Парадоксы любви - Роуз Лесли Энн - Страница 16

Габриэла усмехнулась, не отводя взгляда от дороги.

– Готова поспорить, что речь сейчас пойдет о поездке на праздник детства в Сан-Хосе.

– Ты мне ничего не рассказывала, – обиженно продолжила Мэри.

– Потому что и рассказывать нечего. Я перенервничала, а потом… потом… надо же было как-то отблагодарить Энтони.

– А всю обратную дорогу ты благодарила его, спавши на его плече…

– Мэри! – строго осекла подругу Габриэла.

– Что? – невинно откликнулась та. – Разве ты сама не мечтала о сильном мужском плече, на которое всегда можно опереться? Так вот: получите – распишитесь. Чем тебе не подходит Энтони?

– Тем… – Габриэла помедлила, не находя сколько-нибудь веских аргументов в свою пользу. – Тем, что Энтони – это Энтони. Я люблю его словно своего младшего брата. Закрутить с ним роман – все равно что предаться инцесту!

Мэри наморщила курносый носик.

– Фу, Габи, какие глупости ты порой изрекаешь! Габи, сколько можно быть одной? Тебе самой-то не надоело?

– Нет, – покривила душой Габриэла.

На самом деле ее так раздражали и выводили из себя морализаторства матери и Мэри именно потому, что в душе она была с ними согласна. Они правы: ей скоро тридцать. Она одинока и бездетна. Разве она сама не замечала сочувствующие взгляды, обращенные на нее? Кому нужны ее прекрасно обставленная квартира, новый автомобиль, многочисленные дипломы, полученные на всевозможных конференциях?..

Однако если она признается Мэри или матери в том, что устала от одиночества, то они наверняка зададут ей вполне логичный вопрос: почему же она тогда ничего не предпринимает? Мэри права: поклонников у Габриэлы было хоть отбавляй. В связи с расширением бизнеса ей теперь приходилось еще больше ездить по Штатам и общаться с еще более широким кругом людей.

Но… ни одному мужчине так и не удалось затронуть те струны в ее сердце, на которых в свое время сыграл удивительную мелодию любви Тэд Винсент. Мечтала ли она о встрече с ним до сих пор? Габриэла не знала и сама. Казалось, что она потеряла всякую надежду на то, что судьба когда-нибудь сведет их снова.

Кроме того, рядом с ней всегда были Энтони и Дэвид. Два прекрасных друга, которых она обожала и боялась обидеть или потерять. Каждый из них был бы на седьмом небе от счастья, скажи она «да». Габриэла даже верила, что они станут замечательными любящими и заботливыми мужьями, сделают все возможное, чтобы она была счастлива. Однако удастся ли им это? Станет ли она счастливой рядом с одним из них? На этот вопрос у Габриэлы не было ответа. Ни три, ни два года назад… ни сейчас.

– Почему бы тебе не обратить внимание на Роджера из «Банка развития»? Кажется, ты с ним ужинала на прошлой неделе? – продолжила Мэри.

Габриэла кивнула.

– До сих пор, стоит мне закрыть глаза, как я вижу ту огромную корзину красных роз, которые принесли в наш офис для тебя.

– А по-моему, довольно пошло. Роджеру нравится сорить деньгами и выставлять напоказ свою обеспеченность. Я так и не смогла избавиться от ощущения, что он хочет меня купить. Словно понравившуюся куклу, выставленную в витрине магазина. Единственное, что его, по-видимому, смутило, это отсутствие на мне ценника. Предложить свою цену он, к своему счастью, не решился. Иначе мне пришлось бы нарушить один из принципов Мириам Грэй и повести себя предельно некорректно по отношению к одному из партнеров и спонсоров «Бэби трэвел», – с улыбкой закончила Габриэла.

– Ты слишком придираешься. Убеждена, что Роджера окрутит какая-нибудь молодая вертихвостка. Мы все еще ей позавидуем.

– Сомневаюсь. Завидовать марионетке… – Габриэла пожала плечами. – Даже если она разряжена в меха и драгоценности.

– Хорошо, а как же Томас Рилз?

Габриэла на секунду задумалась, однако так и не вспомнила человека, о котором спрашивала подруга.

– Это случайно не администратор отеля «Хантингтон»?

– Нет, дорогуша. Это его владелец! – возмущенно воскликнула Мэри. – Ты могла бы купаться в золоте, согласившись на его предложение.

