Похитители завтрашнего дня (авторский сборник) - Комацу Саке - Страница 43

Ревели трубы, сделанные из раковин, звенели гонги, били барабаны. Многие мастера древнего военного искусства, ни разу не участвовавшие в настоящем, бою лихорадочно листали ветхие книги, изъеденные червями и мышами.

Когда я приблизился к наспех сооруженной деревянной наблюдательной вышке, кто-то из парней, забравшихся наверх, отчаянно размахивал руками и указывал вдаль. Другие толпились вокруг. В руках у них были бинокли.

— Ребята, что там делается? — спросил я.

— Лезь к нам, погляди, — отозвался прыщавый парень. — Похоже, весь седьмой флот вместе с нашим собрался на море.

Он протянул мне бинокль, и я увидел десятки боевых кораблей с грозными орудиями. Орудия были бесполезны и не очень меня заинтересовали. Вот транспортные суда — а их тоже собралось немало — это посерьезнее.

— Почему они стоят на месте? — удивился я.

— Ясное дело — демонстрируют свою силу, запугивают.

Однако у меня было свое мнение на этот счет: для запугивания совсем не требуется транспортных судов, наверно, они собираются высадить морскую пехоту…

Вскоре моя догадка подтвердилась. Я еще раз посмотрел в бинокль и разглядел маленькие десантные суда, покачивавшиеся на высоких волнах между флотилией и берегом. Они напоминали стаю севших на воду зловещих птиц. Почему же они не двигаются, не мчатся к берегу, не спешат высадить десантников?.. Все палубы были заняты солдатами, я видел, как поблескивали их каски. Мне стало даже жаль их — небось, ребят здорово укачало. Попробуй посиди вот так в этих утлых посудинах с выключенными двигателями да при большой волне!

Вдруг с одного из боевых кораблей спустили старинную весельную лодку.

— В пригородах А. тоже появились войска, — крикнул пробегавший мимо связной. — На шоссе полно танков.

— Далеко? Или совсем уже близко подошли? — спросил прыщавый парень.

— Километрах в десяти с востока.

«Нельзя больше мешкать», — подумал я. Японо-американские войска под командой американских офицеров начали наступление. Сейчас не время рассуждать, правы или неправы японские солдаты, собиравшиеся начать бой против своих. Выбраться из замка будет с каждым часом труднее, он и так уже окружен с трех сторон — со стороны моря, пригородов города А. и соседней с нами горы.

Непонятно только, почему они не начинают атаку. Наверно, ждут темноты. Да, надо торопиться. К Гоэмону и Кисако. Они… Ну, конечно, они там, где же еще?.. Интуиция меня не обманывает…

В подземном коридоре, отгороженном от мира щитом с буквами М и Ж, я нашел кусочек губной помады. Отлично! Значит, все правильно, они тут проходили. Интересно только, как Кисако нашла этот ход? Или Гоэмон учуял его?

Очутившись за внешним рвом, я огляделся и невольно вздрогнул. Совсем близко, в густом кустарнике тускловато поблескивали каски, настоящие стальные солдатские каски защитного цвета. Не чета нашим тоненьким, как яичная скорлупа, позолоченным опереточным головным уборам.

Прячась за скалами, я приблизился к кустам. Там скрывался чуть ли не целый батальон Сил самообороны. Так близко от замка! Подразделения, вооруженные винтовками с примкнутыми штыками, готовились к бою. Потом я увидел командиров-американцев. Появился высоченный розовощекий сержант. Низкорослые желтолицые японские солдаты разговаривали с ним, задрав голову. Меня охватило странное чувство — будто все происходящее нереально…

Какая дикость! Америка, разорвавшая дипломатические отношения с Японией, командует японскими войсками!

Впрочем, наше правительство, подписывая знаменитый договор о безопасности, должно было предвидеть такую возможность.

Я потихоньку отошел от зарослей и начал спускаться с холма по узкой тропинке. Но не успел я сделать и пяти шагов, как чья-то рука крепко схватила меня за шиворот.

— Давненько мы вас ждем… — сказал голос с сильным американским акцентом.

Передо мной вырос человек в штатском с низко надвинутой на глаза шляпой.

— Наши люди в замке сообщили, что вслед за Гоэмоном исчезли вы, — продолжал он, дохнув на меня сырным запахом.

