Путевка в семейное гетто - Кускова Алина - Страница 38

Туся критически оглядела оборванный вид подруги и согласилась с ее доводами.

– Постой! – ей показалось, что она нашла простое решение этой сложной проблемы. – Выходи замуж!

– В каком это смысле? – дожевав колбасу, поинтересовалась Аня. – В прямом или переносном?

– Выходи замуж за Терчикова. Он тебе наймет еще лучших адвокатов, и ты останешься на свободе.

Аня села на табурет и всхлипнула. Она всю сознательную жизнь собиралась выйти замуж по любви. Об этом писали в ее любимых романах, к этому стремились все уважающие себя героини. И вот тебе пожалуйста! Из-за какого-то нелепого поступка она должна будет мучиться всю жизнь!

– А через годик, когда все образуется, разведешься с ним, – Туся забыла о себе и принялась активно участвовать в жизненных коллизиях подруги.

– Залепите завтра мне рот скотчем, – трагическим голосом произнесла Аня, запивая таблетку со снотворным, – это единственный выход, чтобы я ни в чем не созналась. – Она погладила собаку, провела рукой по голове Туси и скрылась в своей комнате.

– Ой-ей-ей, что же будет?! – произнесла та ей вслед и села у окна, намереваясь дождаться Алису.

Которая не заставила себя долго ждать. Она, как обычно, открыла дверь и со словами «Привет, кошелки!» заинтересованно обвела взглядом кухню. Отсутствие Ани ее опечалило, но не больше того. Пусть спокойно спит, ничего страшного не случилось. Одинцов вызвал милиционеров, но те приедут в Копейку только утром, потому что у них ограбление века на Рублевке. Это не какой-то автомобиль, там картины на миллион долларов. «Живут же люди!» – восхитилась Туся и выслушала антидетективную историю о том, как Алиса заметала следы подруги. Теперь, даже если криминалисты и найдут отпечатки пальцев Свиридовой в гараже, то у той хотя бы будет алиби. И свидетели, что она приходила туда уже после того, как автомобилю прокололи колеса. Такой важной свидетельнице, как Чебушевская, обязательно поверят. Она дама авторитетная и пользуется уважением всего копейкинского общества. Главное, чтобы Аня молчала и ни в коем случае не признавалась в содеянном. Предложение о скотче Алиса приняла полностью. Это была очень удачная мысль. Пусть Анюта пересидит пару дней с закрытым ртом. По словам Алисы, Одинцов не так драматично воспринял отверстия в шинах и обвинял себя в том, что забыл закрыть гараж. Лично он был уверен, что это сделали шаловливые соседские мальчишки, а не его помощница, приезжавшая на «Ягуаре». «Здесь, – вздохнула Алиса, – вышла промашка. Он напрочь отказывался верить, что это сделала Марина. Мне не удалось это доказать».

Но зерно сомнения она все-таки заронила в его трепетную мужскую душу. А это, уж поверьте, немало.

Алиса поднялась в комнату Ани и убедилась, что та, выпив снотворного, крепко и спокойно спит. Это радовало.

Глава 11

Мужчин нужно брать голыми руками и другими выпирающими частями тела

Утро следующего дня не принесло радостных известий о том, что преступник, надругавшийся над автомобилем Одинцова, был найден. Это узнала Алиса, сбегавшая на разведку к Чебушевской, проходившей по данному делу свидетельницей. И сейчас три подруги, которые встали гораздо раньше обычного, в приподнятом настроении пили кофе.

– Как ты только могла? – удивлялась Алиса «подвигам» скромницы Анюты. – Вот поистине – в тихом омуте чего только не водится. Но все, что ни делается, – к лучшему. Теперь он задумается над поведением своей пассии и, я надеюсь, примет верное решение. Расстанется с этой фурией, чтобы она больше ничего не испортила, в том числе и его жизнь.

– Ты ничего не путаешь? – Сонная Аня, которую долго пришлось расталкивать подругам, соображала медленно, в полудреме. – Это я испортила ему машину. Я – пассия или фурия?!

– Ты – ни то и ни другое. Ты – отдельный экземпляр женского рода, о котором нужно слагать легенды, – усмехнулась Алиса. – Под покровом темной ночи сделала то, что душа хочет, а потом в смурной глуши веселилась от души. Не помню откуда, но это про тебя.

