"Фантастика 2026-26". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - "Mortykay" - Страница 1627

— Благословение свыше! Мы стали свидетелями явления одной из хранительниц Храма!

— Святая земля наблюдает за нами через ее присутствие!

— Великий день! Не могу поверить, что я смог увидеть нечто настолько великое!

Кай внимательно следил за происходящим. Он чувствовал, как атмосфера вокруг наполняется восторженной энергией толпы, несмотря на то, что его самого никто не узнал. Он оставался для всех незнакомцем, но стоя рядом с Аделин, автоматически оказался в центре внимания. Мастера не смели смотреть на них слишком долго, постоянно то поднимая, то опуская взгляд. Но каждый раз, когда голова паломников была поднята, их взгляды горели почтением и благоговением.

Аделин сдержанно кивнула толпе, не произнеся ни слова, что только усилило ощущение ее величия. Кай заметил, как некоторые молодые послушники, не выдержав эмоций, зажмуривались и склоняли головы, произнося короткие молитвы, призывая дух места укрепить их внутреннюю силу.

Он взглянул на Аделин и усмехнулся.

— Сила веры удивительна... — произнес Кай, чтобы услышала только она. — Но также, она может быть разрушительной. Удивлен, что Вечная Матерь Духа умеет удерживать целую Вселенную в узде и порядке, — вновь вспоминая события в Ордене Вечного Рассвета, задумчиво добавил он.

Аделин ответила легкой, загадочной улыбкой, ее глаза сверкнули фиолетовым светом, который усилил ореол ее фигуры.

— Каждая из Вечных Матерей Духа великолепна... Когда этот статус передается, преемница получает всю накопленную мудрость предыдущих матерей! — воодушевленно произнесла она.

Кай только улыбнулся и не стал комментировать это высказывание. Но в своем уме он посмотрел на Аделин с некой жалостью. Во время сражения с Близнецами Жизни и Смерти, он услышал то, что противоречило сказанному ей ранее. Во время того сражения, все сражались на смерть, и следили за своими противниками. Никто не вслушивался в разговор возле барьера. Более того, Вечная Матерь Духа специально ограничила доступность некоторой информации, создав барьер.

"Так значит мастера Области Доминации Духа считают, что статус Вечной Матери Духа сменяем... Ладно, вскоре я сам обо всем узнаю," — мысленно произнес Кай, приземляясь на площадь, что на самом деле была балконом.

В этот момент Аделин, стоявшая рядом, улыбнулась и с уважением обратилась к Каю:

— Следуйте за мной, — сказала она спокойно, ее голос был твердым, но теплым, как прикосновение весеннего ветра.

Она повела его вдоль балкона, их шаги отдавались мягким эхом по древним каменным плитам. Паломники, увидев, как Аделин и таинственный мужчина, скрылись из виду и направились внутрь главного храма, преклонили головы еще ниже. Мелодичный шепот молитв разносился по воздуху, смешиваясь с ритмичным шумом водопадов и дуновением легкого ветра.

— Богиня уже ожидает вас. Я проведу вас к главному залу и сразу же вернусь назад к проходу к Древнему Полю Боя, — вежливо объяснила Аделин, остановившись у высоких арочных ворот, инкрустированных письменами. — Мы входим в святая святых, — почтительно произнесла она и склонила голову, перед тем, как зайти с балкона внутрь Храма Вечных Душ.

Кай, проникшись атмосферой благоговения, также почтительно склонил голову и сделал шаг внутрь, где его охватило чувство необъяснимой святости. Перед ним раскинулся просторный коридор, по которому спокойно могла пройти сотня людей. Он был наполнен мягким золотистым светом, исходящим от огромных витражей с изображениями духовных созданий. Свет переливался, отражаясь от стен, сделанных из древнего кварца, испещренного золотыми и фиолетовыми вкраплениями.

В центре зала возвышалась статуя из чистого белого мрамора, изображающая Вечную Мать Духа с поднятыми руками, в которых светились ореолы фиолетового духа. На ее лице застыло выражение умиротворения и мудрости, пронизывающее душу каждого, кто смотрел на нее.

Мраморный пол был украшен узорами, напоминающими тонкие линии, сливаясь в сложные символы, которые казались живыми и едва заметно мерцали светом. Вдоль стен стояли высокие сосуды с прозрачной водой, наполненные плавно движущимися каплями света.

