Бессмертие для избранных - Макинтош Джон Т. - Страница 9

- Нет. Ни за что.

Бенни тяжело вздохнул. Он чувствовал приближение беды, и нужно было что-то немедленно предпринять. «Ты же. всегда мог так легко расставаться с женщинами, Бенни», - подумал он.

- Марита, - начал он нежным, проникновенным голосом. - Ты же знаешь, что я тебя не люблю.

- Нет, этого не может быть. Ты единственный в мире человек, о котором я мечтала и которого я люблю, поэтому ты просто врешь, ты не можешь меня не любить.

- Ты слишком молода, чтобы говорить такие вещи. Я старше тебя в четыре раза и повидал больше, чем ты.

- Бенни, почему ты молчишь все время? Может, я могу тебе чем-то помочь? Что мне сделать Для тебя?

- Я тебе уже говорил. Отправляйся домой. Тогда, может, у меня и появится шанс.

- Зачем ты так говоришь? Что я тебе сделала?

- Этот детектив, которого ты наняла, знает, что я был в Майами. Если они начнут искать меня, то обязательно найдут. Вскоре они обнаружат, что ты тоже направилась в Майами. Они начнут искать тебя, а найдут меня.

- Но мы же уехали из Майами!

- Да, но если они будут искать нас серьезно, то обязательно найдут и здесь. А если мы попытаемся воспользоваться самолетом, автобусом или поездом, то это произойдет еще раньше.

- Бенни, какое преступление ты мог совершить? Что тебя ждет, если ты попадешь в руки полиции?

- Смерть, - совершенно спокойно ответил Бенни.

От этих слов у Мариты перехватило дыхание. Ей хотелось заплакать, но она так давно этого не Делала, что просто разучилась.

- Я еще люблю жизнь, - вздохнул Бенни. - Я стар, но здоров. Если бы они оставили меня в покое, я смог бы прожить еще лет двадцать, а может, и все тридцать. Я, наверное, смогу пережить и тебя, Марита, если меня не будут преследовать. Либо я буду стареть душой и телом, либо буду сражаться. Я дам тебе уйти, а сам найду другое убежище.

- Но ты ведь этого не сделаешь? Обещай мне! Он только отрицательно покачал головой.

- Я не могу этого тебе обещать, Марита. Я должен продолжать драться, и как только наберусь сил и энергии, я продолжу борьбу с ними. Я еще могу их победить…

Вдруг чья-то рука легла ему на плечо. Марита вскрикнула, и вместе с ее криком раздался голос:

- Бенджамин Райс, я обвиняю вас в убийстве Ральфа Чарльза Колмена.

Бенни оглянулся. Улыбка застыла на его лице.

- Позвольте вам заметить, мистер Райс, - холодно сказал незнакомец, - что подобное поведение не улучшит вашего положения. Меня зовут Кенсел. Я приглашен быть вашим адвокатом, и я сделаю все, что от меня зависит, как бы вы меня не оскорбляли.

- Да, вы все стерпите, - сказал Бенни. - Вы даже готовы принять в качестве гонорара деньги, заработанные проституткой.

Кенсел тяжело задышал.

- Принимая во внимание отношение к вам мисс Герберт, могу заметить, что последняя реплика не делает вам чести. Она еще раз показывает, как далеко вы зашли в своей моральной деградации.

- Я сказал правду.

Кенсел перенес и эту оплеуху.

- Райс, неужели вы не видите, что эта девушка любит вас, - сказал адвокат, с усилием выдавливая слова и заливаясь краской показного смущения.

- Мне не дадут забыть это, - ответил Бенни.

Он продолжал бороться. Бежать было поздно, и у него ничего не оставалось в резерве, кроме собственного ума и сообразительности. Сначала нужно побыстрее избавиться от этого адвоката.

- Марита Герберт - самая прекрасная женщина, которую я когда-либо знал, - продолжал Кенсел. - Я до сих пор не понимаю, как она может оставаться преданной такому человеку, как вы. И если она еще с вами, я попытаюсь поверить в то, что в вашей душе осталась хоть капля доброты.

- Великодушно с вашей стороны, - заметил Бенни. - А вообще, Кенсел, я не нуждаюсь в ваших услугах. Я собираюсь полностью признать свою вину и даже явиться с повинной.

- Это вам уже не удасться.

- Тогда я буду защищаться сам.

- Это ваше право.

- Почему бы тогда вам не убраться прочь?

- Повторяю, что ради мисс Герберт я сделаю для вас все, что в моих силах. Думаю, вы отправитесь в газовую камеру, но я все же попытаюсь принять меры, чтобы до этого не дошло.

