Гаремник. Дилогия (СИ) - Поселягин Владимир Геннадьевич - Страница 28

Вот так двигаясь впереди, пока перрон пустой, только начали пассажиры покидать, дошёл до стоянок возниц и машин такси, успел первым сесть в лимузин «ЗИС», говоря водителю:

— Побыстрее к зданию Санитарного Управления.

— Погоди, сейчас ещё пассажиров наберём.

— Мне начхать что ты там набрать собираешься. Едем немедленно.

— Я тогда вообще не повезу, — разозлился тот.

Покинув машину, дошёл до ближайшей пролётки, достав пачку денег, сразу заплатил тому. Без проблем, в одиночестве покатил к Управлению. Переплатил раза в пять, зато никто не раздражает. Ха, забавная рожа у таксиста, как его перекосило от вида денег, что не ему ушли. Ну и поделом. Доехали быстро, так что прошёл внутрь. А уже служба шла, рабочее время, так что занял очередь в нужный кабинет, дежурный его сообщил. А там полковник, сразу выдал направление.

— Вы направляетесь на дальнейшую службу в Московский коммунистический военный госпиталь номер Триста Девяносто Три.

— Я полевой хирург. Почему туда? — прямо спросил я у полковника.

Это был госпиталь имени Бурденко, так в будущем назовут. Я знаю, лежал там с повреждениями ног, когда штрафником отбыл срок.

— Капитан, выполняйте распоряжение, — буркнул недовольный полковник.

Ну тут ловить нечего. Это ясно, так что покинул кабинет и прогулялся по коридору. Покидать стены Управления я не торопился. Приметив местного писаря, обратился к нему, три золотых монеты ушло, червонцы царские, и у меня была нужная информация. К кому можно обратиться с нужным мне решением. Так что постучался в отдельный кабинет, там мордатый майор сидел, обложенный папками, тоже по погонам к медицине относиться. Да тут все такие эмблем носили. Тот с удивлением от папок оторвался, закопан в них был, так что подошёл, положив перед ним золотой портсигар. Вообще отцу хотел его подарить, но тут важнее. Вдруг получиться? Про такие случаи от раненых в госпитале слышал.

— Любопытно, — изучив портсигар, открыв, там были пахитоски, сказал майор. — И что вы хотите, капитан?

— Мне направление выдали, не нравиться. Я полевой хирург, первой линии, а меня в госпиталь сунули.

— Так в чём проблема? У нас хирургов на передовой постоянная нехватка.

— Полковник, с родинкой на шее, отказал.

— А, Величко, да, этот мог.

— Хотел бы куда на передовую.

— С таким понимающим офицером вопрос будет решён быстро, — изучая моё направление и документы, сказал майор, а тут поскучнел лицом, и возвращая всё, даже портсигар сказал. — Вы Караваев, слухи о вас по Управлению только и ходят. Тут даже я не помогу. Слышал о вас. Идите служить куда приказали.

— Обложили, демоны, — вздохнул я, но прибрал всё, и покинув кабинет, потом на вход.

Пролётка ожидала, я нанял возницу, велел везти обратно на Казанский вокзал. Там сканер ауру нужного мне человека не показал, посетил кассы, узнал, что на Казань поезд уже отбыл, но будет ещё три, узнав время отбытия, покатил к госпиталю. Впрочем, завернул к рынку. Место есть, уже до ста пятидесяти свободного накачалось, килограмм тридцать можно заполнить, чую скоро я снова окажусь в местах не столь отдалённых, стоит закупиться. По минимум, всё же надеюсь, что дагестанец доставит наложниц до того, как я пошлю Лебедева, или кто там меня вызвал, причём серьёзно, и успею их получить. Вещи в пролётке, возница ждал, там шинель, вещмешок и чемодан, а сам прогулялся по рядам. Купил тазик, и мне его помыли, в тазик до полного грибы. Причём, также маслом и лучком кольцами заправили. Плюс в оба трофейные котелка ещё, новый и старый, но тут уже сам заправил, да сметаной. Мне один сибиряк такой рецепт подсказал, у них так делают, попробовал, а вкусно. Хлеб покупал, разные вкусности, остальное уже было. Сушёной рыбы купил, и там по мелочи, включая шесть банок с вареньем, и немного чайной заварки. Еле нашёл хороший чай. Вот так вернувшись, на тридцать кило заполнил, как и хотел, и велел везти в госпиталь. По прибытию, расплатился, отпустив того и с вещами через центральный вход, внутрь. Кстати, народу тут хватало, инвалидов тоже, в глаза бросались, некоторые провожали меня внимательными взглядами. Дежурный на входе, там стол стоял, как получил моё направление, радостно воскликнул:

— Ну наконец-то, с утра вас ждём, товарищ капитан. Сейчас оформляться, это административное крыло, второй этаж от лестницы направо. Там всё объяснят и подскажут.