Здесь не было ни звука, кроме легкого шепота ветра, струящегося по всему залу, как невидимый поток. Воздух казался густым, насыщенным ароматом благовоний и легким холодом. Кай ощутил, как его дыхание стало медленнее, а внутреннее Духовное Море откликнулось, будто приветствуя святую атмосферу.

Зал был безмолвен, без посторонних, без служек — лишь тишина и чистота, наполненные ощущением священной силы, что пронизывала каждую частицу пространства.

— Пойдемте, не будем задерживаться, — с улыбкой произнесла Аделин и зашагала по коридору.

Кай последовал за Аделин, чувствуя, как каждый шаг отдается в тишине эхом. Коридоры сменялись один за другим, и пройдя последний из них, они вошли в обширный круглый зал, где царила глубокая тишина.

Внимание Кая тотчас привлек центр зала, где парили гигантские ворота из фиолетового камня. Они не касались земли, удерживаясь в воздухе неведомой силой, и излучали мягкое, но мощное свечение. На их поверхности были выгравированы сцены, изображающие бесконечный поток духовных созданий и божественных сущностей, сливающихся в единую точку. Письмена, вырезанные в камне, сразу же стали понятны Каю, ибо так выглядела письменность Закона Духа.

— Гуум... Гуу... — ворота испускали тонкий гул, как шепот призрачных голосов, рассказывающих историю мира.

Аделин остановилась перед вратами и повернулась к Каю, ее глаза сияли особенным светом.

— Перед нами врата в личный карманный мир Вечной Матери Духа, — сказала она с почтением, прерывая молчание. — За сотни тысяч лет, внутрь входили единицы, и теперь вы присоединитесь к этому списку, — сказав это Аделин уважительно и низко поклонилась Каю.

Взглянув на ворота еще раз, она кивнула и произнесла:

— Моя роль исполнена, и мне пора возвращаться. До следующей встречи, уважаемый Бессмертный Пьяница, — сказав это она улыбнулась и быстрым шагом начала двигаться на выход, оставляя Кая одного.

Не прошло и десятка секунд, как след Аделин простыл, а от ворот внезапно раздался треск, больше похожий на разрыв пространства!

— Треск! Грааагх! — гул тотчас усилился, и гигантские ворота начали отворяться, открывая за собой вид на карманный мир, в котором цвели фиолетовые растения и деревья.

Кай ощутил прилив энергии и понял — Вечная Матерь Духа приглашает его войти. Он воспарил, и, не колеблясь, направился вперед. Как только его ступни пересекли порог, древние врата за его спиной мягко захлопнулись, издав глубокий гул, будто печать, накрывающая пространство.

— Грааагх... Дуум!

Перед ним открылся небольшой мир, полный умиротворяющей красоты. Границы этого мира были очерчены кольцом величественных фиолетовых гор, их вершины излучали слабое сияние. Сами горы возвышались, создавая впечатление природного амфитеатра, защищающего все внутри от внешних угроз.

Вокруг него раскинулась живая картина: роскошная растительность изысканных оттенков пурпурного и синего, сверкающие цветы с лепестками, которые слегка шевелились, будто дышали в такт с миром. Между деревьями с изогнутыми кронами пролетали духоподобные бабочки, испускающие светящуюся пыльцу, которая искрилась и плавно оседала на траву, заставляя ту мерцать.

В центре этого идиллического пейзажа виднелось небольшое озеро. Вода переливалась светом, отражая небо, пронзенное легкими облаками, которые будто парили выше гор. Но больше всего взгляд привлекал павильон, стоящий на маленьком островке посреди озера. Он был выполнен из светлого камня с резными узорами и украшен золотыми и фиолетовыми элементами, создавая иллюзию, что сам павильон соткан из света и духа.

Тишина, царившая вокруг, была не холодной пустотой, а теплым объятием, полным материнской любви. Кай ощутил, как его Закон Забвения начинает шевелиться, словно приветствуя дух и древнюю мощь, наполняющую этот мир.

Глаза Кая встретились с глазами Вечной Матери Духа. Она сидела в позе лотоса на возвышении внутри павильона, ее фигура олицетворяла грацию и величие. Гладкая кожа с голубоватым оттенком мерцала под мягким светом. Ее длинные серебряные волосы ниспадали, словно поток жидкого металла, до самого пола павильона, окружая ее словно нимб. В каждой пряди играли отблески света, создавая эффект живой, переливающейся ткани.