Адвокат Казановы - Борохова Наталья Евгеньевна - Страница 52

Кабинеты юридической консультации опустели. Адвокаты разбежались по домам, оставив в мусорных корзинах пустые бутылки от шампанского, конфетные обертки вперемешку с апельсиновыми корками. Предпраздничная суета выплеснулась на улицы, наполняя город нетерпеливыми сигналами машин и километровыми пробками.

Дубровской также неплохо было бы поспешить. Она осталась в консультации совсем одна. Смеркалось. В углах помещения сгущался сумрак. Становилось страшновато.

Лиза взяла было с собой букет гвоздик, но головки цветов поникли, не выдержав железной хватки Потапова. Не хватало еще попасться с таким «подарком» на глаза любимой свекрови, которая не преминет заметить, что в нормальных юридических фирмах благодарность клиентов исчисляется не чахлой растительностью, а хрустящими банкнотами, запечатанными в аккуратные конвертики и перевязанные алой тесемкой. И коли уж Елизавете так нравится заниматься благотворительностью – дело, конечно, ее, но как жалко, что она растрачивает молодость и талант, защищая тех, от которых и благодарности не дождешься… И далее в таком же духе.

Дубровская вздохнула и потушила настольную лампу, потом обошла соседние кабинеты, проверяя, все ли в порядке. Откуда-то потянуло сквозняком, обход пришлось повторить еще раз. Где-то скрипнула половица. Лиза вздрогнула, помянув недобрым словом строителей, застеливших линолеумом плохо сбитый пол. Помещение, такое знакомое днем, наполненное деловой суетой, телефонными звонками, шарканьем десятков ног, стало угрюмым и неприветливым вечером, и у Дубровской не было охоты провести в нем лишних пять минут.

Она решительно сняла со спинки стула сумку и развернулась к выходу. Но путь на улицу оказался отрезанным – проем двери заслонила знакомая широкоплечая мужская фигура. Это был Дмитрий Серебров. Он все-таки нашел ее…

Лиза сделала несколько шагов назад. У нее возникло инстинктивное желание бежать, спрятаться от опасности, основанное скорее на страхе, чем на разумном расчете. Бежать все равно было некуда. Она была в тупике.

Дубровская бросила отчаянный взгляд в сторону окна. Но его, как водится, оснастили крепкой металлической решеткой, что лишало ее даже иллюзии на спасение. На улице тем временем пошел снег. Он падал белыми хлопьями нарядно, как-то по-новогоднему, пряча под собой серую весеннюю неприбранность тротуаров. Елизавета подивилась своей способности замечать красоту природы тогда, когда ей следовало бы думать о собственной безопасности.

Она схватила телефон в тщетной надежде успеть набрать номер. Но куда она собиралась звонить? В милицию? Андрею? Серебров оказался рядом в мгновение ока. Секунда, и блестящий корпус уже утонул в кармане его дубленки.

– Не делайте глупостей, Елизавета Германовна! – последовал негромкий совет.

Дубровская услышала в нем угрозу.

– Что вам нужно? – спросила она, памятуя о том, что с преступником нужно попробовать установить словесный контакт. Во-первых, чтобы выиграть время, за которое может подоспеть помощь. Во-вторых, как способ воздействия на него. В конце концов, самый закоренелый негодяй прежде всего человек, способный не только на безумства, но иногда и на сострадание. – Зачем вы пришли?

Ее голос звучал отвратительно трусливо.

– Я пришел к своему адвокату, – проговорил Серебров. – Вы когда-то говорили мне, что по закону я имею право на защиту без ограничения числа свиданий и их продолжительности.

– Стойте на месте! – потребовала Лиза. – А не то я буду кричать!

– Можете кричать, вас все равно никто не услышит, – усмехнулся Дмитрий. – Только зачем вам кричать?

– Предупреждаю сразу, – нервно заявила Дубровская. – Сейчас сюда зайдет мой охранник Михаил Иванович, и вам не поздоровится.

Серебров криво усмехнулся:

– Старый мухомор как раз потопал в киоск за сигаретами. Не думаю, что он вернется прямо сейчас.

Дубровская прикусила язык. Действительно, дядя Миша был заядлым курильщиком, преданным только одной марке сигарет. И если он не найдет в ближайшем киоске заветную пачку, то ждать его придется долго. Он наверняка направится в супермаркет, где застрянет еще на четверть часа. Проклятье!