Бенни молчал, обдумывая свои действия. Ему явно не везло, Марита неплохо повлияла на Кенсела. Если она и не склонила его на сторону Бенни, то, по крайней мере, заполучила на свою.

- Уж если говорить без обиняков, - сказал адвокат, раздувая свои ярко-розовые щеки, - то я бы хотел добавить кое-что к вышесказанному. Двадцать лет назад вы убили человека по имени Ральф Чарльз Колмен невероятно жестоким способом, и мне очень жаль, что я не могу выступить в роли прокурора. Вы прекрасно осознавали, что делаете. За какие-то три тысячи долларов вы убили величайшего человека современности.

- Он был старый осел, - огрызнулся Бенни.

- Самый крупный специалист в мире по борьбе с малярией… Человек, который мог бы, как никто другой, заботиться о спасении человеческих жизней…

- Они не могут ничего доказать. Вы это прекрасно знаете, - заметил Бенни.

- Как раз наоборот, у них есть гораздо больше оснований для оптимизма, чем вы думаете. В свое время, расследуя самоубийство Колмена, полиция ничего не обнаружила, но последние исследования показали с полной очевидностью, что сначала он упал на пол, и только затем был произведен выстрел. В этом нет никакого сомнения, и от улик вам не открутиться. Вы не сможете доказать свою невиновность.

- Почему я должен что-то доказывать?

- Потому что, если вы этого не сделаете, вас признают виновным. Как может человек сначала упасть, а потом застрелиться?

Бенни пожал плечами:

- Наверное, он встал, застрелился, а потом шлепнулся на пол.

- Нет. Исследования в комнате Колмена, в которой, к счастью, с тех пор никто не жил, показали, что произошло только одно падение. А затем его застрелили. Лежа на полу, он никак не мог сделать это сам.

«Конечно, не мог, - думал про себя Бенни. - Это сделал я. Интересно, почему они так уверены в своей правоте? Они ведь так и не нашли дюжину мелких улик, которые были бы куда нагляднее и важней. Не так уж непогрешимы полицейские методы. Двадцать лет они тешили себя одной ложью, теперь - поверили в другую. Может, лет через двадцать им и удастся узнать правду».

Тюремщик, подойдя к двери камеры, сказал:

- Райс, тебя хочет видеть мисс Герберт.

- Может, вы оставите нас, - обратился к адвокату Бенни.

Бенни не мог быть жестоким с Маритой, и, если Кенсел увидит, как он ведет себя на свидании, то сможет догадаться о его намерениях.

- Мисс Герберт пожелала, чтобы я остался. Она хочет говорить с Вами в моем присутствии.

Марита осветила камеру, будто солнечным лучом. Что-то опять надломилось в душе Бенни. Что будет, то будет. Все равно, как видно, он не избавится от этого адвокатишки.

Бенни взял ее за руки. Стоявший рядом Кенсел был поражен изменениями, происшедшими с Бенни.

- Три четверти прессы на твоей стороне, - радостно сообщила Марита. - Все твердят, что тебе за сто, и ты давно перестал быть опасным. За последние двадцать лет ты не совершил ни одного преступления. Бенни, я до сих пор не могу поверить. Неужели ты убил человека? Ты не мог этого сделать!

- Но я сделал это, - спокойно ответил Райс. - Я очень рад, что ты здесь. Я тут пытаюсь возбудить у Кенсела ненависть ко мне, чтобы он отказался защищать меня. Но он никак не поддается. Давай тогда попробуем предпринять что-нибудь другое. Скажи, ты можешь выполнить одну мою просьбу?

- Да, конечно.

- Я хочу умереть.

- Нет, - вскрикнула Марита.

Кенсел озабоченно смотрел на Бенни, думая о том, как быстро меняется настроение у старика. Сейчас он был сама нежность и доброта.

- Ты не можешь этого сделать, - убежденно произнесла Марита. - Ты должен жить! Ты ведь любил жизнь до сих пор!

- Да, - согласился он, - но если мне разрешат жить на свободе. Марита, ты ведь знаешь, что меня не оправдают. Если полиция начала копаться в предыдущей жизни Бенни Райса, он - конченый человек. Они проследили всю мою жизнь с того момента, как я стал администратором у Колмена, и заново расследовали его самоубийство. Двадцать лет назад Колмен написал несколько писем и позвонил нескольким своим друзьям. У тех создалось впечатление, что он собирается покончить жизнь самоубийством. А так как я это знал, мне нетрудно было направить расследование в нужное русло. Могли я знать тогда, что будут изобретены все эти фиксаторы резонансов, с помощью которых и через двадцать лет можно восстановить кое-что из того, что случилось?