Обещание экстаза - О'Бэньон Констанс - Страница 37

– Когда мы сможем пожениться, Тори? Я хочу сделать тебя своей женой как можно скорее. Пожалуйста, не заставляй меня ждать.

Виктория нахмурилось. Ей предстояло принять важное решение. Если она выйдет замуж за Пола, будет ли справедливо с ее стороны просить его остаться с ней в Техасе?

– Дай мне немного времени, Пол. Меня потрясли новости, которые ты сообщил. Мы должны решить, что нам теперь делать.

– Я дам тебе столько времени, дорогая, сколько понадобится. Ты увидишь, что я очень терпеливый во всем, что касается тебя. – Пол улыбнулся. – Ты скоро будешь принадлежать мне. – Он поцеловал Викторию в щеку и добавил: – Если бы ты знала, как я люблю тебя, то, наверное, испугалась бы.

Девушка вздохнула и, положив голову Полу на плечо, прошептала:

– С тобой я чувствую себя в полной безопасности.

Эдвард спускался по лестнице. Красный ворс ковра приглушал его шаги. Он слышал шум, производимый рабочими, занимавшимися сменой убранства в соседней спальне. Каким же самоуверенным он был, когда все это затеял! Он нисколько не сомневался в том, что Виктория примет его предложение. А сейчас… Впрочем, он и сейчас не отказался от своих планов – вероятно, поэтому и не отослал рабочих.

Уже направляясь в конюшню, Эдвард заметил коляску Дэна, приближавшуюся к дому. Минуту спустя доктор выпрыгнул из экипажа и с улыбкой подошел к приятелю.

– Ты немного опоздал, Дэн, если приехал обедать, – проворчал Эдвард.

– К твоему сведению, я уже пообедал. Я был у Матушки.

– Как у них дела? – поинтересовался Эдвард.

– Там предпраздничная суета. Я тоже приложил руку, когда Пол попросил меня помочь развесить бумажные гирлянды и ленты.

– У них праздник? – удивился Эдвард.

– Да, и они пригласили всю округу.

Эдвард нахмурился.

– Между прочим, у меня есть приглашение и для тебя, – продолжал доктор. – Когда я сказал Виктории, что еду сюда, она попросила передать его тебе.

– Я не нуждаюсь в ее приглашении, Дэн. Можешь вернуться к ним и сказать, что я не намерен принимать участие в празднике.

Дэн шагнул к своей коляске, взял конверт, лежавший на кожаном сиденье, и с улыбкой протянул Эдварду.

Эдвард поморщился и проговорил:

– Виктория сошла с ума, если думает, что я приеду.

Дэн громко рассмеялся и сказал:

– И все же возьми приглашение. Прочитай…

Эдвард взял конверт и, открыв его, прочел:

«Вы приглашаетесь на празднование дня рождения Эллис Андерсон, которое состоится на ее ранчо в 7 часов вечера 30 сентября. Пожалуйста, никаких подарков».

Приглашение было подписано Викторией Ли Фарради.

Эдвард взглянул на Дэна; его глаза метали молнии.

– Только ничего не говори, Дэн. Мне плевать, что ты по этому поводу думаешь. У меня дела, и если ты закончил, то я с твоего позволения откланяюсь.

– Эдвард, Виктория просила передать, что они тебя ждут, поскольку Матушка тебя очень любит. Ты приедешь?

– Что ж, пожалуй, – пробормотал Эдвард. – Как Виктория?

Дэн пожал плечами:

– Вроде бы счастлива… Сегодня мы долго разговаривали с Полом, пока развешивали украшения. Я не думал, что проникнусь к нему уважением, но он мне понравился. Он очень открытый и искренний. Но главное – он очень любит Викторию.

– Я спросил не об этом. Пол О’Брайен меня нисколько не интересует.

– Оставь Викторию в покое, Эдвард.

– Нет, не оставлю, Дэн. Ведь она еще не стала женой Пола О’Брайена.

Дом Эллис Андерсон гудел как пчелиный рой, а гости прибывали. Стол в столовой ломился от всевозможных блюд; слышался веселый смех, и звучала музыка.

Эдвард помог Монике Уэббер выйти из коляски.

– А не уехать ли нам отсюда пораньше? – спросила она, обвивая руками его шею.

Эдвард прижался губами к ее губам, однако ничего при этом не почувствовал. Он никак не думал, что до такой степени охладеет к Монике. И зачем он взял ее с собой?

