Клятва на крови (ЛП) - Би Ли Морган - Страница 6

— Ты и до безобразия ослепительна, и ослепительно безобразна, — подтверждаю я.

Кензи визжит. — Вот и все. Сегодня тот день, которого мы ждали. Меньше чем через час мы узнаем, с каким еще наследием будем связаны на всю оставшуюся жизнь!

Она подбегает к окну на моей стороне комнаты и пытается раздвинуть черные шторы. Когда она вспоминает, что я заколдовала их навсегда закрытыми, она сдается и садится рядом со мной, постукивая своими длинными, недавно наманикюренными ногтями по деревянному полу.

— Ты нервничаешь? Боги, я так нервничаю. Интересно, стану ли я хранителем? Что, если я окажусь в квинтете с уродливыми людьми? Или… — Она задыхается и бросает на меня взгляд, полный ужаса. — Черт, а что, если у меня не будет ни одной пары?

Судя по всему, что я узнала с момента приезда, такое действительно случается.

Боги могут решить, что в квинтете все еще есть недостающие фрагменты, например, наследники, которых еще нет в университете. Эти квинтеты заканчивают обучение, не будучи связанными друг с другом, что означает, что их проклятия остаются нерушимыми. Большинство неполных квинтетов ежегодно возвращаются для Поиска, живя молитвой и надеждой.

Другими словами, квинтеты с разницей в возрасте получают всеобщее признание.

— Я не хочу ждать, — рычит Кензи, явно думая о том же, что и я. Она перекатывается на спину, потягиваясь, как кошка, и вздыхает, глядя в потолок. — Я просто хочу всех моих партнеров сразу. Я прошу слишком многого? Я хочу двух или трех великолепных парней и хотя бы одну сексуальную девушку, и тогда мы все вместе сможем разрушить наше проклятие и перейти к приятной части, где мы продолжим жить, займемся большим количеством извращенного, умопомрачительного секса и будем жить долго и счастливо. Разве это не звучит идеально?

Я не скажу этого Кензи, но я не верю в «Долго и счастливо». По крайней мере, не для меня.

Пессимистка ли я?

ДА. Я нахожу, что это спасает меня от разочарования.

Затем Кензи хмурится и приподнимается, чтобы посмотреть на мою половину комнаты. Ее половина общежития сейчас практически пуста, все ее яркие украшения, эротические картины и другие пожитки аккуратно упакованы в коробки, сложенные у ее разобранной кровати с балдахином.

Моя половина комнаты почти такая же пустая, как и в день моего приезда. Я действительно купила такие вещи, как черные простыни и одеяла, а также серые горшки для своих растений, но я не вижу смысла украшать их, если планирую скоро уехать. Единственное свидетельство того, что мое пространство обитаемо, — это растения в горшках на моем столе, которые получают мягкий солнечный свет, и белая подушка на темной кровати.

— Подожди. Почему ты до сих пор не собрала свои вещи, Мэй? Ты же знаешь, что мы переедем к участникам нашего квинтета сразу после Поиска, верно?

— Если меня возьмут в квинтет, я перевезу свои вещи позже.

Это ложь. Я не сдвинусь с места.

— Поступай как знаешь. — Она поднимается на ноги. — А теперь пошли! Приготовься, чтобы мы могли пораньше отправиться на Поиск.

— Я готова.

Ее взгляд опускается на мою мешковатую, скрывающую фигуру одежду, настолько темно-зеленую, что она почти черная. — Э-э… не хочу показаться стервой, но ты помнишь, что я купила тебе красивое кружевное изумрудно-зеленое платье, когда мы ходили по магазинам две недели назад?

— Да. Мне оно нравится. — Я никогда не надену это здесь, где я тщательно создаю себе репутацию старомодного, незапоминающегося ничтожества, но мне оно действительно нравится.

— Но… ты его не носишь.

— Очень проницательное наблюдение.

Кензи закатывает глаза, глядя на меня, а затем улыбается. — Ну, ладно. Ты знаешь, я думаю, что ты хорошенькая во всем, но обещай, что даже после того, как мы будем очень заняты с нашими новыми квинтетами, ты найдешь время, чтобы устроить со мной девичник, и мы обе нарядимся для ночи в городе.

— Я обещаю. — Это легкий компромисс, потому что у меня не будет квинтета.

Я планирую отклонять любые совпадения, которые получу.

Связывать свою душу с четырьмя другими людьми? Этого не произойдет. Это плохо кончится для любого из нас. Более чем вероятно, что я буду той, у кого сегодня не будет пар. Скрестим пальцы.

