Командировка в Шотландию - Лесли Марианна - Страница 20

– Сейчас мы едем в Кранлем, – пояснил он, – где сядем на паром, который отходит, как я выяснил по телефону, в три часа. Правда, паром по пути на остров Кей заходит еще на четыре или пять мелких островов, что несколько удлинит наше путешествие, но, думаю, часам в восьми вечера мы прибудем на место.

Виктория удивленно взглянула на него. Она и не предполагала, что их поездка займет так много времени. Она-то думала, что не больше часа.

– А разве нет прямого парома до острова? – спросила она.

– Увы, нет, – ответил Роберт и с усмешкой добавил: – Нам еще повезло, что сегодня он вообще есть. Паром ходит не каждый день, а только четыре раза в неделю.

– Вот как?! – отозвалась она, теперь поняв, почему их путешествие продлится не менее двух дней.

– Да. Это вам не Нью-Йорк и не Лондон. Жители острова живут изолированно от мира. На острове конечно же есть электричество и телефон, но в остальном их жизнь довольно-таки патриархальная. И, похоже, им она нравится.

Если он хотел обескуражить Викторию отсутствием на острове многих благ цивилизации, то у него ничего не вышло. В своих командировках Виктории доводилось бывать еще и не в таких медвежьих углах. В отношении удобств она была не слишком прихотлива и привыкла обходиться малым.

Виктория почувствовала, как в ней все больше растет любопытство. Эта поездка действительно обещала стать маленьким – а может, и большим, кто знает? – приключением, а приключения она обожала.

Маленький паром с небольшим грузом – четыре машины и немногочисленная группа пассажиров – отплыл от причала в Кранлеме ровно в три часа пополудни.

Виктория, облокотившись на поручни, наблюдала за шумной стаей морских чаек, эскортировавших паром, когда он с пыхтением выходил из крохотной гавани. Потом она перевела взгляд на быстро удалявшийся берег с серыми каменными домами, которые, искрясь на солнце, тянулись вдоль прибрежной полосы, разбегаясь в разные стороны. А вдалеке, у самого горизонта, высились вершины шотландских гор, укрытые шапками облаков. Виктория закрыла глаза и подставила лицо ласковому западному ветру. Он подхватывал выбившиеся из заколки пряди ее волос, и они поблескивали на солнце, словно серебристые нити.

Ей было хорошо как никогда. Стремясь попасть сюда, в Шотландию, она знала, что эта древняя, прекрасная земля целиком завоюет ее сердце, и так оно и случилось. Когда чистый соленый воздух наполнил легкие, она глубоко вздохнула и улыбнулась. Единственное, чего она не предполагала, так это что встретит здесь мужчину, который, несмотря на все доводы рассудка, полностью захватит ее воображение. Она боялась обжечься, но и противостоять той притягательной силе, которая исходила от Роберта, тоже не могла.

Виктория украдкой бросила взгляд направо, где чуть поодаль предмет ее размышлений беседовал с паромщиком. Как же все-таки он великолепен! – подумала она, залюбовавшись его красивой статной фигурой. Словно почувствовав на себе ее пристальный взгляд, он обернулся и посмотрел прямо на нее. Их глаза встретились, и они вздрогнули, словно между ними пробежал электрический ток. Затем, смутившись, Виктория поспешно отвела глаза. Через пару минут Роберт подошел к ней и небрежно облокотился о поручень.

– Не скучаете? – спросил он.

Виктория стрельнула в него взглядом.

– Нет, нисколько, – бодро отозвалась она. Наслаждаюсь чудесным видом и морским воздухом.

– А что скажет ваш приятель биржевой маклер насчет того, что вы отправились на остров вдвоем с мужчиной? Он не станет вас ревновать?

Виктория недоуменно заморгала. Она уже и забыла, что сказала ему, будто у нее есть жених.

– Тони? Да нет, что вы, он полностью мне доверяет.

– Доверяет? Гм. Что ж, похвально, – пробормотал он, потом внезапно спросил: – Вы собираетесь за него замуж?

Виктория не сводила глаз с кромки горизонта, где море сливалось с небом. Когда-то она действительно собиралась замуж за Тони Свейна, хотя сейчас не понимала, как могла быть такой глупой.

