Исцелить душу (ЛП) - Рейн Опал - Страница 103

Я должен был что-то сделать. Я должен был убить его.

Если бы Магнар это сделал, был бы этот Мавка сейчас цел и невредим? Но… он не понимал последствий своего невмешательства тогда. Он был сосредоточен на безопасности Делоры.

Красный взгляд Магнара остановился на множестве Демонов, сопровождавших Джабеза, Короля Демонов. У него было много тех, кто охотился на его сородича-Мавку. В животе всё скрутило тяжелым узлом.

Джабез скрестил руки на мускулистой груди и вскинул одну из своих белых бровей, глядя на Магнара. Затем он склонил голову набок, чтобы тихо переговорить с Демоном, которого Магнар встретил в лесу.

— Ты не говорил мне, что у рогатого Мавки есть человек.

Напряжение пронзило Магнара до самых костей. Делора была под взглядом Короля Демонов, и он не хотел, чтобы она была хоть где-то рядом с ним. Он не хотел, чтобы кто-то недостойный смотрел на его драгоценную невесту, кто-то, кто мог навредить её нежной коже или запятнать её чудесный аромат её же кровью.

Он потянулся назад рукой, прижимая её плотно к себе. Не было смысла становиться бесплотной: она была в безопасности внутри защитного барьера, в безопасности рядом с ним — это всё, что имело значение. Она была с ним. Рядом, чтобы он мог её защитить.

— Раньше у него не было человека, — ответил Демон, склонив голову набок и пытаясь красными глазами заглянуть за спину Магнара. — В прошлый раз с ним был призрачный спутник. Эта — другая.

Рычание, вырвавшееся у Магнара, было еще более злобным по отношению к четвероногому Демону. Он не хотел, чтобы ни один красный глаз смотрел на неё, кроме его собственных.

— Я также не знал, что он построил здесь дом, — продолжил Демон, пытаясь рассмотреть что-то сквозь деревья. — Иначе я бы сообщил вам, сир. Его трудно заметить за деревьями, поэтому я, вероятно, его пропустил.

Магнар прореживал деревья, так что он был уверен, что части дома видны — возможно, угол, ступенька крыльца или перила.

— Я был так занят погоней за баранорогим, что не следил за ними всеми. — Джабез поднял одну руку и небрежно пожал плечом. Затем он наконец снова сузил глаза на Магнаре, ухмыляясь со стиснутыми острыми клыками. — Я и не знал, что ты перебрался из той жалкой пещерки, которую называл домом. Тебе стоило оставаться там. Держаться подальше от моего королевства.

— Покров — дом для всех, кто в нем живет. Ты не можешь указывать мне, где жить, а где нет, — пророкотал в ответ Магнар.

— Я создал его! — взревел тот, разводя руки и демонстрируя когти растопыренных пальцев. — Если бы не я, это был бы всё тот же лес, с которого всё началось! Если бы я не использовал свою магию, чтобы вырастить лес и расширить каньон, ни у кого из вас, Мавок, даже не было бы места для жизни, не кишащего жалкими людьми.

Магнар чувствовал, как Делора сжимает его рубашку на спине всё сильнее с каждым криком Короля Демонов.

— Это всё равно не делает его твоим.

— Знаешь что? — Джабез расслабил плечи и отбросил назад длинные пряди волос, упавшие на лицо. Казалось, он привык к частым вспышкам гнева, за которыми следовало мимолетное возвращение самоконтроля. — Мне насрать. Если никто из вас не присоединится к моей армии, вы все в конце концов сдохнете. — Он поднял руку, указывая когтем на бессознательного Мавку на земле. — Просто отдай его мне, и я позволю тебе жить твоей грустной и жалкой жизнью с твоим человеком, пока что. Он — всё, что мне нужно.

Магнар резко повернул голову в сторону, пятясь назад. Он уперся лодыжкой в бок раненого, убедившись, что его сгорбленная поза частично скрывает Мавку с бараньими рогами от взгляда.

— Нет, — отрезал он. — Ты уже проломил ему череп. Я не позволю тебе его убить.

Делора прекрасно справлялась со своим страхом, решив свернуться калачиком, прижавшись к спине Магнара. Она доверяла ему, доверяла защитному барьеру, верила, что ей не нужно бояться. Иначе она бы начала пахнуть страхом, посылая Демонов в округе в неистовство, чтобы добраться до неё.

