Близкая женщина - Делински Барбара - Страница 79

– Тебя тоже о чем-нибудь спрашивали?

– Пытались. Но из меня им ничего не вытянуть. Все, что нужно им сказать, говорит Блейк, и я не собираюсь ему противоречить.

– По телевизору тебя показывают очень часто, – одобрительно заметил Майкл. – Твое платье просто прелесть! Оно так очаровательно намекает на твою беременность.

На самом деле Майкл не мог отвести глаз от ее потяжелевших грудей, от располневших бедер и великолепного круглого животика.

– Я бы с удовольствием спряталась за чужими спинами, – недовольно проворчала Даника. – Но Блейк настоял, чтобы я была на виду у прессы. Ты себе не представляешь, как нелегко мне держаться спокойной в зале суда. Особенно трудно было в первый день.

– Подожди, вот начнется настоящее разбирательство, – предупредил Майкл, – тогда надо быть особенно настороже.

– Даже не представляю, чем все это обернется, – тяжело вздохнула Даника.

Между тем дело стало принимать скверный оборот. Через пять дней жюри присяжных было наконец сформировано, и рассмотрение дела началось.

– Ты расстроена? – спросил Майкл, когда они созвонились в очередной раз.

– Как ты догадался?

– Я видел пару репортажей. Я кое-что смыслю в судебном производстве, поэтому могу понять, что ты сейчас ощущаешь.

– Да, это ужасно, когда приходится часами просиживать в зале суда, пока заслушиваются обвинительные показания. Блейк совсем пал духом.

– А ты сама?

– Я держусь. Только ради ребенка. Я не дам им всем меня вывести из равновесия.

– Успокойся, Даника, – мягко сказал Майкл. – Все будет хорошо. Ты будешь прекрасной матерью. Малышу очень повезло.

Увы, следующие дни были не многим лучше. Даника старалась вести себя крайне осмотрительно. Она по-прежнему не выказывала в зале суда никакого беспокойства – между тем как один свидетель сменял другого и обвинение обрастало доказательствами.

Государственный обвинитель с необычной язвительностью и обоснованностью представил суду роль Блейка в управлении корпорацией, а также тот конкретный контракт, в котором фигурировало запрещенное к продаже за границу оборудование. Обвинитель представил суду свидетелей, которые подтвердили, что упомянутое оборудование действительно было собрано и отгружено из «Истбридж».

День ото дня Даника все больше падала духом. Дома она старалась прийти в себя, высыпаться, отдыхать, но очень часто не могла ночью сомкнуть глаз – даже после разговора с Майклом. Единственное, что ее утешало в пору бессонницы, это мысли о будущем. Положив руки на живот, она предавалась сладким грезам. Ей представлялся новорожденный младенец – здоровенький и хорошенький. Она нянчилась с ним, объяснялась ему в любви и чувствовала его тепло и любовь. Когда она мечтала о том, чтобы это был мальчик, то принималась подбирать мужские имена. Потом начинала мечтать о девочке…

Приближалось Рождество, а Даника чувствовала, как силы покидают ее.

– До перерыва в судебном заседании осталось несколько дней, – сказал Майкл в одном из разговоров в середине декабря.

– Оно затянулось гораздо дольше, чем мы думали, – огорченно вздохнула Даника.

Она понимала, что оба они подумали об одном и том же. О том, чтобы вместе провести Рождество. Но Даника понимала, что это вряд ли будет возможно.

– Обвинитель выдвинул чрезвычайно веские доводы, – сказала она, – и теперь самый незначительный штрих может иметь значение… Так, по крайней мере, говорят адвокаты. Не понимаю, почему все так затянулось. Кажется, даже новичок повел бы это дело быстрее.

– Такова судебная система, милая, – сказал Майкл. – Два шага вперед и шаг назад.

– Если бы так! Мне кажется, Майкл, они не двигаются с места.

– Ты очень нетерпелива. Так же, впрочем, как и я. Нужно набраться терпения.