Молча кивнув лейтенанту, тот кстати не медик, эмблемы общевойсковые, видимо охрана, и дальше по маршруту, который мне дали, до нужных кабинетов. С интересом меня разглядывая, тут много женщин шастало из кабинета в кабинет, все на меня глазели, быстро оформили. Я за этим с откровенной скукой наблюдал. Выдали квиток на заселение в офицерское общежитие при госпитале, и оформлено удостоверение, плюс бумагу, что позволяла мне посещать разные закрытые сектора. Это ещё что за сектора такие закрытые? Впрочем, не важно, сопровождающий отвёл в общежитие. А тут рядом, через служебный выход покинули, с другой стороны. Сопровождающий всё соловьём заливался, военные инвалиды постоянно тут мелькают, всё уговаривают и им такие операции сделать, они почему-то уверены, что это все врачи умеют. Слушал в пол уха, не более. Дальше комендант общежития заселил в двухместную комнату. Вторая койка занята. Половина места в шкафу тоже, так что разложил вещи, повесил шинель, скоро осень, завтра первое сентября, сегодня у нас вторник тридцать первого, а дальше с сопровождающим, тот ждал, уже повели в здание госпиталя, куда-то в другое крыло. А там пропустили в кабинет. Из-за стола встал представительного вид мужчина, это не Лебедев и не Кац-Виноградов, но лицо знакомо, кажется видел в медицинском справочнике. Тоже какой-то член с учёной степенью. Ещё один примазаться желает. Всё что мог я уже дал, и люди Лебедева всё записали, и врачи в Казани, семеро их, получили немалый опыт работая со мной, я передал знания, пусть осваивают, чего ко мне лезут? Причём недовольства не показывал. Может это вообще левый член, с чего я на него срываться буду? Вот получу наложниц, стану белым и пушистым, а пока не трогайте злого хомяка.

Вообще проблему с женским полом я снял, у меня две медсестры в любовницах, в том госпитале где лежал. Сговорил. Снял проблему полуторагодовалого воздержания, так сказать, навёрстывал упущенное стремительными темпами. Я итак уставал, тут ещё это, потому и падал на койке и сразу засыпал. Однако и играть под дудку местных не собираюсь, не потому что недоволен или зол на них. Это за зону. Ловите ответку. Какие операции? Нет, ничего не знаю, слышал у нас в госпитале их проводили, но что и как, не в курсе. Так и буду делать удивлённое лицо. А мужчина, широко шагая, на ходу издали начал протягивать руку, говоря:

— Много о вас наслышан, товарищ Караваев. Слухи так и ходят.

— Вы о чём? — вполне пожимая тому ладонь, по-детски прятать руки за спину я не стал, так что сделал приветливое лицо и вопросительно посмотрел на того. На сгибе левого локтя была фуражка.

— Ваши операции, каждая уникальная, не побоюсь этого слова.

— А вы простите кто?

Ну судя по красным лампасам, тот явно генерал, но халат скрыл верх формы и погоны не видно.

— Табличка у входа была. Академик Вознесенский.

— Не заметил. О каких операциях идет речь?

— По приживлению конечностей.

— А я здесь причём? — сделал я недоумевающий вид.

— Вы их проводили в госпитале где лежали, — напомнил тот.

— Слышать слышал, а что я этим занимался, узнал от вас.

— Так, — потёр тот виски. — Вы капитан Караваев, сын полковника Караваева, из санаторного отдела, всё верно.

— Так и есть.

— Это же вы Хазину делали операцию, я видел фотографию.

— Ничего не знаю. Я обычный полевой хирург, из медсанбата. Очень удивлён был что меня к вам направили. Пытался изменить направление, но в Управлении настояли. Надеюсь с вами договориться.

— Так, кажется я начинаю догадываться. Я не я, и собака не моя, чтобы убыть на передовую. Нет, не сработает капитан, приказы выполнять нужно.