Пятая попытка для обреченной вдовы (СИ) - Цезарь Ника - Страница 21

– Неужели, это была изощрённая попытка кражи? – возмутился герцог, в то время как некромант не спускал с меня напряжённого взгляда. Казалось, ещё пара секунд, он поймёт, что я соврала, и заставит меня сказать правду.

– Ах!.. – выдохнула, оседая в руках галантного герцога. Мужчина предсказуемо не подвёл, как и подобает джентльмену, он подхватил меня на руки и, не обращая внимания на испепеляющий взгляд друга, понёс прочь.

Именно благодаря ему меня в кратчайшие сроки доставили домой, где ждал лекарь, кудахтала Патрисия и переживала Сюзан.

Когда он нёс меня через холл семейного особняка, я видела множество лиц, что с любопытством и сочувствием провожали меня, вот только мне на дне их глаз виделось предательство. Я не сомневалась, что у меня дома есть шпион, как и на фабрике отца. Я не знала, во что ввязалась настоящая Кристель, но такие безжалостные люди плетут прочные паутины, полностью оплетая свою жертву.

Одной мне было не выплыть, нужны верные союзники, но на кого можно положиться? Я ведь никого не знаю!

Лекарь предсказуемо назначил мне заживляющие мази и успокаивающие настойки. Раны на руках заживили и даже попытались меня усыпить, но я только сделала вид, что поддалась им. А вместо того, чтобы спать и забывать, читала и ещё раз читала, пока голова буквально не распухла от новых знаний: об устройстве этого мира, о политике, географии. К своему удивлению, я многое узнала о новом отце. Он действительно был гением, чьи разработки отличались особыми смертельными свойствами. И если «чёрная смерть» – это его новое творение, то лучше будет, если оно исчезнет, никому не доставшись. Иначе будут десятки тысяч жертв.

К утру я составила список тех, кто хотел бы заполучить «чёрную смерть». В основном это было несколько государств, конфликтовавших с Браскурией – моей нынешней родиной, хотя и просто торговцев оружием я не исключала. Глядя на свои выводы, допускала, что это всё – фантазии моего травмированного мозга, но лучше лишний раз поостеречься. Именно потому я написала записку для мужчины, которому решила довериться. Но как её доставить? Нужно было выбрать, кому доверить свою жизнь в этом доме…

– Госпожа Кристель? Неужели, вы не ложились? – Сюзан пришла на рассвете. Она тихо кралась на цыпочках, неся поднос со свежим отваром и кувшином холодной воды.

– Нет, Сюзан, – бросив взгляд на раскрытую книгу и разбросанные бумаги, я медленно собрала их в стопку, а потом, не спеша, подошла к камину. Топить летом – глупо, но и оставлять их напоказ я не стала. Пока стояла и смотрела, как пламя слизывает мои сырые теории заговора, девушка заменила кувшины и открыла тяжёлые портьеры.

– Скажи, Сюзан, я – хороший человек?

– Да, госпожа, – не задумываясь, ответила она.

– Ты так говоришь, потому что я – твоя госпожа? Поверь, за правду не накажу! – я с трепетом обернулась к ней, пристально наблюдая. Из-за решения Кристель погибли люди… так кем же она была?

– Нет. Я говорю так, потому что каждый третий вторник месяца вместе с обществом «Женский союз помощи» вы ездите к женщинам, оказавшимся в трудном положении; потому что часть своих карманных денег, что выделяет вам отец, вы переводите на благотворительность; потому что поздравляете слуг с праздниками и лично готовите подарки. Я не знаю, какие у господ требования к хорошим людям, но вас именно такой и считаю. Ради вас я готова пойти на многое, даже, если потребуется, рискну жизнью.

– Спасибо. Отнеси это послание. Только, Сюзан, сама… я доверяю только тебе. Никому не говори, куда идёшь.

– Это же?.. – удивлённо вскинула она на меня взгляд, прочитав имя адресата.

– Да. Это для него. Послание нужно доставить как можно скорее, чтобы тебя никто не видел.

– Непременно, – она решительно вскинула голову и направилась прочь, а я гадала, сколько ей понадобится для этого времени, и неспешно собиралась.

Горничная держала мою одежду в идеальном порядке, потому я быстро нашла амазонку и оделась.

