Чародеи на практике - Шумская Елизавета - Страница 91

Ива хотела возразить, что она ни в чем и не обвиняла красавицу, но вряд ли ведьма нуждалась в этих словах.

– Ну а коли не ты, то, как думаешь, откуда он взялся?

– А откуда оборотни берутся? Оттуда и он взялся. Полнолуние скоро…

– Через пять дней.

– Ночей. Ну и что? Это уже для него близко. Да еще и время такое… Зима, праздники эти. Предки тоже ж не дураки были, знали, когда праздники устраивать. Сама небось чуешь, что колдовать легче в такие дни становится.

– Колдовать… не магией заниматься. – Травница не могла не признать правды Нарьи – знахарство и все, что с Природой связано, в это суровое, но красивое зимнее время легче шло и как-то даже веселее, да и получалось все лучше. – Колдовское время.

– Вот именно. Даже мы это чувствуем, а уж оборотни и прочая нечисть подавно. Ему сейчас любое изменение, любая мелочь толчком будет.

Тут дверь шумно распахнулась. В нее влетели несколько хлопьев снега и румяная светловолосая девушка моложе Ивы года на четыре. Только-только в пору юности вступила.

Знахарка с интересом посмотрела на ученицу ведьмы. Сила у светленькой явно была. И именно такая – колдовская, не магическая. Травница даже подивилась, как легко это стало распознаваться.

Девушка с тем же любопытством оглядела гостью, поклонилась и тут же защебетала, обращаясь к ведьме. Та хоть и отвечала строго, да в глазах что-то неуловимо потеплело. «Интересно, а у тетушки тоже глаза теплели, когда она на меня смотрела?»

– Ну я побежала! Мы с девочками сегодня у Любашки гадаем. Я у нее до утра останусь.

– И чтобы никуда от нее ночью! Учти, узнаю, без всякого оборотня на куски порежу!

– Хорошо-хорошо! – уже выбегая, прокричала девушка, и дверь с тем же шумом захлопнулась за ней.

– Дочь? – поинтересовалась Ива, предполагая, что, скорее всего, нет.

– Племянница. – Ведьма бросила взгляд на травницу. – Двоюродная.

Знахарка же только головой покачала. «Эта история так и будет повторяться?»

– Кстати, она тоже была с теми девками, что оборотня видели. Прибежала, еле живая от страха. Да долго ли тому страху было? Все бы на ерунду всякую гадать.

– А они там гадали, да? – поинтересовалась Ива.

– Ага, какие-то все веточки кидали, на снег под деревьями смотрели и прочая ерунда. Я ей говорю, хочешь правду узнать, так давай я сама погадаю! Нет, понадобилось всей толпой в ночной лес переться! Ну и нарвались! Как еще не схарчили там никого из них, одним богам известно!

– Ну ты же понимаешь, что тут не столько правда интересна, – усмехнулась травница, – сколько процесс. Вместе в лес, ночью, душа в пятки уходит, еще небось какими-нибудь страшилками друг друга попугали…

– Да понимаю я! – Махнула рукой женщина, отправляя в рот последний кусочек ватрушки, и хитро посмотрела на коллегу. – Вспомнить, что ли, молодость и погадать тебе, Ива из Восточных Лесов?

Чародейка и сама могла погадать, да только себе не так интересно.

– Ну и погадай, – вдруг откликнулась она на предложение Нарьи. И правда – колдовское время. Или все же ведьмовские корни?

Женщина рассмеялась, встала и из одного из шкафчиков достала высокую глиняную бутыль. Судя по всему, там была какая-нибудь хорошая, но совсем не волшебная настойка.

– Ну пошли.

Шуша как мужчину (такие ведь гадания только для девушек) оставили в этой комнате наедине с молочком и ватрушками – он не возражал, а сами перешли в «колдовской покой». Там и удобней, и привычней. Для таких дел.

Уселись за круглый, покрытый зеленым дорогим полотном стол, разлили по рюмочке наливочки, оказавшейся брусничной, закусили засахаренными ягодками и принялись за дело.

Свечи мягко освещали полную ароматов комнату. Вокруг расставлены были всяческие колдовские принадлежности. Трав тоже было много. Каких-то баночек и пузыречков просто немерено.

– Ива, говоришь? – Женщина порылась в одном из ящичков стола и вытащила оттуда несколько засушенных листочков растительной тезки травницы. Нарья разложила их условным, довольно широким кругом на столе. Девушка понятливо хмыкнула, с бесконечным интересом наблюдая за работой коллеги. Та как раз достала большие, не особо замусоленные, но и не новые карты. Рубашка у них была черная, с тонким редким золотым рисунком в виде листочков и мелких цветочков. Женщина подержала их немного над свечой (на достаточном расстоянии, чтобы не загорелись, но тепло ощутили), очищая. – Ну давай клади руку. Знаешь, как настраиваться?

– Знаю, конечно. А на что гадаем-то хоть?

– Ну не на суженого же ряженого! Вряд ли тебя сейчас это интересует. Да я и так вижу: свадьбы в обозримом будущем у тебя не предвидится, мужики есть какие-то, только ну их, этих мужиков! На ближайшее будущее гадать будем!

– А на сколько ближайшее оно у тебя получается? – Ива и сама умела так гадать. Открываемый промежуток времени варьировался от трех дней до трех месяцев. В каждом гадании и у каждой гадалки по-разному.

– Ну-у… от нынешнего времени месяца на два. Точнее не скажу.

– Ага, понятно. Ну давай раскладывай.

– Не торопи. – Ведьма начала мешать карты, иногда дуя на них и что-то шепча. Ива завороженно наблюдала за процессом. Даже ее, знающую подноготную этого дела, зачаровывало происходящее, что же говорить о простых людях?

Наконец карты полетели на сукно. Ложились рубашками вверх, образовывая круг с крестом внутри.

– Ну что ж, посмотрим, что тут у тебя намечается? – Ведьма разве что руки не потерла. – Интересно?

– Ой, не томи.

– Сейчас-сейчас, – засмеялась та и перевернула первую карту. – Ага. Значит, в прошлом у тебя были тревоги, хлопоты… разные. – Женщина перевернула еще одну карту, – радостные и не очень. Любовь была.

– Была?

– Была-была. – Ведьма пригляделась к нескольким перевернутым картам. – В настоящем ее нет. В настоящем у тебя… опять какие-то хлопоты. Какой ты у нас… хлопотный человечек. Рядом с тобой верные друзья, но это и так ясно. И занимаешься ты в основном именно их делами. Покровитель рядом с тобой какой-то. Постарше будет. Надежный, но шебутной. Еще рядом какой-то «рыцарь».[3] Ага… – С этой картой легла еще одна. – Смотри, «маг» выпал. Наверняка кто-то из тех, кто с тобой учится. – Еще парочка карт легла рядом. – Брюнет, опасный…