Моника только что вернулась из Нового Орлеана. С тех пор как они виделись в последний раз, прошло четыре года. Перед тем как уехать на войну, он провел с этой женщиной много веселых часов.

– Я очень люблю Матушку, Моника. Я не могу уехать с ее праздника слишком рано.

Моника покачала своей прелестной головкой – у нее были чудесные рыжие локоны.

– Ты не собираешься меняться, Эдвард? – спросила она неожиданно.

– А что бы ты хотела услышать, Моника?

– Это не имеет значения, Эдвард.

– Не строй на мой счет иллюзий, дорогая.

– Мне хорошо известна твоя репутация, Эдвард. Женщины влюбляются в тебя, а ты их бросаешь.

– Мне не нравятся навязчивые женщины, Моника. И свою так называемую репутацию я не заслужил. Вступая с женщиной в связь, я абсолютно честен. А потом, когда отношения заканчиваются, я делаю шаг в сторону.

– Неужели ни одна женщина ни разу не задела твоих чувств, Эдвард?

Он снова поцеловал Монику. Поцеловал, чтобы заставить ее замолчать.

В этот момент появились Дэн и Кларисса. Увидев их, Эдвард отстранился от Моники. Однако рыжеволосая красавица ничуть не смутилась. Она взяла Эдварда под руку и с улыбкой проговорила:

– Здравствуй, Кларисса.

– Как дела, Моника? – Кларисса окинула ее взглядом.

– Эдвард, ты легко успокаиваешься, – с усмешкой заметил Дэн. – Интересно, какой цвет сочетается с рыжим?

– Добрый вечер, Кларисса, – поздоровался Эдвард, не обращая внимания на колкость друга. – Если общество нашего доброго доктора тебе надоест, дай мне знать. Он упражняется в остроумии, но у него это плохо получается.

Дэн рассмеялся.

– Боюсь, что на этот раз я угодил прямо в цель, Эдвард.

Виктория, стоявшая рядом с Эллис и Полом, встречала друзей и соседей бабушки. Девушка радостно улыбалась гостям. Хотя она просила не приносить подарки, ее просьбу проигнорировали. Столик в гостиной был завален подарками.

К Матушке подошли Дэн и Кларисса. После того как они поздравили старушку, Виктория представила подругу Полу.

Кларисса одарила красивого южанина ослепительной улыбкой.

– Я давно хотела с вами познакомиться, мистер О’Брайен. Виктория столько о вас рассказывала…

Пол тоже улыбнулся:

– Рад с вами познакомиться, мисс Паттерсон.

Виктория тем временем поприветствовала доктора и поцеловала его в щеку.

– Ты, Дэн, мой лучший друг, – сказала она.

– Я очень ценю твою дружбу, – ответил Дэн. – Если вдруг у тебя что-нибудь случится, Виктория, без колебаний обращайся ко мне.

– Ты сегодня ужасно серьезный, доктор. – Виктория рассмеялась. – А ведь ты приехал на праздник, чтобы повеселиться, не так ли?

– Да, конечно. А где угощение? – Доктор расплылся в улыбке.

– Дорогу в столовую ты знаешь, – сказала Виктория.

Девушка повернулась к бабушке и вдруг увидела Эдварда Ганновера, стоявшего рядом с красивой рыжеволосой женщиной. Сердце Виктории болезненно сжалось. Вероятно, это и была таинственная невеста Эдварда. Девушка на мгновение закрыла глаза и подумала: «Я этого не вынесу».

Тут Эдвард подошел к Эллис и поцеловал ее в щеку.

– С днем рождения, Матушка! Вы ничуть не состарились.

– Вероятно, любовь слепа, – промолвила старушка.

Молодой человек достал из кармана маленькую коробочку и извлек из нее золотую брошь в форме бабочки.

– Эдвард, ну зачем?.. – пробормотала Эллис. – Это брошь твоей матери, если мне не изменяет память. Я не могу принять от тебя столь ценный подарок.

– Мама однажды сказала, что брошь вам нравится. Она всегда хотела подарить ее вам. Я только выполняю ее пожелание и был бы счастлив, если бы вы приняли подарок. – С этими словами Эдвард приколол бабочку к платью Эллис.

В голубых глазах старушки заблестели слезы.

– Я буду беречь ее… как самое дорогое сокровище.

– Как я буду беречь вас. – Эдвард улыбнулся и снова поцеловал пожилую женщину.