Леонора - Феллоуз Кэтрин - Страница 20

Глава 7

Утром перед домом графини остановился экипаж лорда Эверарда. Он не понимал, откуда у графини средства, чтобы снять такой роскошный особняк в одном из самых престижных кварталов Лондона.

Графиня приняла его в изящно и богато обставленной гостиной, и у него невольно вырвался вздох отчаяния:

– Каролина, неужели вам совершенно безразлично, что говорят о вас в обществе?

– Абсолютно! У меня крайне ограниченный круг знакомств, пусть себе говорят, что вздумается! Наконец-то после восемнадцати лет я обрела свободу и не намерена прозябать в провинции и изображать скорбь, тогда как всем хорошо известно, что я не могу ее испытывать. Я не настолько лицемерна!

– Но не кажется ли вам, что вы ставите Сару в несколько сомнительное положение?

– Луи, я и подумать не могла, что вы такой сноб! Особенно после того, как своим флиртом с Кэтрин Харфорд заставили говорить о себе весь Лондон! Господи, да Сара скоро поймет, что настоящая жизнь не имеет ничего общего с теми представлениями, какие вбивала ей в голову гувернантка! Кроме того, ей ничего не известно о происхождении денег, которые я трачу. Я сказала ей, что вы выдаете нам определенную сумму на содержание. Достаточно крупную сумму…

– Деньги и в самом деле не маленькие, – заметил сказал граф. – А когда вы так неожиданно исчезли, я велел поверенным разыскать вас, чтобы вы не остались без средств. Согласен, что Дауэр-Хаус не самое удобное и элегантное пристанище, но я ведь ясно дал вам понять, что это только на время. Что вы намерены делать с Дигби? Или мне следует указать ему на дверь, как говорится?

– Вы этого не сделаете! – произнесла графиня с расстановкой.

– Если вы не станете мне помогать, я обязательно это сделаю! Может быть, у вас есть друзья, у которых вы могли бы поселить Сару? Например, эта ваша Гарриет? Так, кажется, ее зовут… Она подойдет?

– Генриетта?! Да она впала в настоящую истерику, получив мое последнее письмо, а я только интересовалась ее здоровьем! Нет, нет! – Графиня задумалась. – Если вас не устраивает настоящее положение дел, придется вам самому как ее опекуну найти подходящее решение.

«Ничего не поделаешь!» – подумал граф. Он не стал взывать к ее материнским чувствам, считая, что они отошли на второй план перед ее страстью к Дигби. И Каролина права: решение оставалось принимать только ему самому. Он перебрал в уме знакомых дам, у которых можно было бы поселить подопечную, и не нашел ни одной, которая не пришла бы в ужас от одного этого предложения.

Признав свое поражение, он направился разыскивать мистера Рошфора и застал его дома.

– Потерпел разгром по всему фронту, – сказал граф, опускаясь в кресло. – Ты сегодня весь день с Марией или пойдешь в клуб?

– Мария отправилась покупать всякую мелочь к свадьбе. Скажи мне, что значит разгром по всему фронту? Последнее время ты говоришь загадками, дорогой друг. Я так и не понял, что ты имел в виду, когда обмолвился, будто Саре будет на что жаловаться.

– Оба этих случая связаны между собой. Леонора будет недовольна, если из-за меня ее братец свяжется с моей подопечной, у которой к тому же нет приданого. Поэтому я отправился к Каролине, а она едва не рассмеялась мне в лицо и заявила, что если меня беспокоит репутация Сары, то именно мне и придется этим заняться.

– И что ты намерен сделать?

– Не знаю, – вздохнул граф. – Но наверняка какое-то решение со временем придет. Возможно, ты несколько преувеличил значение признаков влюбленности Саймона.

– На твоем месте я не стал бы так волноваться о Саре, когда Финчли распространяет о тебе всякие слухи, – заметил мистер Рошфор. – Я уже говорил, что тебе нужно жениться на Леоноре.

– Я просил ее руки, но она не желает выходить за меня.

– Вот как?! – Мистер Рошфор вскинул брови. – Но ты мне ни словом об этом не обмолвился! Почему она не хочет?

– Она считает, что мы не подходим друг другу!

– Скорее всего, это из-за сцены, которую ты устроил с Кэтрин!

