Сомнительные (СИ) - Белая Лика - Страница 44

Похоже, наконец пришло время разобраться со всеми недопониманиями. Просто пойти и обсудить с ним всё, не думая о том, как это выглядит со стороны: ссора, проигрыш и новая встреча в попытке ухватить свой последний шанс остаться в игре.

*****

Алиса вышла из дома и села на лавочку, дожидаясь такси. Машина задерживалась, и затянувшееся ожидание начало разъедать её хрупкую решимость. Она уже представила, как постучит в дверь студии, что скажет, когда войдет, и картинка казалась её всё более и более нелепой. Она настолько четко представила себе эту ситуацию, что сначала даже не поняла, что автомобильный гудок звучит уже второй раз. Подъехал тот самый автомобиль, который должен был увезти её от одной проблемы прямиком к другой. Она подбежала к машине, села на заднее сиденье и уставилась в окно. Водитель что-то пробормотал, но она не расслышала.

Такси остановилось у знакомого подъезда. Алиса расплатилась и вышла. Она прошла через двор, её шаги гулко отдавались по асфальту, поднялась на этаж и постучала. Подумала, как же смешно будет выглядеть, если дверь ей сейчас откроет Лена.

Дверь распахнулась, и Алиса вздохнула с облегчением. В проёме стоял Иван. На нём были те же поношенные джинсы и чёрная футболка, что и в день их последней встречи, когда они ссорились. Его лицо выглядело уставшим. Он бросил на неё настороженный взгляд и отступил, приглашая войти.

— Привет — Алиса неуверенно поздоровалась, как будто ожидая, что он закроет дверь у неё перед носом.

— Проходи, — кивнул он в ответ.

Дверь закрылась.

— Кофе будешь? — спросил он, и не дожидаясь ответа направился к кухне.

Она кивнула, но секундой позже поняла, что он этого не видит.

— Да… да, спасибо.

Она осталась стоять посреди комнаты, не снимая пальто. Её взгляд скользнул по знакомым стойкам с аппаратурой, по дивану — где они когда-то спорили о музыке. Теперь между ними лежала та ссора, её молчание и его триумфальный «Шум».

Он поставил две кружки на низкий столик перед диваном.

— Может ты всё-таки сядешь?

Алиса сбросила пальто на спинку дивана и опустилась на его краешек. Иван сел в кресло напротив.

— Поздравляю с «Шумом», — начала она, беря кружку. — Это сильный ход. Работа Лены, как всегда, безупречна. Кстати, она уже передумала уходить?

— Уходить? — он прищурился, оторвав взгляд от кружки. — С чего вдруг?

— Ну… — Алиса замялась, сделав вид, что ей не хочется затрагивать эту тему. — Она просто… высказалась у меня в офисе пару дней назад. Насчёт моей репутационной нагрузки. После всей этой истории со статьями.

— Лена всегда чем-то недовольна. Не открытие. — Иван махнул рукой, но жест вышел каким-то вялым.

— На этот раз — конкретно. — Алиса прикусила губу, глядя куда-то мимо него. — Она сказала, что я стала риском. Для проекта. Для студии.

— И? — голос его стал плоским.

— И что ей проще будет, если я… отойду в сторону.

— Чушь, — отрезал Иван, но слишком поспешно. — Не верю. Она так не могла сказать.

— Я тоже не верила, — тихо, но уже без колебаний, возразила Алиса. Её пальцы туго переплелись на коленях. —Но она была настроена очень решительно. Объяснила всё. Про свою долю в студии, про трасты, про то, что будет, если она уйдёт… — Алиса резко пожала плечами, — я, честно, половину не поняла из этих её схем. Но посыл был ясен.

— Про какую долю? — голос Ивана стал резче.

— Ну, про её долю в студии… — Алиса наконец подняла на него глаза. — И я её понимаю. Она вложила в «Звукорой» всё. А мы с тобой… мы как ураган. Крушим всё. Это угроза её делу. И она защищается. Как умеет.

Иван откинулся на спинку кресла и начал изучать потолок.

— И ты решила сообщить мне это только сейчас? — спросил он, не меняя позы. — Почему раньше молчала?

— Потому что ты прислал мне контракт от «Sonic Wave»! — её голос сорвался, прорвав плотину самоконтроля. — Потому что я увидела его и подумала — всё. Решение принято. Ты по свою сторону баррикады, я — по мою. И осталось мне только в одиночку пытаться разгрести всё, что на меня навалилось. Что я, в общем-то, и делала. Правда без особого успеха.