– Что вам нужно? – повторила вопрос Лиза, огорчаясь тому, что в самые ответственные моменты жизни у нее вдруг иссякает фантазия.

– А вы как думаете? – спросил Серебров.

– Я не знаю, – ответила Лиза. – Но ваш визит мне не нравится.

– А я полагаю, что знаете, – заявил вдруг Дмитрий. – Вы думаете, что я пришел расправиться с вами, поэтому и кричите как сумасшедшая.

– Ничего подобного! – В ее голосе не прозвучало уверенности.

– Не лгите, – усмехнулся он, указывая в сторону зеркала. – Взгляните на себя. Вы точно увидели привидение.

Дубровской хватило одного мимолетного взгляда, брошенного на свое отражение, чтобы понять его правоту. На неестественно бледном лице застыла гримаса насмерть перепуганного человека. В общем, зрелище было не самое приятное. Страх страхом, но и в последние мгновения уходящей жизни нужно сохранять достоинство и красоту.

– А как я должна, по-вашему, смотреть на человека, убившего двух женщин? – ощетинилась Дубровская и тотчас же о своих словах пожалела. Она выбрала неверное место и время для своих обвинений. А если Серебров обозлится?

Но Дмитрий в ответ только фыркнул.

– Чепуха! Уж вы-то знаете, что я не убивал Ингу. Вы же сами говорили, что доверяете мне и верите в мою невиновность, – напомнил он события давно минувших дней.

Если бы Дубровской не было так страшно, она непременно бы расхохоталась. Нужно быть непроходимым тупицей, чтобы верить всему тому, что говорит адвокат! Мало ли, о чем она вела речь, навещая его в следственном изоляторе. Есть адвокатская тактика и этика, в конце концов! Если клиент настаивает на своей невиновности, она не имеет права доказывать ему обратное. С этим отлично справится прокурор. Но Дмитрий Серебров подобных хитростей, безусловно, не знал и искренне верил в то, что сумел провести адвоката хлопаньем своих длинных ресниц и нескладными присказками из своей семейной жизни.

– Кстати, я не понимаю, почему вы говорите о каких-то двух женщинах, – неожиданно опомнился он. – Органы вменяли мне в вину только убийство моей супруги. Неужели я что-то упустил?

– Теперь они думают, что вы расправились еще и с Малининой, – проговорила Лиза с опаской. Может, ей не стоило быть такой болтливой?

Лицо Сереброва помрачнело. Он стукнул ребром ладони по косяку.

– Как по-дурацки все вышло! – воскликнул он. – Ну, конечно, теперь они будут думать, что ее смерть – дело моих рук. Хватило же у меня ума заявиться к ней в тот самый день, когда я сбежал из изолятора.

– Ее убили в тот же день, поздно вечером, – напомнила Лиза. – Странно, правда?

– Да совпадение же! – вскричал он. – Но вы-то мне верите, правда?

Дубровская попыталась изобразить на лице искреннее сочувствие, но, по всей видимости, не особо преуспела по части лицедейства. Серебров взорвался.

– Что? И вы считаете, что я убил Малинину?

– Нет-нет, – поспешно проговорила Лиза. – Я так не считаю. Кроме всего, она была пренеприятной особой. И причинила вам немало зла. Вас можно было бы понять. Сильное душевное волнение, трудно сохранить спокойствие, и все такое…

– Да, но мне вовсе не нужно было ее убивать! – возмутился он. – Я только хотел добраться до истины – узнать, зачем она оболгала меня в суде. Я был наивен, понимаю. Но с кем я мог поговорить, если не с ней? Уверен, она бы сказала мне правду.

– Так она все-таки объяснила вам, какая муха ее укусила в суде?

Страх уступил место обычному женскому любопытству.

– Я не видел ее, – горячо заверил ее Дмитрий. – Я ждал ее в квартире, потом принялся бродить возле дома.

– Там вас и видели. Подруга Малининой дала показания, что вы целый день провели на детской площадке, сидели на лавочке, прятались в кустах, выслеживая Нору.

– Да, но все без толку! Она так и не появилась. О том, что случилось с Малининой, я узнал от одной знакомой… от проститутки.