Последний свидетель, которого представил суду обвинитель, стал настоящей сенсацией. Это был человек, который работал в корпорации как раз в тот момент, когда имела место незаконная сделка. Он уверенно утверждал, что Блейк сам упоминал об интегральных схемах, а следовательно, знал об их существовании. Однако при перекрестном допросе, отвечая на вопросы Джейсона и Рэя, этот человек начал путаться, и в результате адвокатам Блейка удалось доказать, что он некомпетентен в этом вопросе и что именно по этой причине его уволили из «Истбридж».

И все же выступление свидетеля оставило весьма неприятный осадок.

Это Рождество Даника с удовольствием вычеркнула бы из памяти. Хотя они с Блейком заранее договорились, что не будут дарить друг другу никаких подарков, Блейк все-таки преподнес ей золотые часы, на которых была выгравирована короткая надпись: «Спасибо». Судя по всему, он благодарил ее за участие, за то, что она не оставила его в трудную минуту. На душе у нее было невесело. Она-то и не думала о подарке для Блейка.

Они обедали у ее родителей. Разговоров о будущем ребенке старались избегать. Даника понимала, что отец до сих пор не знает всей правды… В эти праздничные часы ей так хотелось сейчас быть с Майклом. Он в эту минуту был вместе с Чиллой, Джеффом и Кори. С Кори, кстати, ей так и не довелось познакомиться. Все они собрались у Джины… Особенно остро она ощутила одиночество, когда вечером ей позвонил Майкл.

– С Рождеством, любимая!

– И тебя тоже, Майкл.

Она боялась расплакаться и закусила губу.

– Как дела? – спросил он наигранно бодрым голосом.

– Все хорошо, – ответила она, всхлипнув. – Развесели меня как-нибудь! – попросила она. – Расскажи, как там у вас…

Майкл со всеми подробностями рассказал ей обо всем, что происходило в этот праздничный вечер в доме его матери. Она внимала его рассказу, живо представляя себе все там происходящее. На следующий год, когда у них уже будет ребенок, и Даника тоже будет вместе со всеми встречать Рождество.

– Джина просила передать, что очень тебя любит, – продолжал Майкл. – Джефф и Чилла тоже. И, конечно, Кори. Правда, он боится, что ты считаешь его ужасным распутником.

Даника рассмеялась. У Кори был собственный иллюстрированный журнал, который весьма отличался от основной печатной продукции Бьюкененов и был чем-то вроде интеллектуального «Пентхауза». Когда Даника была у Майкла в гостях, ей попался на глаза один номер, и она сочла его весьма любопытным.

– Вовсе я не считаю его распутником! – рассмеялась она. – И очень хочу с ним познакомиться.

– Ну не знаю, – пошутил Майкл. – Он у нас все еще холостяк. Разве что, когда мы с тобой поженимся. Кстати, он обещал свято хранить нашу с тобой тайну.

– Я и не волнуюсь на этот счет, – тихо сказала Даника. – Тем более что скоро все закончится.

– Еще пару недель?

– Самое большее. А потом… мы будем вместе!

Ее голос задрожал, и она уже не смогла сдерживать слезы.

– Не плачь, милая!

Он сам был огорчен не меньше. Как ему хотелось, чтобы она встречала Рождество вместе с его семьей!

– Я хочу быть вместе с вами! – прошептала Даника.

– У нас впереди еще сто лет! Будущее принадлежит нам. Не забывай об этом. Постоянно повторяй себе это, как повторяю я. Это моя молитва под Рождество. Все сбудется, родная, верь мне!

– Будущее принадлежит нам… – как во сне повторила Даника. – Будущее принадлежит нам…

Эти слова стали для нее заклинанием, и она повторяла их ежедневно, ежечасно.

Сразу после Рождества возобновился процесс. На этот раз настал черед защиты, и Даника вздохнула с некоторым облегчением.

Прежде всего Джейсон изложил всю двадцатилетнюю историю «Истбридж», а также незапятнанную биографию Блейка. Он представил документы, которые красноречиво свидетельствовали о том, что у корпорации никогда не возникало никаких финансовых проблем, а также проблем со сбытом продукции. Напротив, компьютеры, укомплектованные старыми деталями, продавались ничуть не хуже, а стало быть, Блейк мог и не знать, что в очередной партии подобного оборудования присутствовали пресловутые интегральные схемы.