– Об этом я тоже думал. Но сейчас мне кажется, что я ошибался. Я сделал Леоноре предложение утром после бала у Нетерби. И совсем не по тем причинам, по которым ты советовал мне это сделать, – добавил он. – Но она не разрешила мне обратиться к ее отцу, потому что хочет, чтобы сначала о своей помолвке объявил ты. А сразу после полудня ее братец Саймон, совершенно ни о чем не подозревая, рассказал, ей об этом инциденте на балу у Нетерби. Полагаю, ты уже об этом слышал.

– Об этом слышал весь город! – усмехнулся мистер Рошфор.

Граф кивнул.

– На следующее утро Леонора не пожелала со мной увидеться и прислала письмо, в котором сообщила, что она все обдумала и решила, что мы с ней не подходим друг другу. Мне удалось увидеться с ней позже и выяснить, что действительно Саймон рассказал ей о том, что произошло на балу. Из того, что она сказала, я и сделал вывод, что этот инцидент стал причиной ее отказа.

– Видимо, она подумала, что ты сделал ей предложение в порыве обиды, – заметил мистер Рошфор.

– Значит, ты считаешь Леонору настолько глупой, что она смогла этому поверить или была шокирована моей выходкой с Кэтрин?

– Нет, я так не считаю. Я думал, что она питает к тебе нежные чувства!

– Мне тоже так казалось, в противном случае я ухаживал бы за ней, соблюдая все формальности. Так что сейчас мне необходимо выяснить, что происходит у Леоноры в голове… А тем временем согласись, что мы с тобой попали в очень забавную ситуацию. Леонора не желает терпеть мое присутствие, а леди Констанс пребывает в счастливом неведении и всеми доступными ей средствами пытается ускорить наш брак!

– А я-то гадал, что случилось. Вчера вечером почувствовал, что атмосфера крайне напряженная.

– Вот именно! Чувствую, нам предстоит веселое сватовство. Если Леонора случайно обронит при тебе что-нибудь, что может пролить свет на это дело, дай мне знать, хорошо?

– Я не намерен в это вмешиваться, – заявил мистер Рошфор. – Ей предстоит стать моей золовкой. К тому же у меня нет ни малейшего желания попасть ей под горячую руку. Не то чтобы я ее боялся, но язычок у нее довольно острый. И вообще за эти полгода я не знал ни минуты покоя. Сначала история с Черным Джентльменом, потом странствия по Франции, затем Финчли с его россказнями и Леонора, которой обо всем известно! В довершение всего мать прислала мне письмо, где говорит, что через несколько дней она будет в Лондоне! – Он вздохнул. – Моя сестра ждет рождения первенца в этом месяце. Я надеялся, это задержит мать, но не тут-то было!

– А ты не считаешь, что она могла бы принять мою подопечную, чтобы сделать из нее настоящую леди?

– Дорогой друг, скажу тебе, что лучше держать твою подопечную подальше от моей матери. Когда мы с тобой ездили к ней, мне показалось, что она к тебе не очень расположена.

– Но теперь, когда ты вот-вот войдешь в респектабельную семью, она может сменить гнев на милость.

– К сожалению, у моей матери есть склонность копаться в прошлом.

– Ах вот оно что! И что же она откопала в прошлом семейства Ревелл?

– O чем ты?

– Сам знаешь о чем: как только семейство Ревелл обосновалось в Лондоне, я сразу заподозрил что-то неладное. Когда я напал на Леонору, в ее допотопный экипаж были запряжены две клячи, которых просто стыдно было назвать лошадьми! Я же спрашивал тебя: было ли какое-то мгновенное изменение их состояния?

– К тебе это не имеет ни малейшего отношения.

– Вот здесь ты ошибаешься! Я намерен жениться на Леоноре, какие бы чувства ни питала она ко мне сейчас!

– Впрочем, не будет никакого вреда, если я тебе скажу. Моя мать выйдет из себя, если об этом узнает, а леди Констанс говорит, что из-за этого их перестанут принимать в кое-каких домах высшего общества. Но на мой взгляд, в этом нет ничего страшного.

– Эти опасения связаны с тем, откуда у них появились деньги?

– Да. Они говорят, будто получают их за уголь, обнаруженный на территории их владений, но на самом деле отец Марии купил в Ланкашире фабрику и занялся производством товаров. Сейчас он ее, правда, продал, а полученные деньги снова вложил в землю, но их опасения можно понять. Это может вызвать скандал, поскольку высшее общество считает неприличным занятие торговлей!