Возможно, она также знала, что это повлияет на Фёдора, и сохраняла спокойствие ради них. Она была храброй, и Магнар гордился ею — особенно учитывая, что когда-то она до ужаса боялась Демонов. Похоже, она становилась храбрее с каждым днем.

Губы Джабеза скривились в ярости, прежде чем он с силой ударил кулаком по защитному барьеру. По прозрачному зеленому куполу пробежала вспышка молнии, но он не показал ни малейших признаков ослабления или разрушения.

— Мы не хотим драться, — продолжил Магнар. — Твоя война — не наша.

— Откуда тебе знать, за что я сражаюсь? — огрызнулся Джабез. — Я сражаюсь против несправедливости к моему роду. Я даю отпор нашим угнетателям за всё, что они сделали, чтобы довести нас почти до вымирания, пока мы не пришли сюда. Мы заслуживаем жизни.

— Мы тоже.

Магнар попытался расслабить напряженные плечи, надеясь достичь какого-то перемирия с Королем Демонов — не только ради себя, но и ради всех Мавок.

Орфею мешала ненависть Катерины, ему так и не дали возможности спокойно поговорить с Королем Демонов. Она была барьером, полным ненависти. У Магнара этого не было. Он никогда не пересекался с Джабезом. У них никогда не было конфликтов. В некотором смысле Магнару повезло.

Повезло, потому что Делора буквально упала с неба, чтобы стать его — словно судьба переплела их пути задолго до встречи. Повезло, потому что у него был Орфей, который наставлял его, как быть лучшим Мавкой. Повезло, потому что у него была Рея, показавшая, как заботиться о человеке, находясь рядом с ним. И повезло, потому что, кроме Змеиного Демона, у него редко были стычки с Демонами, а значит, и с Джабезом.

— Но ты сражаешься не за это, — продолжил Магнар. — Ты начинаешь войну с Эльфами из-за того, как они поступили с тобой. Орфей мне всё объяснил. Как ты привел Демонов сюда через свой портал, как сделал эту землю пригодной для них, дал им то, что нужно, чтобы стать сильными. Ты делаешь всё это не ради них, а ради себя.

— Ты понятия не имеешь, как они со мной обращались, — прорычал Джабез, сжимая руки в кулаки. — Меня посадили в гребаную клетку и ставили на мне опыты, потому что я был наполовину Эльфом, наполовину Демоном. Редкость, ведь ни один Эльф по доброй воле не лег бы с Демоном. Но именно Демоны спасли меня. Они! — Он указал руками назад, на множество Демонов, окруживших его. — Эльфийский народ жесток. Они сделали нас такими, какие мы есть, а потом пытались уничтожить из-за того, что нам нужно было есть, чтобы выжить. Я сражаюсь против несправедливости, которую получил не только я, но и они. — Затем он вонзил взгляд в Магнара, глаза его стали острыми и смертоносными, прежде чем он снова обнажил клыки. — Я был не единственным, кого посадили в клетку.

— Если бы ты действительно сражался за справедливость для других, ты бы оставил нас, Мавок, в покое, — попытался возразить Магнар. — Мы не сделали ничего дурного. Почему мы должны умирать только потому, что не хотим участвовать в твоей войне?

— Потому что вы, гребаные Мавки, продолжаете убивать наш народ!

— Потому что твой народ нападает на нас! — Грудь Магнара вздымалась всё быстрее с каждой минутой, сердце бешено колотилось. Спокойствие, к которому он стремился, уступило место предчувствию неизбежного провала. — Демоны не утоляют наш голод. Ваш вид воняет. Мы едим вас только тогда, когда вы нападаете, поддаваясь голоду кровавой ярости. Для людей Мавки и Демоны ничем не лучше друг друга.

— Так бывает на войне, — холодно ответил Джабез, и его лицо стало безразличным. — Случаются жертвы, и всякий раз, когда кто-то встает на пути — неважно, на чьей он стороне или вовсе ни на чьей, — он умирает. Это ради высшего блага. Я просил многих из вас присоединиться ко мне, я пытался быть уступчивым. Вы все ответили «нет». Ты даже сказал это только что. Так какая мне от тебя польза, кроме того, что ты мешаешься под ногами? Я не трогал тебя, хотя мог напасть в любой момент, потому что ты всегда держался на границе Покрова — до недавнего времени, похоже. Ты всего лишь Мавка, так как ты можешь по-настоящему понять сложности, с которыми мне приходится сталкиваться как королю, желающему лучшего для своего народа?