Эхо смерти - Робертс Нора - Страница 25

– Поговори с Мира.

– Обязательно.

Ева оглянулась и нахмурилась.

– Что-то не так?

– Новая гардеробная. Какая-то устрашающая…

– А вот кое-кто нашел ее удобной и хорошо организованной. Особенно тот, кто не привык долго раздумывать над тем, что надеть.

– Ладно, ладно. – Ева встала. – Пойду посмотрю, что там.

– Удачи.

На Евин взгляд, помещение больше походило на гостиную, чем на шкаф для одежды. Конечно, все в идеальном порядке, кто бы сомневался! У каждой роскошной тряпки и сопутствующей дребедени было собственное место. Еве и не снилось, что это все ее одежда, и уж тем более ей бы и в голову не пришло использовать компьютер в гардеробной, чтобы платья на вешалках скользили перед ее взором, или просматривать на экране, как платье с блестками смотрится с теми смешными туфельками.

«Устрашающая, – вновь подумала Ева, – и вызывает легкое замешательство».

Когда у человека всего два жакета, перед ним не стоит проблема выбора. Но здесь добрая сотня жакетов, все развешаны по цветам: за черными висят серые, за серыми – голубые, и далее по порядку.

От такого разнообразия и свихнуться недолго!

– Выбирай потеплее, – посоветовал Рорк, входя в гардеробную.

«Надо же, сколько тут места, – подумала Ева. – Черт, да здесь можно устраивать приемы. Подавать напитки. Пригласить музыкантов».

Она вытащила жакет из голубой секции. Темно-синий, без лишних заморочек.

– Если ты сейчас воспользуешься компьютером, он подскажет, что с ним надеть.

– А он-то откуда знает? – удивилась Ева, а когда Рорк повернулся к компьютеру, вцепилась в руку мужа. – Погоди. Слишком много всего для первого раза. Мне нужно привыкнуть.

– Я тебя обожаю, – объявил Рорк, однако остановил Еву, когда та потянулась за синими брюками. – Будешь как в униформе. Вот, смотри.

Он вытащил ржаво-коричневые брюки, нашел жилетку с пуговицами того же синего оттенка, что и жакет, добавил белоснежную, приталенную рубашку. Протянул Еве ворох одежды, достал крепкие коричневые ботинки.

– Я почти освоилась в старой гардеробной, а теперь все стало еще больше.

– Ничего, снова привыкнешь. – Рорк поцеловал ее в щеку и вышел.

Может, и так, думала Ева, переодеваясь, только вряд ли в ближайшее время она подружится с этим компьютером.

Когда она вышла, надевая на жилет портупею, Рорк показал на монитор.

– Репортажи и домыслы о нападении на Страццу и убийстве, а также о ходе расследования.

– Значит, мне пора приниматься за дело.

Ева надела жакет, взяла полицейский жетон, коммуникатор, портативный компьютер, наручники, прихватила сумочку.

– Выглядишь весьма компетентно.

– Не одежда красит копа.

– Зато одежда добавляет солидности. Береги моего компетентного копа.

– Обязательно.

Ева поцеловала Рорка и отправилась делать свою работу.

Глава 8

С трудом пробираясь сквозь плотное движение к центру города, Ева позвонила дежурной медсестре и узнала, что ночью Дафна очень плохо спала и ей пришлось давать успокоительное. Доктор Нобл уже ехал в больницу. Физическое состояние пациентки улучшилось до вполне удовлетворительного.

Порезы и синяки заживут, думала Ева, но вот душу исцелить гораздо труднее. Оставь прошлое позади, советуют люди; они не понимают, что прошлое всегда следует за тобой. Идет по следу, как гончий пес.

Она поставила машину в гараж Управления и по пути к лифту заметила Дженкинсона. Такой галстук, как у него, увидели бы даже из космоса. Под распахнутым пальто он сиял болотно-зеленым цветом, на котором (возможно, не случайно) скакали желтые и голубые пучеглазые лягушки.

– С этой штуковиной вокруг шеи ты мог бы осветить пещеру.

– Никогда не знаешь, где окажешься. Как выходные, лейтенант?

– Тихие, теплые и солнечные. Не похожие на зиму.

– Отлично.

Они зашли в лифт.

– Я раскрыл два дела, пока ты танцевала на пляже…

– Ага, один торчок пырнул ножом другого, и женщину забил до смерти бывший любовник.