– Возможно, – осторожно ответила она. – А почему вы спрашиваете? – Она помолчала, но, спохватившись, что молчит так долго, делано засмеялась. – Ах да, вы считаете, что он мне не пара, хотя совсем его не знаете.

– Именно так я считаю и уверен, что прав.

– Вот как? Отчего же?

– Вот скажите, что вас с ним связывает? – продолжал допрашивать ее Роберт.

– Ну, у нас с Тони много общего: мы любим одну музыку, одни книги, театр. У нас одинаковые взгляды на многие вещи. Мы, если можно так выразиться, совместимая пара. – Все это так и было, и она действительно так считала, но только до тех пор, пока он не предъявил ей ультиматум и она не поняла, что между ними нет самого главного, что нужно мужчине и женщине, чтобы создать семью, – любви. К счастью, они оба вовремя осознали это. Однако признаваться в этом Роберту она пока не собиралась.

– Глупость какая, – раздраженно бросил Роберт.

– Глупость? Что вы имеете в виду? – удивленно заморгала Виктория.

– Да все эти ваши резоны – глупость несусветная. Разве можно строить брак, основываясь всего лишь на общности интересов? – Он вскинул бровь и, взглянув на нее, продолжил: – Вокруг нас полно людей, которые разделяют наши мнения и наши вкусы, но это вовсе не означает, что мы должны вступать с ними в брак!

Виктория целиком и полностью была с ним согласна, но ей стало интересно, какие еще доводы он приведет, поэтому невинным голосом спросила:

– Почему же?

– Да потому, что брак требует большего, гораздо большего! – В его глазах засверкали искры волнения, и он схватил ее за руку. – Тори, что происходит с вами, когда он рядом? Чувствуете ли вы, что ваше сердце готово выскочить из груди от счастья?

О да! – хотелось крикнуть Виктории, когда она ощутила на своем запястье жар сжимающей его руки Роберта. Мое сердце готово выскочить из груди, когда ты рядом! Вслух же она сказала:

– Но вы не можете отрицать, что отношения должны быть гармоничными.

– О да, разумеется, я тоже целиком и полностью за гармонию. – Он усмехнулся, отпустил ее руку и, откинувшись назад, стал наблюдать за ней из-под длинных, выгоревших на концах ресниц. – Но я не думаю, что два человека могут ее достигнуть, основываясь лишь на поверхностной общности интересов. Разве имеет принципиальное значение, если один любит Бетховена, а другой Стравинского? Если для одного самая большая радость посидеть у телевизора и поболеть за любимую команду, а для другого – почитать детектив? Отношения должны быть достаточно прочными, чтобы преодолеть такие различия.

Викторию так и подмывало признаться, что в этом вопросе она солидарна с ним, но она сдержалась.

– Ну хорошо, – сказала она, – если вы такой специалист в этом деле, то, может, поделитесь со мной, как создаются идеальные отношения?

Роберт с улыбкой взглянул на нее.

– Вы проголодались? – неожиданно поинтересовался он.

– Немного, – призналась она. За всеми этими событиями она совсем забыла поесть, и сейчас при мысли о еде живот подвело.

– Тогда идемте. – Он повел ее в дальний угол палубы и сел на одну из деревянных скамеек.

Виктория села рядом, но не слишком близко, Роберт же достал из своей сумки сверток и, развернув его, принялся извлекать из него всевозможную снедь: свежие булочки, от которых у нее сразу потекли слюнки, ветчину, круг домашнего, нарезанного большими ломтями сыра, несколько краснобоких яблок и термос с кофе. Он улыбался с довольным видом фокусника, вытащившего из шляпы кролика.

– Давайте, Тори, ешьте, не стесняйтесь, – скомандовал он.

Виктория не заставила просить себя дважды. Она взяла булочку, положила на нее кусок поджаристой до золотистого цвета ветчины, добавила к этому ломоть восхитительно пахнущего сыра и с удовольствием впилась в получившийся бутерброд зубами.

– Ну вот, – удовлетворенно заметил Роберт, наливая себе и ей кофе из термоса в пластиковые стаканчики, – теперь можно продолжить наш разговор. Отвечая на ваш вопрос, скажу: я вовсе не специалист и, боюсь, идеал – это нечто, ускользающее от меня. – Он посерьезнел и взглянул Виктории прямо в глаза. – Но, когда я встречу его, тотчас узнаю, в этом нет сомнения. Даже если наши вкусы и мнения будут разными.