Опасные хитрости - Хазард Барбара - Страница 32

10

Герцог хотел вначале броситься к Корнелии и объясниться с ней. Однако, поразмыслив, понял, что он не может этого сделать. Бал не совсем подходящее место для той беседы, которая намечалась у него с этой женщиной. Внимание всей публики будет обращено только на них. Да если они еще уйдут раньше, это даст повод к разным сплетням и пересудам. Поэтому он заставил себя дождаться конца вечера. С отрешенным выражением лица он посматривал на царившее вокруг веселье, думая о том, как же теперь разрешить создавшуюся ситуацию. Да, он страшно волновался. Но почувствовал, будто тяжелый груз упал с его души. Диана была свободна! А главное, она не любила Роджера Мэйтлэнда.

Клэр очень хотел увидеть Диану и поговорить с ней. Но сначала надо выяснить, какую роль играла в этом обмане Корнелия.

А Корнелия тем временем развлекалась с одним капитаном, который недавно вернулся из заграницы. Корнелия видела, с каким восхищением разглядывает этот капитан ее, самую красивую женщину, как он внимателен к ней и ловит каждый ее жест, и не замечала мрачного выражения на лице Клэра.

Когда, наконец, он подошел к ней, чтобы проводить ее домой, капитан поклонился и поцеловал ей руку, а Корнелия покраснела от удовольствия.

Садясь в карету, Корнелия заметила, что он злится. И решила, что гнев его связан с тем, что целый вечер она не обращала на него внимания. Всю дорогу до дома она старалась отвлечь его веселой болтовней.

У двери она остановилась. Здесь Корнелия позволила герцогу один прощальный поцелуй. Но неожиданно Клэр схватил ее за руку.

– Я бы хотел поговорить с вами, Корнелия, – произнес он.

Дворецкий открыл дверь, и они прошли через холл в гостиную. По пути герцог приказал дворецкому, чтобы их не беспокоили.

– Мой дорогой Клэр, – сказала Корнелия, садясь от него подальше, – неужели нельзя было подождать до утра? Я так устала, и уже очень поздно. Кроме того, я думаю, что нам не стоит пока оставаться наедине, хотя мы и обручены. Ты попросил дворецкого нас не беспокоить! Теперь он подумает Бог знает что…

Она хотела засмеяться, но смех застрял у нее в горле. У герцога было каменное лицо. И он, не отрываясь, смотрел на нее.

– А сейчас будьте так добры, Корнелия, объясните мне кое-что. Вы сказали, что Диана Трэвис помолвлена с Роджером Мэйтлэндом. Но это не так.

Он говорил спокойным тихим голосом, но именно это ее больше всего пугало.

Корнелия давно ждала этого вопроса. Она знала, что раз Мэйтлэнд в городе, то ее хитрость скоро раскроется. Но Корнелия была хорошая актриса, и ее притворное удивление могло одурачить кого угодно.

– Они не обручены? – вскрикнула она. – Ты уверен?

– Мне сообщил сам мистер Мэйтлэнд.

– Возможно, Роджер передумал жениться на Диане, увидев, как она себя ведет. Ты и сам замечал это не раз, Клэр. Она флиртует беспрерывно! Я понимаю бедного Роджера.

Клэр покачал головой.

– Они никогда не были обручены. Никогда. Почему вы обманули меня, Корнелия? – Он помолчал, наблюдая, как она достает платок из сумочки. – Ну же, я жду объяснений. Или, если хотите, я попробую угадать.

Корнелия подошла к нему и подняла на него заплаканные глаза.

– Как ты можешь обвинять меня во лжи, мой дорогой? Своим недоверием ты причиняешь мне боль. Конечно, я думала, что они обручены. Я услышала, как Диана говорила об этом своей сестре. Энн советовала ей принять предложение Роджера. И Диана с ней согласилась. Все было ясно!

Она притворилась, что плачет, а сама украдкой следила за ним, как он нервно ходил по комнате.

– Я готова попросить прощения у тебя, Клэр, И у Дианы, если ты на этом настаиваешь. Но я не виновата. И кроме того, мой дорогой, я не понимаю, что тебя так расстроило? Какая разница, обручена мисс Диана Трэвис или нет? Это не имеет к нам ни малейшего отношения.