Лифт остановился, в кабину вошли еще несколько копов, а Дженкинсон смерил Еву взглядом.

– Следила за нами, сидя на песочке под солнцем?

– Я вчера работала. Нашла себе дело около двух часов ночи.

– Добро пожаловать домой. – Он нахмурился. – Убийство Страццы?

– Оно самое.

– О нем трубят во всех новостях. Известный хирург, юная красотка-жена… Она сильно пострадала?

– Очень.

– Тем не менее…

– Знаю, в первую очередь проверяют алиби супруга. Но вряд ли бы женщина изнасиловала сама себя и изуродовала собственное лицо. В прошлом году было два похожих преступления, только без убийства.

Лифт снова остановился, зашло еще несколько людей.

– Преступник переодевается.

Дженкинсон, который мрачно следил за указателем этажей, повернулся к Еве.

– Как? В смокинг?

– В чудовищ. В последний раз в дьявола с рогами.

– Все-таки люди чокнутые…

В кабину вошло еще двое копов. Один из них уставился на Дженкинсона.

– Красивый у тебя галстук, Дженкс.

– Ага, твоя сестра так и сказала, когда я утром его завязывал.

Раздался смех, и поездка в переполненном лифте чуть оживилась.

Выйдя из кабины, Ева направилась к своему отделу, Дженкинсон ни на шаг не отставал.

– Если тебе нужна помощь, мы с Рейнеке как раз свободны.

– Посмотрим.

Как только они вошли в комнату, Дженкинсон рванулся вперед.

– Эй, это что, булочки в сахарной глазури?

Сантьяго запихал в рот последний кусок булочки из коробки, которую Ева вчера оставила в комнате отдыха, и что-то неразборчиво буркнул.

Ева, не останавливаясь, прошла в кабинет, включила автошеф на кофе, сбросила пальто и свежим взглядом окинула доску для расследований.

У дверей раздалось цоканье каблучков, и пока доктор Мира входила в кабинет, Ева нажала кнопку быстрого набора номера.

– Быстрее тащи свою задницу на работу, свяжись с обеими парами, на которых напали раньше, и договорись о встрече у них или у нас. Вперед!

Прежде чем Пибоди успела ответить, Ева отсоединилась и повернулась к гостье.

– Извините.

Легко отмахнувшись, Мира выскользнула из светло-голубого зимнего пальто и осталась в красно-розовом костюме. Цокающие каблучки прилагались к серебристо-серым полусапожкам и стройным ногам.

– Выпьете чаю?

– С удовольствием, спасибо. С возвращением! У вас отдохнувший вид. Удивительно, всего два дня, и какой результат!

– Видели бы вы меня вчера.

Ева включила автошеф на чай, и когда цветочный аромат разнесся по кабинету, передала чашку Мира.

Доктор села, скрестив великолепные ноги, отбросила назад прядь каштановых волос; в светло-голубых глазах светилась улыбка.

– Я посмотрела медицинскую карту Дафны Страцца. Вы с Рорком практически спасли ей жизнь.

Ева склонила голову набок.

– Вы с мужем тоже ездили погреться на солнышке?

– Нет, но спасибо за комплимент. Я решила осветлить волосы, чтобы легче пережить зимнюю депрессию. Вообще-то меня уговорила Трина.

Глаза Евы широко распахнулись.

– Вы ходите к Трине?

– Ну да. Мой парикмахер переехал в Бруклин, а Трина – да, я знаю, что она может быть… э-э… несколько категоричной, – превосходный стилист.

Как же, категоричной, подумала Ева. Скорее, бесцеремонной и воинственной. И вообще, неужели она, Ева, обсуждает прически?

– Ладно, вернемся к Дафне Страцца.

– Она согласилась еще раз со мной побеседовать. Как вы знаете, нападение отличалось жестокостью: ее сильно избили, несколько раз изнасиловали. Однако эмоциональное состояние Дафны пострадало еще сильнее. Она блокирует страшные подробности. Кроме того, удар по голове, возможно, вызвал провалы в памяти. Впрочем, вы и сами все знаете, ничего нового я не скажу.

Ева кивнула, присев на угол своего стола.

– Все, кого я спрашивала, говорят, что Дафна очень приятный человек. Прекрасная хозяйка, обаятельная, щедрая. Наверное, я – циник, но мне показалось, что она немного наивна.