– Весьма неприличное, хочу тебе напомнить. Не забывай, что твой хваленый мистер Рилз уже двадцать лет как женат.

– Подумаешь! – отмахнулась как от надоедливой мухи Мэри. – Когда он женился, ему было всего восемнадцать. Ошибки молодости, первая любовь, юношеский максимализм, желание поступить наперекор родителям… Мы это проходили не раз.

– Ага. Потом разборки с рассвирепевшей женой, публичный позор, сплетни и домыслы в желтых газетах, стыд поднять глаза на его дочерей… И все это за непрочное положение любовницы миллионера. Извини, Мэри, но что-то мне не хочется.

– Так, по крайней мере, у тебя был бы постоянный партнер. Регулярный секс, между прочим, полезен для женского здоровья.

– Великолепно, Мэри. Ты противоречишь сама себе. С мистером Рилзом он бы у меня был весьма нерегулярным. Когда его жена отпустит. Я читала в светской хронике «Сан-Франциско экспресс», что миссис Рилз весьма ревнивая особа и страшная собственница, выгуливающая своего представительного мужа на коротком поводке.

– Габи, сколько же можно выбирать? Пора остановиться и осчастливить одного-единственного мужчину. Насколько я помню, за последние несколько лет у тебя не было сколько-нибудь длительных и серьезных отношений. Пара свиданий, поход в ресторан, загородная прогулка или поездка в Европу – и все. Так нельзя.

– Что же я могу поделать, если у меня не лежит к ним душа?

– А мне кажется, что ты обычная эгоистка. Тебе нравится, когда за тобой ухаживают.

– Кому бы это не понравилось? Покажи мне хоть одну такую женщину, – огрызнулась Габриэла.

– Конфетно-букетный период, безусловно, приятен. Однако уверяю тебя, как женщина, побывавшая замужем…

– Не раз, заметь, – вставила Габриэла.

– Так вот, серьезные отношения не идут ни в какое сравнение с романтическим периодом влюбленности. Ты начинаешь чувствовать ответственность за другого человека. Нельзя уже просто поссориться и разбежаться в разные углы.

– О, Мэри, не начинай. Кажется, я начинаю понимать Рэя. Наверняка ты и ему говорила всю эту сентиментальную чушь. «Да, дорогой, достаточно мне забросить на твою шею хомут, как ты уже никуда не убежишь от меня…», – передразнила Габриэла подругу.

Мэри обиженно насупилась, однако не выдержала и пары минут.

– Габриэла, я тебя прошу… как подруга. Задумайся о предложении Дэвида.

– О каком предложении? Поехать с ним на пикник? Так я уже опоздала. Он с друзьями веселился в тот самый момент, когда я дремала на плече Энтони.

– Я имела в виду предложение руки и сердца, – терпеливо пояснила Мэри.

Габриэла удивленно взглянула на подругу.

– Он действительно очень любит тебя. Иначе не стал бы ждать так долго. Прошло два года. Дэвид привлекательный мужчина. Наверняка масса знакомых ему женщин мечтают заполучить столь завидного жениха в законные мужья. Однако Дэвид Росс надеется на твое согласие.

– Мэри, прекрати. Мы уже давным-давно с Дэвидом решили, что останемся друзьями. Я даже не воспринимаю всерьез его вопрос о том, не надумала ли я выйти за него замуж. Все его клятвы и обещания вечной любви и верности – не более чем шутка, часть дружеского розыгрыша, игры.

– Габи, ты действительно такая дурочка или только прикидываешься? – строго спросила Мэри.

– В каком смысле? – озадаченно спросила Габриэла.

– Дэвид любит тебя вовсе не как подружку, с которой можно сходить в кино, если выдалась парочка свободных часов. Представляю, как он страдает.

– Это еще почему?

– Только представь. Мужчина без памяти влюблен. Мечтает прикоснуться к любимой женщине, поцеловать, обнять… Однако вынужден играть роль друга, которому позволительно разве что чмокнуть тебя в щечку на прощание. Поражаюсь выдержке Дэвида!

Габриэла не ответила. Мэри дала ей достаточно поводов для размышлений. В ее словах действительно есть здравый смысл. Может быть, подруга права.

Пару лет назад она еще надеялась на встречу с Тэдом. Вероятно, именно этим и объяснялось ее раздражение в ответ на ухаживания Дэвида. Сейчас все иначе. Ее сердце абсолютно свободно. Вдруг Дэвиду удастся заполнить образовавшуюся в ее душе пустоту?