Иван не стал спорить. Он внимательно посмотрел на неё, и в его взгляде впервые промелькнуло что-то хищное.

— Я прислал тебе контракт не потому, что решил бросить тебя из-за скандала, — сказал он ровно. — А чтобы ты поняла: у меня есть варианты. Пусть и дерьмовые. Пойми, я не буду играть в предложенную отцом игру!

Он отхлебнул кофе, не отводя глаз.

— А «Шум»… «Шум» — это был шанс. Момент. Вся эта грязь в СМИ — это же готовый ажиотаж! Бери и лепи из него что хочешь. Такую толпу ни на каком Арме не соберёшь.

Он поставил кружку, посмотрел на неё прямо.

— Ты хороший учитель. Но сейчас расклад поменялся. У тебя — связи и голова, которые мои отец методично уничтожает. У меня — хайп и… ну, ты сама знаешь, что у меня есть. Но без тебя я в этом хайпе захлебнусь. А ты без меня — просто менеджер с испорченным именем. Вот и весь паритет. Мы оба в дерьме.

Вибрация телефона в кармане пальто прервала его рассуждения.

— Извини, — пробормотала Алиса, доставая его. Взгляд упал на экран. Она медленно подняла глаза на Ивана. — Это твой отец.

Иван только пожал плечами, затем встал и отошёл к окну.

Алиса приняла вызов, нажав на громкую связь. В студии зазвучал ровный, слишком знакомый им обоим баритон.

— Алиса Сергеевна, добрый вечер. Не помешаю?

— Аркадий Петрович, здравствуйте. Я сейчас в студии «Звукорой», у Ивана.

— Рад это слышать. Значит, вы нашли общий язык. Это упрощает задачу. Я хотел бы встретиться с вами завтра, в одиннадцать, у себя в офисе. Думаю нам есть что обсудить.

— Конечно, я подъеду.

Иван стоял у окна, а Алиса так и сидела на краю дивана, и ей вдруг стало дико неловко от этой позы. Она встала, будто поправляя пиджак. «Боже, я устала», — промелькнуло у нее в голове. От этой бесконечной внутренней бухгалтерии: что сказать, как сказать.

Иван медленно обернулся.

— Ну и? — спросил он с еле сдерживаемой злостью. — Собралась бежать на встречу? Выслушивать очередной ультиматум? Прямо сейчас, пока я тут стою?

— А что мне делать, Иван? — её собственный голос прозвучал тихо и опасно. — Сидеть тут и ждать, пока ты решишь, достойна ли я твоего доверия или нет? Мне аренду платить через три дня! У меня нет этой роскоши — дуться в уголке и делать вид, что весь мир против меня!

— А какое может быть доверие? — он почти зашипел. — Ты молчала. Ты знала про Лену и молчала. Ты видела контракт и молчала. Что я должен думать? Что ты уже выбрала сторону? Его сторону?

— Я выбрала сторону выживания! — выкрикнула она, и голос сорвался. — Молчала, потому что не знала, что сказать! Потому что ты… — она запнулась, глотнула воздух. — Потому что после того, как было между нами, я не могла просто прийти и сказать: «Привет, кстати, у меня тут проблемы, давай поговорим как деловые партнёры»!

Алиса отвернулась, сжав кулаки.

— А сейчас что? Мы тут торгуемся — ты мне мозги, я тебе наглость. Как на базаре. А я… — она обернулась к нему, и больше не могла сдерживать дрожь в голосе, — а я не могу выбросить из головы, как это было. И это всё ломает. Все расчёты.

Иван отвернулся, провёл рукой по затылку.

— Чёрт, — тихо выругался он. — Да. Всё ломает.

Он опустился на диван, рядом с тем местом, где только что сидела она. Уставился в пол.

— Лена не уйдёт, — сказал он глухо. — Я её знаю. Она будет бубнить, качать права, но не уйдёт. Ей некуда. «Звукорой» — её ребёнок. Она его просто воспитывает. Тебя. Меня. Чтобы мы не накосячили ещё сильнее.

Он замолчал. Алиса не нашлась что ответить. Вместо этого она медленно, почти с облегчением, опустилась на диван рядом с ним, откинулась на спинку и закрыла глаза. Усталость накатила тяжёлой, тёплой волной.

— Завтра отец будет давить на тебя, — голос Ивана прозвучал тихо, без прежней хрипоты. — Предложит что-то блестящее. Чтобы ты меня… вернула в стойло.