в сторону, не желая мешать, однако Вейде неожиданно сама окликнула его:

– Некромант! Я хочу говорить с тобой.

Фесс приблизился, стараясь не помешать и ни в коем случае не наступить на проведённые Вейде линии.

– Ты был в Нарне, – волшебница не спрашивала, она утверждала. И Фесс вновь решил не лгать:

– Да… Вейде. – Ей больше подошёл бы титул «ваше величество», но, насколько успел понять некромант, эльфы Вечного леса имели какое-то другое правление.

– Что ты видел там? Что они сказали тебе? Ответь, и ты поможешь мне, как я помогаю тебе.

– Мне нечего особенно скрывать, – пожал плечами Фесс. – Мы прошли через Нарн, скрываясь от преследователей. Нас встретили… правители, имя… короля осталось скрытым, королеву звали Айлин. Они отказали нам в убежище. Мы пошли дальше. А что я видел там… слишком долго рассказывать. Войска, готового напасть на Вечный лес, по крайней мере, не видел. Иначе бы сказал.

Вейде молча кивнула.

– Почему они отказались дать вам приют? Некромантия не преследовалась в Нарне.

Фесс принялся рассказывать. Бессмысленно даже и пытаться обмануть Вейде. Пусть знает правду. Пусть знает – и пусть тогда судит.

– Они сочли, что ты – Разрушитель… – эльфийка остановилась, выпрямилась, её и Фесса взгляды скрестились. – Если отбросить словесную шелуху, так любимую Тёмными, они решили, что настала пора Последних Дней и что Западная Тьма готова к последнему рывку на восток. И что ты – воплощённое Разрушение, апостол Тьмы, ещё не осознавший себя, но твёрдо стоящий на пути к этому. Понятно, почему они не убили тебя. Всё то же, очень характерное для Тёмных – умри ты сегодня, а я завтра. – Вейде вздохнула. – Что ж, если они правы… то тогда всё и впрямь становится бессмысленным.

– Почему? – решился спросить Фесс.

– Потому что, как только Апостол осознает себя и примет рассеянную силу Тьмы, нашему миру настанет конец, – невозмутимо пояснила Вейде. – Точнее, настанет конец тому привычному облику мира, который мы знаем. Всё просто станет совершенно иным. И никто, даже, наверное, Тьма, не сможет сказать, каким же именно.

– Салладорец… – осторожно проговорил Фесс, словно пробуя на вкус запретное имя. – Не то ли он имел в виду…

– Салладорец… – усмехнулась Вейде. – Салладорец точно стал бы Апостолом, если бы не мы. Вместе со святыми братьями, разумеется.

– Что? – поразился Фесс. – Эльфы Вечного леса принимали участие в той давней охоте?

– Что же тут странного? – пожала плечами целительница. – Недаром же мы живём в лесу, именуемом Вечным. Мы не хотим, чтобы мир изменился… я имею в виду, настолько бы изменился. Да, мы давно союзники с Инквизицией. Можешь не говорить мне, что ты о них думаешь. Поверь мне, за сотни лет я набрала куда больше жутких, леденящих кровь историй. Нынешние инквизиторы и в подметки не годятся тем, с которыми мы охотились на Салладорца. Вот тогда да, тогда было дело… Тьме удалось заполучить Эвенгара. Как ни крути, но он был гением. Его трактат – поистине страшная книга, она даёт чуть ли не любому адепту силу и мощь, сравнимую со всей Академией, Волшебным Двором и эльфами, вместе взятыми. Если бы мы не остановили его, он точно стал бы Апостолом.

– Но как же насчёт убийства… – заикнулся было Фесс, однако Вейде только махнула тонкой рукой:

– А кто тебе сказал, что его убили? Он просто прошёл своим собственным путём, слился с Тьмой. В Салладоре при этом сгорело четыре города. Со всеми жителями, разумеется. Точнее, они не сгорели, они, как говорится, «слились с Тьмой», – эльфийка потрясла головой от отвращения. – Салладорец не хотел никого убивать, так уж получилось, что чудовищная мощь, выплеснувшаяся во время его ухода, непременно требовала физического воплощения. Вот и получилось… те города не отстроены до сих пор. А мы вот уцелели… наверное, он тогда просто не мог как следует нацелить удар, он ведь был мыслителем, философом, но отнюдь не боевым магом… Но какое это сейчас имеет значение! С Салладорцем было легче, чем с тобой. Его по крайней мере можно было загнать в эту самую Тьму. Не думаю, что она встретила его особенно ласково! – Вейде зло усмехнулась.