Влечение сердца - Милтон Джулия - Страница 29

– М-да, после развода ты стала бы богатой невестой. Даже половина моего состояния – немалая сумма, способная прельстить любого альфонса. Особенно если ему неизвестно о том, что ты отказалась почти от всего… Интересно, знай заранее Джереми, что вместе со званием ты потеряешь и все свои деньги, он продолжал бы уверять тебя в своей горячей любви?

Луиза жалобно подняла на него глаза, словно бы прося прекратить эту пытку. Непроизвольно всхлипнув, произнесла:

– Чарльз, как ты мог так поступить со мной? Как Джереми смог опуститься до такого! А я ему поверила, действительно поверила… Боже, как я себя теперь ненавижу…

– Не плачь, дорогая, тебе не в чем себя упрекнуть. Я прекрасно понимаю, что сам толкнул тебя к адюльтеру. А ты умница, что сама во всем призналась.

Но тут Луиза возмущенно вскинула голову.

– Измены не было! По крайней мере, хоть тут мне не в чем упрекнуть себя, – грустно усмехнулась она. – Правда, не скрою, один раз я совершенно потеряла голову. Но тут сам Джереми удержал меня от опрометчивого шага. Тогда я недоумевала почему. Зато теперь, увы, слишком хорошо понимаю.

Сочувственно Чарльз произнес:

– Да, Коннор – порядочный плут, но тут он до конца выполнил условия нашего договора. Хоть за это ему спасибо.

Луиза горько засмеялась.

– А я-то думала, он действительно честен и порядочен, что не способен возжелать жену ближнего своего! Что ж, я достаточно наказана за собственную глупость. Впредь не буду такой наивной.

Они помолчали. Наконец Чарльз заговорил:

– Луиза, что ты собираешься делать теперь, когда узнала всю правду?

И в самом деле, как ей поступить теперь? Честно Луиза ответила:

– Не знаю. Поживу у родителей, подумаю, решу, каким способом буду зарабатывать себе на жизнь.

– Знаешь, тебе совершенно необязательно переезжать к отцу и матери. Ни сегодня, ни завтра, ни вообще, – осторожно произнес Чарльз. Он взял безвольно лежащую руку Луизы и поднес к губам. Потом нагнулся к ее лицу и негромко сказал: – И я еще не звонил своему адвокату. Если хочешь, мы навсегда забудем этот злосчастный инцидент и будем жить, как раньше. Даже лучше, чем раньше.

Он наклонился еще ниже, к самому ее уху. Вдруг поняв, что Чарльз собирается ее поцеловать, Луиза словно бы очнулась и резко отпрянула.

– Нет! – Спокойнее добавила: – Нет, Чарльз, ничего уже не будет, как раньше. Я же тебе говорила, что мое решение развестись и злосчастный Джереми Коннор, если и связаны между собой, то только косвенно. Разумеется, последнему больше нет места в моей жизни. Но и к тебе я не вернусь.

Чарльз выпрямился. Недобро усмехнулся.

– Что же, собираешься жить одна?

Луиза с вызовом вздернула голову.

– А хоть бы и так. Не бойся, не пропаду.

– Надеюсь, ты не успела за всей этой кутерьмой забыть, что совершенно беспомощна? Ты даже одеться самостоятельно не можешь.

– Понадобится – научусь, – холодно отбрила Луиза. – Ты зря считаешь, будто я уж действительно ни на что не способна. Пусть я не владею ногами. Зато у меня есть две здоровых крепких руки и ум. И этого, поверь, больше чем достаточно для того, чтобы себя прокормить.

Чарльз долго смотрел на нее. И Луизе показалось, что в его взгляде она уловила новое, до сих пор никогда не предназначавшееся ей чувство: уважение.

Наконец он сказал:

– Так, значит, твое решение твердо?

– Тверже не бывает, – заверила она.

– Что ж, в таком случае мне ничего не остается, как пожелать тебе успеха. О разводе больше не беспокойся: тебе придется только поставить свою подпись под документами, которые привезет тебе адвокат. Я попрошу, чтобы процесс провели как можно скорее и без лишней шумихи.

– Спасибо, Чарльз.

Она собралась было уйти, когда вдруг он окликнул:

– Луиза!

– Да?

Чарльз замялся.