– Мне грустно, – призналась Аня, отодвигая от себя чашку с кофе. – И моей душе ничего не хочется, кроме покоя. Мне стыдно смотреть в его глаза.

– Ой, сейчас заплачу, – засмеялась Туся, – сделала из небольшой пакости целую трагедию. Ты лучше расскажи, как проникла в гараж. Заранее выведала, где он хранит ключи?

– Я там оказалась совершенно случайно, – улыбнулась Аня, вспоминая вчерашний вечер, – после того, как увидела его в окне. Он был такой мужественный, такой загорелый, такой красивый…

– Он что, был раздет?! – предположила Туся и раскрыла от изумления рот.

– Туся, но разве в этом дело?! – возмутилась покрасневшая Аня.

– Не перебивай ее, – встряла Алиса, – пусть она говорит. Это похоже на репетицию речи для присяжных заседателей в суде. Анюта, больше чувственности и красок. Итак, ты проходила мимо. Наткнулась на открытый гараж и вошла. Правильно. Каждый нормальный человек, проходящий мимо чужого гаража, обязательно туда войдет. Особенно после того, как увидит в окне его полуголого владельца.

– Как у тебя все складно получается! – изумилась Туся, которой вся история напоминала анекдот. – Шла, шла, шла и гараж нашла, – напела она весело, – туда зашла, автомобиль нашла.

– Мне стало как-то не по себе от женского голоса, который раздавался за его спиной… – пробормотала Аня, оправдываясь.

– Отлично! – похвалила Алиса подругу. – Ревность всегда помогает скостить срок. Значит, ты зашла в гараж и в порыве ревности проколола все четыре колеса его автомобиля. Круто! Кто еще так сможет?! – Алиса поглядела на Тусю. Та правильно поняла правила игры.

– Я пас, – сказала та, – и к тому же у Говорова только велосипед. Если я проколю ему колеса, то в город придется возвращаться пешком. Вчера мы прокутили на лягушках последние деньги.

– Вот видишь, – Алиса многозначительно поглядела на Аню, – как были сильны твои чувства!

– Да, – согласилась с ней Аня, – они и сейчас довольно сильные. Я просто не знаю, что мне делать. Может, честно ему во всем признаться?!

– С ума сошла. Но это тоже вариант. Суд тебя оправдает и отправит на лечение. Никаких улик, никаких, а ты так переживаешь. Поверь мне, дурочка, у таких, как Одинцов, полно колес, автомобилей и девиц. Износятся одни, он тут же без зазрения совести воспользуется новыми. Наверняка вчера с ним была не Марина, а какая-то другая девица. Как жалко, что это не ее автомобилю ты проколола все четыре колеса!

– Доброе утро, – раздалось в столовой, – что там про колеса? – К ним быстро, как карающий меч революции, приближался сам Одинцов, услыхавший обрывок фразы.

– Эх, тачанка-ростовчанка, все четыре колеса! – звонким голосом затянула Туся. Девушки не ожидали от нее такой находчивости и оторопели. – Тра-та-та, моя тачанка, тра-та-та-та, тра-та-та! Четыре колеса! Страсть как люблю эту песню, – «призналась» Туся, – пою ее каждое утро. Правда, девочки?!

Алиса медленно перевела внимательный взгляд с разудалой Туси на притихшую Аню и тихо произнесла:

– Наталья, неси скотч!

Одинцов, к счастью, ничего не понял. Он сам чувствовал себя довольно неловко и переминался с ноги на ногу. Странное поведение вполне уверенного в себе мужчины привлекло внимание Алисы. Она хитро прищурила свои восхитительные глаза и поинтересовалась целью его визита. Одинцов, словно очнувшись после звуков ее голоса, тут же начал благодарить девушек за найденную борсетку. Он стал извиняться, что замотался и не смог их сразу поблагодарить, после чего полез в карман. «Лучше бы он принес цветы», – грустно подумала Аня, не рассчитывая ни на что хорошее.

– Вот, – Одинцов вытащил две бумажки, – у меня есть пара билетов на сегодняшний концерт Сердючки, – он протянул их Ане, – первый ряд, лучшие места…

– Спасибо, – ответила та понуро и билеты не взяла.

– Большое вам мерси! – заявила Туся и выхватила протянутые бумажки.

– Страсть как люблю Сердючку! Как раз не знали с Веней, что сегодня вечером делать!