Огонь желания - Грант Анна - Страница 35

Адам схватил поводья Барона, рванувшегося назад при звуке выстрела, и, изловчившись, ударил по крупу лошади. Тем временем Хокинс уже направил своего коня вперед.

Когда испуганные лошади понеслись по крутому спуску вниз к Карриону, Дьюард, обернувшись увидел за стволом дуба какое-то шевеление. Не дожидаясь последствий, он натянул повод мула и поспешил вслед за остальными.

Хокинс и Каролина были уже в реке. Адам тоже вошел в воду и очень скоро почувствовал, что дно резко ушло вглубь. Барон, погрузившись, поплыл, отчаянно борясь со стихией, грозившей поглотить животное разом с седоком.

Положившись на волю коня и Бога, Дьюард старался не упускать из вида мула, которого крепко держал за поводья. Драгоценный провиант, привязанный к спине животного, краями касался воды, так как мул тоже плыл, высоко задрав морду над бурным пенящимся потоком.

Адам оглянулся на берег, проверил, нет ли погони, и вдруг услышал истошный крик Каролины.

Он чуть из седла не выпал. Кровь застыла в его жилах от ужаса, сделавшись холоднее ледяной воды, бурлившей вокруг.

Буланая лошадь по-прежнему плыла, но уже без седока. А чуть поодаль, ниже по течению, там, где река огибала выступавшие из воды камни, мелькнули светлые волосы Каролины и ее пальто, черным пятном выделявшееся на фоне мутного потока, норовившего поглотить бедную женщину, изо всех сил пытавшуюся остаться на плаву.

Дьюард бросил поводья мула и прыгнул в ледяную воду. Плащ и ботинки мешали ему плыть, но зато течение помогало. Оно само принесло бы его к тонувшей женщине, если бы Адам сумел удержаться на поверхности, а это оказалось не такой уж простой задачей.

Каролина же попала в водоворот, который не давал ей возможности плыть дальше. Она изо всех сил пыталась вырваться из объятий кружащейся воды, чтобы направиться к противоположному берегу, но ее движения сдерживались тяжелым пальто, и вода мотала бедную женщину из стороны в сторону, как одинокий беспомощный лист.

– Держись! – крикнул ей Дьюард и тут же сообразил, что лучше будет поберечь драгоценное дыхание.

Тем более, что вряд ли Каролина могла его слышать. Ее пальто, набрякшее от воды, настойчиво тянуло жертву вниз. Господи, ну еще немного! Помоги ей продержаться!

Адам снова услышал вопль несчастной женщины и увидел, как ее затянуло в самую середину водоворота. Теперь виднелись только ее волосы. Мужчина вдруг ощутил прилив новых сил, невесть откуда взявшихся.

Нырнув в пасть водоворота, Дьюард каким-то образом изловчился и ухватил Каролину за ворот пальто, затем отыскал локоть и вытащил ее на поверхность. Она захлебывалась, кашляла и выплевывала воду. Адама, опасавшегося, что тонущая потеряла сознание, эти звуки ужасно обрадовали и придали новых сил. Он притянул ее к себе, и пальцы женщины мертвой хваткой вцепились в его плечо.

Ее цепкое объятие грозило утопить их обоих. Юбка и полы ее пальто путались в ногах Адама, а ее волосы липли к его лицу, закрывая ему то глаза, то рот, ослепляя и мешая дышать.

Вокруг бурлила река, а в висках Дьюарда молотком стучал пульс. Когда его зрение, наконец, прояснилось, он увидел Хокинса, который, стоя на каменистом берегу, протягивал ему толстый сук.

Выпутавшись из складок мокрых одежд, Адам начал изо всех сил грести к спасительному берегу. Каролина тоже гребла одной рукой, а другой держалась за своего спасителя. Подплыв, наконец, к суку, Дьюард попытался схватиться за него, но его замерзшие пальцы отказывались повиноваться. Наполненные водой ботинки казались тяжелыми гирями, привязанными к ногам. Силы были на исходе. Казалось, еще немного, и он не сможет больше сопротивляться.

Собрав всю свою волю, он ухватился за шершавое дерево, и Хокинс начал потихоньку вытаскивать друга на берег. Наконец ноги Дьюарда почувствовали дно. Толкнув Каролину вперед себя, он, словно сквозь дымную завесу, увидел, как Хокинс вытащил ее из воды. Тогда, встав на четвереньки, Адам пополз следом, не чувствуя собственных рук. И вот, подхваченный приятелем под мышки, он выбрался на берег.

Холодный воздух, словно острыми иглами, пронзил мокрое тело. Чтобы не думать о холоде, сковавшем его с головы до ног, Дьюард постарался сосредоточиться на том, что происходило вокруг него. Каролина сидела там, где ее оставил Хокинс и, всхлипывая, стучала зубами.

Эмили подбежала к матери и обхватила ее ручонками за шею.

– Все обошлось, керида, – произнесла женщина дрожащим голосом. – Со мной все в порядке.

Лошади Каролины и Хокинса стояли на берегу. Барон тоже присоединился к ним, но мул, с привязанными к его спине бесценными одеялами, только что достиг берега. Судя по всему, эта нескончаемая борьба со стихиями воды, холода и страха продлилась каких-то несколько минут.

– Выведи мула из воды, – велел Хокинсу Адам, стаскивая с себя мокрый плащ, и бросил взгляд на противоположный берег, где совсем недавно раздавались выстрелы.

Там, над обрывом, где возвышались рослые дубы, если что-то и шевелилось, то лишь колышущиеся под порывами ветра голые ветки. И все же не следовало более испытывать судьбу. На каменистом берегу, где они теперь находились, тоже росло несколько молодых дубков, за которыми тоже вполне можно было укрыться.

– Пойдемте за деревья, – сказал он, обращаясь к Каролине и помогая ей встать на ноги. – Быть может, наши недруги не все патроны израсходовали.

Она молча кивнула и подала ему холодную, дрожащую руку. Адам едва удержался, чтобы не обнять женщину, не высказать ей все, что таилось у него в душе. Но чувство самосохранения одержало верх.

Оставив Каролину, он отправился к Хокинсу, возившемуся с мулом, который устав и замерзнув, не желал слушаться. В ботинках Дьюарда хлюпала вода, но вылить ее не было времени. Вместе с Хокинсом они отвели мула к деревьям, а затем перевели туда и остальных животных.

Потом Адам снова оглядел противоположный берег, но опять же не заметил ничего подозрительного.

– Скорее всего, бандиты решили не тратить на нас время, – сказал Хокинс.

– И слава Богу! – отозвался Дьюард. – Они запросто могли перестрелять нас в реке.