Меня могли бы сжирать сомнения, но я отбросила их в сторону. Выбор сделан, и я больше на него не влияю. Когда горничная вернулась, почувствовала, как камень свалился с моей души.

– Мне велели передать, что он найдёт вас сам.

– Кто бы сомневался, – фыркнула, отдаваясь её умелым рукам. Пара штрихов, и мои волосы были собраны в аккуратную причёску, и только после этого девушка закрепила на голове маленькую шляпку с чёрной вуалью.

Я почти незаметно покинула дом, вот только Патрисия перегородила мне дорогу у самого порога. Фиолетовая амазонка подчёркивала изящные формы девушки, исходящей негодованием. А объёмная шляпа с пером только укрепляла в моей голове её схожесть с зефиркой.

– Ты больше не покинешь этот дом без меня! – подбоченившись, наседала она. – Твой папенька ни за что не заплатит мне, если ты погибнешь! Ты даже представить себе не можешь, что значит быть вдовой без гроша за душой! Так что вы, юная самодовольная госпожа Фоксгейт, от меня не избавитесь! Ты едешь в парк? Я с тобой! – решительно вскинула она голову, а я не нашлась, что сказать. С одной стороны, это не входило в мой план, с другой, наоборот, делало его более жизнеспособным.

– Благодарю, Патрисия. Рада, что ты решила составить мне компанию. Мне нужно проветриться, забыть о произошедшем, – я отвела взгляд, боясь, что она в состоянии прочесть мои негодование и жажду мести. Вместо этого я шмыгнула носом, доставая платочек.

– О, моя дорогая… Конечно! Я за тем к тебе и приставлена, чтобы поддерживать тебя во всём, – приобняла она меня за плечи. – Мы сейчас прокатимся, ты всё забудешь… Кстати, а твой спаситель к нам не присоединится? – ненароком задала она вопрос.

– Спаситель? Какой?

– Герцог Кеннингтон. Видный мужчина. Я бы на твоём месте время зря не теряла, – со знанием дела протянул зефирка. – А как легко он тебя нёс! Словно пушинку…

– Я в трауре.

– Это временно!

Выйдя на крыльцо, я с раздражением отметила: помимо того, что девушка собралась сама, так велела ещё и охране подготовиться. Пятеро мужчин решительно смотрели на меня, сверкая опасным взглядом.

Я криво улыбнулась, не в состоянии вести разговоры. Мне ещё нужно было смириться, что вчера из-за меня погибли люди, а сегодня другие рискуют жизнью. Потому поспешила сесть на чёрного благородного жеребца с необычайно длинными ногами, который изящно переступал на пороге, ожидая свою всадницу. Это был любимчик Кристель, и мне казалось, что он как никто другой ощутил подмену, только выбора я ему не оставила, уверенной рукой направив за ворота.

Зефирка тут же пристроилась рядом. Несмотря на свой легкомысленный образ, она прекрасно держалась в седле. Легко и непринуждённо помыкая спокойной лошадью и при этом ведя нескончаемые разговоры. Казалось, девушка знает каждого холостого мужчину, появлявшегося в поле нашей видимости. Она тут же выдавала: его родословную, размер годового дохода, а также самые пикантные сплетни, что ходили о нём в высшем свете. Настоящая ходячая энциклопедия.

Наш путь лежал в Эльдарийскую аллею, располагавшуюся в двадцати минутах езды от дома. Это был остаток некогда бескрайнего леса стихий, облагороженного несколькими последними поколениями. Именно этот парк был излюбленным местом аристократов: шумным, ярким, притягивающим внимание. Здесь они совершали не только променады, но и выезды.

Я старательно избегала шумных дорожек, но всё равно приходилось останавливаться и здороваться со знакомыми. Патрисия прекрасно справлялась с моим ориентированием. Сейчас, среди аристократов, я, наконец, поняла, почему её наняли моей дуэньей. Она была легкомысленна и ужасно болтлива, но при этом умела нравиться. Девушка была своей в этом пруду диких хищниц.

Я целый час провела за тем, что мило кивала, улыбалась, когда она велит, а потом, когда Патрисия и моя охрана меньше всего были готовы, легкомысленно направила своего жеребца в галоп. Как и следовало ожидать, за мной никто не бросился. Чёрный бриллиант был дорогим подарком моего отца. Сильный быстрый конь, что множество раз выигрывал в скачках.