Огонь желания - Грант Анна - Страница 11

Каролина сказала себе, что предстоит рискованная игра, от успеха которой зависит жизнь Эмили и ее собственная, и в этой игре не было места для страсти. Адам крепко держал ее за плечи – офицер, ласкающий свою любовницу-крестьянку – и в его объятиях не было ничего похожего на те нежные прикосновения, когда-то так возбуждавшие ее. Не очень-то хотелось смотреть ему в глаза, но она понимала, что делать это придется, иначе весь розыгрыш окажется неубедительным. Когда его пальцы коснулись ее шеи, она подняла голову и заглянула ему в глаза.

Его взгляд был такой же холодный и бесстрастный, как и прикосновения его рук, но неожиданно выражение лица мужчины изменилось, в нем появилось какое-то страдальческое выражение. Несколько мгновений Адам смотрел на нее сверху вниз. Затем очень медленно поднял руку и провел пальцами по ее шее, затем по подбородку. Пальцы его были шершавыми и грубыми, но их прикосновение оказалось на удивление нежным.

Несколько новых выстрелов, прозвучавших с улицы, нарушили минуту гармонии. Рука Адама скользнула Каролине под платье и замерла на ее груди. Женщина вздрогнула от неожиданной интимности его прикосновения.

Дверь с грохотом распахнулась.

Прижавшись лицом к мягкой ткани рубашки Адама, Каролина не могла ничего видеть, но она услышала грубый хохот и французскую речь. О смысле сказанного она могла только догадаться, так как эти слова не были похожи на те, которым когда-то учила гувернантка.

– Я полагаю, – подняв голову, заговорил Адам по-французски, – что прежде, чем войти к старшему офицеру, надо постучать.

Послышался удивленный вздох, и за мгновением тишины последовал осторожный вопрос:

– Сэр?

– Я – капитан Сен-Жюст из девяносто пятого полка. Могу я знать, кто вы такой? – холодно произнес Адам.

– Лакло, мсье. Гвардеец…

– В чем там дело?! – вскричал другой, более грубый голос, сопровождающийся тяжелым стуком сапог.

– Мсье говорит, что он – капитан, – объяснил Лакло. – Капитан Сен-Жюст из девяносто пятого.

– Он так говорит? – хлопнула дверь, и уличный шум умолк. – А могу я спросить, что вы здесь делаете без мундира… мсье? – настойчиво потребовал второй мужчина.

Адам крепко стиснул плечо Каролины.

– Мне поручено одно важное задание, которое целесообразно выполнять без мундира. Полагаю, мне не следует объяснять суть задания.

Лакло затаил дыхание, но его приятель подавился смешком, показавшимся Каролине отвратительным.

– О каком таком задании вы говорите, капитан? – спросил второй француз. – Вероятно, оно заключается в поиске местных проституток?

– Газен, – пробормотал Лакло, переминаясь с ноги на ногу, – наверное, нам следует…

– Заткнись! – оборвал его Газен. – Кто из нас старший? – голос его вдруг стал язвительным. – А она совсем не похожа на испанку!

Адам надеялся, что лицо Каролины спрятано на его груди, но он ошибся.

– Конечно не похожа, – произнесла она по-французски, обернувшись к визитерам и давая понять всем своим видом, что одно такое предположение оскорбительно для нее. – Я англичанка, и, разумеется, я не родилась в такой дыре, как эта!

Эти слова озадачили обоих французов. И пока они в нерешительности топтались на месте, Каролина успела рассмотреть их. Лакло, высокий и темноволосый, на вид имел не более двадцати лет. Газен казался лет на пять старше, он был низкорослый, плотного телосложения, редковолосый, с лицом, покрытым колючей щетиной. Оба были одеты в бело-зеленые солдатские мундиры, грязные и потертые. Потрепанный кивер болтался на голове Лакло, а Газен и вовсе был без головного убора, но зато в его правой руке имелся пистолет.

Первым заговорил Газен.

– Ага! – удовлетворенно произнес он. – Я так и думал. А как тогда обстоит дело с ним? – он указал пистолетом в сторону Адама. – Он тоже англичанин? Если ты не хочешь неприятностей, женщина, то скажешь нам правду!

– Англичанин? – Каролина удивленно рассмеялась. – Вы, наверное, шутите, мсье. Разве он похож на англичанина? Или его речь звучит, как английская?

Адам взял Каролину за талию, привлек к себе и сказал:

– Неужели вам не понять, что нас нужно оставить в покое? Если вы не хотите неприятностей, то советую вам поскорее покинуть деревню. И чем быстрее, тем лучше! О любых беспорядках я без замедления доложу адъютанту генерала Вилата, полковнику Леко, моему давнему и очень хорошему приятелю.

Лакло поежился и направился было к выходу, но Газен преградил ему дорогу.

– Нет уж, никто пока что никуда не пойдет! – Он снова помахал в воздухе пистолетом. Судя по всему он был крепко пьян, потому что даже с такого расстояния Каролина слышала, как от него разило спиртным. – Полагаю, леди должна нам сказать, что делает англичанка в тылу врага?

Он уперся плечом о дверной косяк.

Женщина почувствовала, как участился пульс Адама. Он хотел ответить на это требование, но, видимо, понимал, что своими словами только больше разозлит Газена.

– Пожалуйста, если вам это так уж необходимо! – Каролина с достоинством вскинула голову. – Как многие жены офицеров, я последовала туда, где был расквартирован мой муж. После того, как мой муж погиб под Бургосом, я… – она игриво взглянула на Адама, – я нашла себе другого защитника.

– Не дури, Газен, – пробормотал Лакло. – Пошли…

– Нет, я сказал! – упрямо воскликнул тот и с вызовом взглянул на Адама. – Похвально с вашей стороны, что вы утешаете убитую горем леди, капитан, однако довольно странно, что французский офицер развлекается именно здесь и именно с ней. Или вам не достаточно шлюх в Бургосе и Паленсии? Да и обстановка там поприличнее!

– Верно, – согласился Адам. – Но у моей дамы больше достоинств.

– В самом деле?

Газен с интересом уставился на Каролину, оглядывая ее с головы до ног, словно женщина стояла перед ним абсолютно голая.

Она спросила себя, слышит ли ее дочь этот разговор, но к счастью, Эмили не понимала по-французски, хотя тон разговора мог не на шутку напугать ребенка. Оставалось только Бога благодарить, что рядом с девочкой в это время находился Хокинс.

– Но это вас не касается! – заявил Адам. – Я уже говорил, что полковник Леко – мой друг, и что лучше бы вам убраться отсюда поскорее.