— Ладно, пошли, поехали, — сказал второй, державший меня за шиворот. — Поехали к твоему дружку Гоэмону…

Он ужасно гундосил и почему-то все время подмигивал.

Омерзительные типы! И этот гундосый, и «шляпа»!

Я и охнуть не успел, как они затолкали меня в чрево огромной машины.

Но водитель вдруг начал чертыхаться. Мотор никак не заводился.

Смерть нефти

Все, кто был в машине, выскочили наружу, оставив меня одного. Я-то думал — из-за мотора, но, когда в ветровое стекло попал камень, понял, в чем дело. Начался бой. Гундосый тут же вернулся и выволок меня из машины, Но кто-то треснул его дубинкой по голове, и он рухнул на землю с раскроенным черепом. Я бросился в кусты.

Тут бы мне и удрать. Но я, как последний идиот, увлекся развернувшейся перед моими глазами батальной сценой. Привалившись спиной к дереву и разинув рот, я смотрел, забыв обо всем на свете.

Очевидно, это было еще не сражение, а стычка передовых отрядов. Десятка два здоровенных парней, похожих на боксеров-тяжеловесов, дрались не на жизнь, а на смерть. В воздухе мелькали дубинки, мешки с песком и дробью, сверкали охотничьи ножи, свистели цепи с тяжелыми гирями на конце.

Звериное рычание, стоны, дикие выкрики, громкий хруст ломающихся костей. Я никогда еще не слышал, как хрустят человеческие кости, мне стало нехорошо. Все кусты вокруг были забрызганы кровью. Люди падали один за другим, искалеченные до неузнаваемости.

Я опустился на колени. К горлу подступила тошнота.

Но вдруг меня подхватили с обеих сторон, и я повис в воздухе, даже не вытянув ног. Пахнуло потом и кровью. Это были не те парни, которые затащили меня в машину. Меня поволокли к опушке леса у подножия холма.

За моей спиной все еще продолжалась драка.

В тени деревьев стояли две огромные машины. Около них несколько мужчин.

— Ну как, расправились с этими бандитами? — спросил один из них по-английски.

— Еще не совсем, — ответили мои носильщики, швырнув меня на землю. — Ладно, мы пошли заканчивать.

Они побежали вверх по крутому склону.

— Тода-сан, — сказал высокий мужчина по-японски, — поехали. Вы ведь знаете, где Гоэмон?

Где-то я уже видел эту отвратительную рожу. А когда за плечом высокого показалась знакомая фигура, я только ахнул.

На меня пристально смотрел бывший директор по планированию фирмы «Универсал» господин Асивара. А высокий был тот самый, который ударил меня по голове «Черным Джеком», когда мы с Гоэмоном ехали в Хаконэ.

— Тода, — сказал Асивара, сверкнув глазами, — надо немедленно разыскать это чудовище и принять соответствующие меры. Он и Дайдзо Тамура нарушили мир на земле.

— Вы бы хоть постеснялись произносить это слово — мир! — Я вдруг ужасно разозлился. — Скажите лучше, сколько получили за верную службу от ЦРУ? Мир… Да как вы смеете! Гитлер тоже сулил народам мир, когда завоюет Европу. Очень нужен такой мир, политый кровью…

— Помалкивай: лучше, — сказал высокий. — Жаль, нет времени, а то бы я раскроил тебе черепушку… Нам необходим Гоэмон. Необходим, чтобы сохранить мир на земле.

— А я считаю, пусть он лучше будет у Тамуры, чем у таких, как вы, — крикнул я, задыхаясь от ярости. — Вам только дай Гоэмона, вы таких дел натворите! Впрочем, куда вам с ним справиться, вот и Тамура не справился…

— Ты знаешь, что это такое? — высокий сунул мне под нос какой-то странный предмет.

При ближайшем рассмотрении он оказался не странным, а страшным: палка с толстой цепью, на конце цепи ощетинившийся колючками шарик размером с теннисный мяч.

— Это европейское средневековое оружие. Называется «утренняя звезда», — высокий ухмыльнулся. — Ничего, обойдемся и без пистолетов. Наши предки оставили нам неплохое наследство. Стукнем разок по твоей башке этой игрушкой, и черепушка лопнет как переспелый арбуз. Ну, скажешь, где Гоэмон?