Беглянка - Грэм Хизер - Страница 69

Джаррет подошел к камину.

Да, обвинение звучит весьма убедительно. Десятки зрителей видели Тару и слышали выстрел, поразивший Джулиана Картера. Тара убежала с места преступления.

Нет, она непричастна к убийству. Тара не могла этого сделать! Нельзя даже допускать мысли, что она имеет отношение к преступлению!

Но что же тогда произошло?.. Что?..

– Джаррет, – сочувственно заметил капитан Аргоси. – Как я понял, Тара должна предстать перед судом.

– Вполне вероятно, Тайлер.

– Что значит «вполне вероятно»? – взорвался Картер. – Имейте в виду, мой отец был весьма влиятельным…

– Знаю, – прервал его Джаррет. – Мы однажды встречались с ним у президента Эндрю Джэксона.

Упомянув об этом нарочито небрежно, Джаррет умолчал о том, что Джэксон тогда еще не был президентом.

– Президент здесь ни при чем, – раздраженно возразил Картер. – У меня множество свидетелей. Дело бесспорное.

– Совершенно верно, – подтвердил Джонс.

– Если моей жене предстоит явиться в суд, я должен располагать временем, чтобы нанять адвокатов и побеседовать со свидетелями.

– Поступайте, как считаете нужным, Маккензи, – бросил Картер, – однако выслушайте еще одно сообщение. Думаю, оно удивит вас не меньше. Ваша жена обвиняется не только в убийстве, но и в двоемужестве.

– Что?!

– Да, сэр. Она стала моей женой незадолго до смерти отца.

– Вашей женой?!

– Не кричите, Маккензи. У меня есть доказательства. Церемония, правда, прошла весьма скромно, но все же состоялась. Вот, если угодно…

Картер поднялся и направился к Джонсу за бумагами.

«Этого не может быть! – решил Джаррет. – Еще одна ложь! Не слишком ли много обвинений против одной женщины? И все, увы, далеко не шуточные… Но я не верю ни Картеру, ни рябому Джонсу! Тара не лгала. Она не из тех. Промолчать, скрыть – могла. Но солгать – нет».

Картер подал документ Джаррету.

Официальное свидетельство о браке… Нет, вранье! Подделка! Подлая подделка!..

– Я вовсе не жажду крови, – продолжал Картер. – Не хочу, чтобы Тару приговорили к смертной казни, даже готов защищать ее и просить о снисхождении. И уж тем более не намерен предъявлять Таре обвинение в нарушении брачных обязательств. Надеюсь, и вы не упомянете об этом в суде. Более того, я знаком с лучшими адвокатами Бостона и поручу им защиту Тары. Поверьте, я желаю лишь одного – чтобы ее освободили от наказания. Для этого, собственно, я и предпринял свои поиски и теперь хочу доставить Тару в Бостон.

«Для этого он нанимал своих громил в Новом Орлеане? – подумал Джаррет. – Нет, тут что-то не сходится. Во всем этом немало подозрительного».

– Значит, вы утверждаете, что Тара была вашей женой? – сухо осведомился Джаррет.

– Документ у вас в руках, – злобно заметил Картер.

– Дело не в нем. Вы жили как муж и жена, не так ли?

– Разумеется. Хотя не афишировали этого.

– Ваш отец одобрил брак с актрисой?

– Ему нравился Уильям, брат Тары… И она сама. Отец хотел по возможности обеспечить их будущее.

– А Тара? Она охотно согласилась на замужество?

– Полагаю, большинство женщин сочли бы за честь оказаться на ее месте.

– Если Тара добровольно дала согласие, то почему же застрелила вашего отца? Своего благодетеля?

– Тару рассердило его требование оставить сцену. Она пришла в бешенство, грозила тотчас порвать со мной. Признаться, слишком очарованный ею, я не настаивал на этом. Но отец был непреклонен.

– И это заставило счастливую супругу убить своего свекра, да еще в присутствии множества людей? Как вы это объясните?

– Я ничего не собираюсь объяснять! Мне известно об этом ровно столько, сколько и вам. Быть может, на нее нашло затмение… Откуда мне знать? Суд разберется, почему она это сделала и почему бежала с места преступления…

Джаррет с сомнением покачал головой. Все выглядит весьма странно. Концы с концами не сходятся.

– Вернемся к вашему браку, мистер Картер, – сказал он. – Вы с Тарой не состояли в близких отношениях.

– Что вы мелете? – Картер побагровел.

– Дело в том, джентльмены, – усмехнулся Джаррет, – что моя жена… была непорочна. То есть сохранила невинность до нашей первой брачной ночи.

– Ну и что из того? – возразил Картер. – Не забывайте, Маккензи, она актриса и способна изобразить святую невинность.

– Есть очевидные факты сэр, надеюсь, вы не считаете меня идиотом?

Картер шагнул к нему.

– Утверждаете, что я лжец?

– Помилуйте, мистер Картер, и в мыслях такого не было. Просто не знаю, как все объяснить: и странное убийство, и не менее странный брак.

– Все подтверждено документами. И я требую того, на что имею законное право. Приведите сюда вашу жену… если вам еще угодно так называть ее… Она должна отправиться с нами и предстать перед судом!

– У них ордер на арест, Джаррет, – сочувственно заметил капитан Аргоси. – Тут уж ничего не поделаешь.

– Конечно. Но, к сожалению, моей жены здесь нет, джентльмены.

– Ну так пошлите за ней.

– Ее нет в доме.

– Вранье!

– Этот хлыщ из Бостона, – спокойно заметил Джаррет, – видно, не знает, как следует себя вести, находясь в гостях у джентльменов с Юга.

– Не пытайтесь спровоцировать ссору. Вы ответите по закону, Маккензи!

Джаррету очень хотелось, чтобы ссора вспыхнула и даже окончилась дракой. С каким удовольствием он нанес бы удар кулаком по этой наглой физиономии!

– Джентльмены. – Капитан Аргоси приблизился к ним. – Таким путем мы ничего не решим.

– Какого черта он увиливает? – крикнул Картер. – Я требую, чтобы вы выполнили распоряжения, полученные вами в Тампе, капитан. Если не сделаете этого, обещаю вам крупные неприятности. Я добьюсь, чтобы вас разжаловали в рядовые, и остаток дней своих вам придется чистить отхожие места в казармах.

Капитан взглянул на него с отвращением.

– Поступайте как вам угодно, мистер Картер. Однако я слышал, как мистер Маккензи сказал, что его жены нет в доме. Его словам я привык верить.

– А я – нет! Куда она подевалась, черт возьми?

– Ушла на болота, – любезно сообщил Джаррет.

– Чушь! Что она там забыла?

– Там живут индейцы. У нас тут идет война… Объясните ему, Тайлер, если он не совсем понимает… Семинолы вышли на тропу войны, они убивают врагов, снимают с них скальпы. Моя жена отправилась туда убедить их действовать мирными средствами. Во имя Христа.