— Отлично! Тогда давай, поехали.

Я беру свою любимую пару черных кожаных перчаток из верхнего ящика комода и натягиваю их, выходя вслед за Кензи из своей комнаты. Я всегда ношу перчатки. Но прямо сейчас они особенно полезны, потому что кончики моих пальцев все еще обуглены, и у меня не будет времени приготовить целебный бальзам до более позднего времени.

Как только мы входим в большой внутренний двор, нас окружает толпа, собравшаяся вокруг приподнятой круглой сцены. Несколько сотен наследников, собранных здесь сегодня, разделены на четыре секции, каждая из которых носит цвета своего Дома.

Кроваво-красный, для «Дома Жажды». Это дом сифонов наследия, таких как вампиры, сирены, суккубы и инкубы, и некоторые другие. Они питаются кровью, мечтами, эмоциями и так далее в обмен на свои устрашающие способности, включая бессмертие.

Золотисто-желтый, для «Дома Оборотней». Когда-то были животные-оборотни всех видов, но теперь остались только высшие хищники. Волки, медведи, львы, тигры, морские змеи, грифоны… Они — Обитель первобытного инстинкта и территориальной дикости.

Серебристо-голубой, для «Дома Элементалей». Боги благословляют потомков этого Дома способностью владеть четырьмя стихиями: огнем, воздухом, водой или землей. Этот Дом гораздо более набожен в поклонении богам, которые сами выбирают способности элементалей при рождении.

И, наконец, изумрудно-зеленый для «Дома Арканов». Полный магов-иначе заклинателей — самого разного происхождения. Фейри, колдуны, ведьмы и волшебники, маги… это смесь различных талантов, но у каждого здесь в крови есть магия, которой они могут владеть. Это Дом, в который меня поместили.

Я понимаю, что Кензи пыталась что-то сказать мне сквозь громкий гомон аудитории, когда она, наконец, хлопает меня по плечу, чтобы привлечь мое внимание. Я инстинктивно делаю шаг в сторону, даже когда смотрю на нее снизу вверх. Как и большинство оборотней, она высокая, но каблуки только подчеркивают это.

— Увидимся там позже! — Говорит она с сияющим от волнения лицом, указывая на сцену. — Удачи!

Она поворачивается и исчезает в желтой группе. Другие оборотни узнают ее, и ее быстро охватывает нервное возбуждение, практически ощутимое в воздухе.

Я проскальзываю в секцию «Дома Арканов», окруженная другими заклинателями, которые едва удостаивают меня взглядом, поскольку я позаботилась о том, чтобы меня легко забыли.

Болтовня толпы наконец смолкает, когда временный директор, профессор Гиббонс, поднимается по лестнице на сцену, поворачиваясь по кругу, чтобы поприветствовать всех ослепительной улыбкой. Белоснежные волосы чернокнижника поблескивают в лучах утреннего солнца, когда он произносит заклинание, доносящее его голос до восхищенных зрителей.

— Добро пожаловать на Поиск! Независимо от того, находитесь ли вы здесь впервые или являетесь частью неполного квинтета, надеющегося, что ваши недостающие пары будут найдены, я знаю, что все присутствующие давно ждали этого дня.

Оглушительные возгласы раздаются повсюду вокруг меня.

— Я уверен, мы все понимаем, зачем нужны квинтеты. Тем не менее, стоит повторить. Две тысячи лет назад наши чудовищные предки вышли из нижнего царства Нэтэр и чуть не разорвали мир на части из-за войны между Домами. За это время люди стали не более чем пищей для нашей вражды. С ними обращались как с животными, их кормили, использовали и убивали по прихоти и желанию нашего вида.

Для меня это удар по больному месту. Я пытаюсь разжать стиснутые челюсти, но безуспешно.

— Наконец-то боги больше не смогли наблюдать, как их любимое человечество страдает, — продолжает профессор Гиббонс. — В ответ на молитвы людей боги создали Проклятие Наследия. Мы были созданы неполноценными друг без друга, чтобы у нас не было другого выбора, кроме как отбросить наши многочисленные разногласия и работать как одно целое. Лидеры «Четырех Домов» были связаны вместе как «Бессмертный Квинтет» и создали Границу, чтобы удержать Нэтэр — и ужасную Сущность, которая им правит, — от когда-либо возвращения в этот мир. Мы все в безопасности благодаря «Бессмертному Квинтету», — добавляет он с гордостью.