Она подошла к нему и впервые сама положила руки ему на плечи. Герцог решительно отодвинул ее от себя. Она посмотрела на него, испугавшись того, что он может сейчас сказать. У него были такие злые глаза! И она поспешила его опередить:

– Послушай, дорогой мой Клэр! Ты ведешь себя очень странно. Тебя заботит судьба Дианы? Но не волнуйся! О ней побеспокоится леди Майклс. Диана не обручена? Но скоро будет. Вон у нее сколько поклонников! А для нас в конце концов важнее наша помолвка.

Герцог подошел к двери и повернулся.

– Я намерен поговорить с вами завтра, мадам, после того, как я решу, что делать.

И он ушел прежде, чем она успела ответить.

Корнелия упала в кресло. Она была очень встревожена. Клэр явно не верил ей. Он не улыбнулся, не поцеловал ее на прощанье. Она долго сидела в гостиной и в конце концов придумала хитрый план.

Она слышала, что Клэр и леди Эмили собирались завтра утром прокатиться верхом. Поэтому, не боясь встретить герцога, она на следующее утро отправилась к старой вдове-герцогине.

Ее Светлость заставила Корнелию прождать полчаса, а потом приняла ее в своем будуаре. Герцогиня была сердита, потому что Корнелия перестала проявлять заботу о ней сразу после помолвки. С некоторых пор она даже стала резко говорить с герцогиней. И куда делась ее ласковая улыбка! Да, в последнее время Корнелия была с ней раздражительна и холодна.

Войдя теперь к герцогине, Корнелия улыбнулась и поцеловала ее в щеку. Затем она присела рядом на стул.

– Чем обязана такому неожиданному визиту, Корнелия? Хотя я рада тебя видеть… Наконец-то…

Корнелия поняла свою ошибку.

– Моя дорогая мамочка! Простите меня, извините, что я долго к вам не заходила. Но я знала, что вы больны, и поэтому не хотела вас утомлять и тревожить моими маленькими проблемами.

Корнелия вынула платок и вытерла свои сухие глаза. Вдова заволновалась и попыталась сесть прямо.

– Какие еще проблемы? Ну-ка, давай, говори мне все. Надеюсь, это не Клэр тебя так расстроил?

Корнелия кивнула и всхлипнула.

– Я боюсь, что он отменит помолвку, мама. О! Я не вынесу этого! Я, дочь графа – обманута! Ужасно! Скандал, сплетни… Я этого не переживу.

Вдова понюхала соли и прижала пузырек к груди, чувствуя, что он еще понадобится.

– Ерунда! Клэр такого себе не позволит. Если, конечно, не будет веской причины. Говори, что между вами произошло?

– Опять эта Диана Трэвис. Она прямо вешается на моего Клэра, и я боюсь, что она вскружила ему голову. Но вы знаете, что я не вынесу, если он меня бросит. Он не должен меня бросить!

– Конечно нет! – воскликнула шокированная вдова.

Вдохновленная такой поддержкой, Корнелия продолжала:

– Дорогая мамочка, я боюсь, что Диана околдовала его. Потому что вчера, когда Клэр узнал, что она не обручена все-таки с Роджером Мэйтлэндом, он обвинил меня во лжи.

Она снова всхлипнула, и вдова, проникнувшись сочувствием, похлопала ее по плечу.

– Ничего не бойся, Корнелия. Уверена, что ты ошибаешься. Но, если ты помнишь, я говорила тебе, что ты слишком надолго откладываешь день свадьбы. Зачем ты хочешь ждать аж до Рождества? Я этого не понимаю. Мужчины такие… нетерпеливые!

Корнелия уставилась на нее, не в состоянии сейчас притворяться.

– Но я не могу даже слышать об этом, – прошептала она. – Я… мне противно… все, что имеет к этому отношение…

Вдова кивнула и проковыляла обратно на свое место.

– Можешь больше не говорить. Я поняла тебя отлично. Ты такая же чувствительная, как и я. Но, если ты станешь герцогиней, тебе придется с этим смириться.

Она отвернулась, и на ее впалых щеках запылали красные пятна стыда.

– Надо сделать так, чтобы свадьба состоялась как можно скорее. И тогда Клэр не будет думать о мисс… мисс?.. А ты должна принять и эту сторону супружества, хоть это неприятно для любой женщины с тонкой душой и высокими понятиями. Старайся не думать об этом, моя дорогая Корнелия. Позволь мне сказать тебе, что ты скоро привыкнешь. А когда у моего сына появится наследник, мы постараемся принять кое-какие меры. Жаль только, что ты такая здоровая и сильная!