– Я хотел сказать, что мое предложение остается в силе. Ты можешь жить в моем доме столько, сколько хочешь. Не забывай: курс массажа и специальных занятий еще не закончен. Ты должна приложить все усилия, чтобы вновь встать на ноги, быть здоровой и счастливой. Пусть даже и не для меня, – невесело усмехнулся он.

Однако Луиза покачала головой.

– Не забывай, мне больше не с кем заниматься.

– А как же Джереми Коннор? Ты можешь просто пока не говорить ему о том, что его маленький обман раскрылся. Пусть доведет свою работу до конца. А о деньгах не беспокойся: лечение я оплачу.

Но Луиза вновь грустно улыбнулась.

– Дело не в деньгах. Просто я не уверена, что смогу хотя бы секунду пробыть в обществе человека, который меня так долго и так цинично обманывал.

– А ты хотя бы попробуй. Ведь в руках этого человека твое будущее. А это не такая уж малая ставка, поверь!

Луиза внутренне усмехнулась. Да, такому прагматику, как Чарльз, никогда не понять, почему иногда люди совершают совершенно абсурдные с точки зрения логики поступки.

Один из которых она собиралась совершить прямо сейчас.

– Нет, Чарльз, – спокойно ответила она. – Я не намерена иметь никаких дел с человеком, который меня предал.

Чарльз понял, что Луизу не переубедить, и попробовал подойти к делу с другой стороны.

– Ну хорошо, когда вы с ним сегодня встретитесь, выскажи Джереми все, что о нем думаешь. И добавь, что отныне вас связывают исключительно деловые отношения. В любом случае он должен довести лечение до конца, как того требует деловая и врачебная этика. А после пусть идет на все четыре стороны.

– Он и так волен идти на все четыре стороны. И я отпущу его. Но не через полмесяца, а сегодня.

Чарльза заметно расстроило подобное упрямство. Не выдержав, он воскликнул:

– Ну как ты не понимаешь, что это попросту глупо!

– Пусть, – согласно кивнула Луиза. – Но так будет лучше. Просто поверь мне и не пытайся понять. Я должна поступить именно так, а не иначе. И тебе, и любому другому придется с этим смириться.

Поняв, что все бесполезно, Чарльз сдался.

– Хорошо, будь по-твоему. Только постарайся быть не слишком грубой с беднягой. В конце концов, он всегда желал тебе только добра.

Луиза удивленно воззрилась на Чарльза. С выражением произнесла:

– И ты еще его защищаешь?

Чарльз смутился и отвел глаза.

– Прости. Как-то нечаянно вырвалось. – Взглянув на дорогие наручные часы, он ойкнул: – Бог мой, я же опаздываю на работу!

– Желаю, чтобы твой день оказался более удачен, нежели утро, – на прощание сказала Луиза.

Она вновь развернула коляску, собираясь во второй раз покинуть комнату. И уже успела выкатить кресло в коридор, когда ей вслед вновь донеслось сдавленное:

– Подожди!

С удивлением она обернулась и успела заметить растерянное и смущенное выражение лица Чарльза. Казалось, муж хотел ей что-то сказать, но никак не решался.

– Что, Чарльз? – решила Луиза помочь ему.

Однако его лицо уже вновь приобрело обычное выражение.

– Нет, ничего. Просто хотел тоже пожелать тебе удачного дня.

И, взяв в руки портфель, он быстро прошел мимо Луизы по направлению к парадной двери.

Боясь, как бы кто-нибудь не заметил ее заплаканного лица и покрасневших глаз, Луиза поспешила запереться в собственной комнате. Вытащив из шкафа чемоданы, она принялась лихорадочно скидывать туда все подряд. Однако, сама того не замечая, то и дело замирала с какой-либо вещью в руках и подолгу невидящим взглядом смотрела в одну точку.

Джереми меня предал, неотвязно вертелась в голове одна мысль. Все, что он говорил, – ложь и обман. А я верила ему, верила, как никому в жизни! И любила…

И до сих пор продолжаю любить, несмотря ни на что. Прекрасно понимая, что никогда не смогу простить Джереми предательства и быть рядом с ним. Как только он вернется из города, я немедленно объявлю о том, что между нами все кончено, и прикажу никогда больше не попадаться мне на глаза.

И до конца своих дней буду любить его одного, любить, любить…