Ст. лейтенант. Часть 3. Назад в СССР. Книга 12 - Гаусс Максим - Страница 9

– Надевайте, – коротко бросил он охранникам.

Нам скрутили руки за спину, и каждый получил на запястье правой руки такой браслет. Он плотно охватывал руку, а при фиксации, громко щёлкнул, будто наручники. Коробочка никаких звуков или световых индикаций не производила.

– Это радиомаячки, – без эмоций пояснил незнакомец. – Чтобы вы не заблудились. И чтобы мы знали, где найти наш «спортивный инвентарь».

Вот ведь суки, чего придумали. Если кому-то повезет унести ноги от снайпера и спрятаться, его непременно найдут. Где-то я о таком слышал. Или видел. Не помню. С такими нет шансов сбежать, а снять его, судя по всему, будет очень непросто.

Настроение стало совсем паршивым. Нашу меченую троицу будут гонять два снайпера, причем не абы где, а в закрытом ущелье, откуда выбраться очень непросто. Ну да, побег в горах, будучи отмеченным таким маяком, превращался в самоубийственную прогулку. Теперь понятно, почему с охоты еще ни одна кукла не сбежала – охрана бы выследила их за считаные минуты. Правда, Семен почему-то не упоминал про радиомаячки.

Меня посетило чувство какой-то нереальности происходящего. Неужели подобное и впрямь происходит на самом деле?

Инструктаж кукол был закончен. Оружия, естественно, нам не полагалось. Только одежда и обувь. На мне по-прежнему была та же рваная военная форма, на Федоре тоже. Зато майор, как старожил, отличался от нас наличием темно-синей робы. Хорошо, что сандалии у меня забрали еще перед выездом, вместо них достались чьи-то порядком изношенные берцы. Лучше, чем ничего. Хоть размер подошел, уже кое-что.

Нас быстро и решительно упаковали в кузов грузовика. Кикоть сидел напротив меня, на деревянной лавке. Федор со мной. Помимо нас, здесь же находились шестеро вооруженных охранников в серой форме. Я наконец-то рассмотрел их – то ли афганцы, то ли пакистанцы. Сложно сказать. Одно более-менее ясно ‒ других национальностей там вроде бы не было.

Виктор Викторович сидел, сгорбившись, и смотрел на радиомаяк на своём запястье. Его лицо было каменным. Сложно сказать, о чем он думал. Я отметил, что за прошедшее время поведение у майора стало другим. Его сильно поменяло. Лишь с головой проблем не было – психика она такая. Что с ним делали ‒ сложно сказать. Но совершенно точно это уже не тот чекист, которого я знал ранее.

Грузовик взревел двигателем, тот час же рванул с места, подбрасывая нас на ухабах. Мы молча смотрели, как лагерь скрывается за холмом, уступая место серо-коричневым, безжизненным скалам. Ветер свистел в ушах, принося с собой запах пыли и еще чего-то неуловимого.

Примерно через двадцать минут грузовик остановился в узком, каменистом ущелье. Охрана тут же зашевелилась.

Нас вытолкали на землю.

Небо, которое утром было просто хмурым, к моменту нашего приезда потемнело окончательно. Тяжёлые, свинцовые тучи нависли так низко, что, казалось, цепляются за острые пики гор. Воздух стал густым и влажным, пахнущим озоном и пылью, которую вот-вот прибьёт к земле. Ветер, прежде просто прохладный, теперь завывал в ущельях, поднимая вихри сухой, колючей пыли и швыряя её в лицо.

Это была не просто плохая погода. Это было настроение. Черт возьми, казалось, сама природа смотрела на предстоящую бойню с мрачным одобрением. Скалы здесь сходились почти вплотную, оставляя лишь узкую щель, частично заваленную щебнем. Грубо говоря, впереди был полуторакилометровый каменный мешок, со всех сторон ограниченный крутыми скалами.

– У вас фора десять минут! – напомнил американец, показавшийся из пикапа. Он посмотрел на часы. – Чего стоим? Наслаждайтесь прогулкой!

За его спиной я увидел двух снайперов в светло-коричневых комбинезонах, сетчатых маскхалатах. Естественно со скрытыми лицами – не хотели гости, чтобы «дичь» их видела. Винтовки у них были немецкими, однако оптика стояла простая. Это значит, что снайперы не будут сидеть на точках и бить издалека. Они будут следовать за нами, держась примерно в сотне метрах от нас. Это уже хоть что-то.

– Уроды! – мрачно процедил Федор. Выглядел он жалко. – Хоть нож дайте!

– Зачем? Разве на охоте кабану дают нож? – искренне удивился американец, затем снова посмотрел на часы. – Девять минут.

Охрана дружно, но молча, нацелила на нас автоматы. Щелкнули предохранители.

И мы рванули. Первым бросился Федор. Сам по себе, куда-то влево. Его не интересовала командная работа – возможно, он попросту был ей не обучен. А вот мы с Виктором – направо. Вместе. Один, за другим.

Пробежали небольшой открытый участок, взяли еще правее. Я скатился по небольшому склону, цепляясь руками за острые камни. Кикоть за мной. Неожиданно сильный порыв ветра едва не сбросил меня в расщелину – кое-как уцепился пальцами за скалу. Справа так же неуклюже, прижимая ранее пострадавшую и еще незажившую руку к груди, сползал за валун Кикоть. Его лицо было искажено озадаченной неуверенностью. Но не страхом. Нет. Он даже пытался сконцентрироваться.

Несколько раз мы обменялись взглядом – коротким, как вспышка. В нём не было ни плана, ни надежды. Но это пока, нужно только чуть осмотреться. Бегать, как сайгак по горам, вечно я не собирался!

Рельеф местности сложный – то вверх, то вниз. Открытое пространство было только в центре ущелья, да и того немного. Обогнув скалу, я нырнул за огромный камень, цвета мокрого пепла, и прижался к его шершавой, холодной поверхности. Сердце колотилось где-то в горле. Дождь начал срываться с неба не каплями, а редкими, тяжёлыми хлопьями, которые тут же размазывались по пыли, превращая её в липкую, скользкую грязь. Ветер то завывал, то вновь затихал, гоняя по ущелью тучи бурой пыли. Запах озона или же прибитой пыли, был уже повсюду.

Несколько минут мы просто бежали, потом залегли за огромный камень. Восстановить дыхание.

И тогда, едва различимый сквозь вой ветра, с той стороны, откуда мы приехали, донёсся резкий, электронный гудок. Он прозвучал один раз, коротко и безжалостно, и был тут же унесён вихрем.

А вот и сигнал. Охота началась.

Сначала было тихо. Потом, примерно через три минуты, куда громче ветра, прогремел первый выстрел. Он был одиночным, чётким, с искаженным эхом – его частично поглотили скалы и штормовая погода. Затем второй выстрел. Третий. Судя по всему, стреляли из разных винтовок. Кажется, Федора заметили раньше, чем нас.

На всякий случай, я вжался в землю, стараясь слиться с камнем, с грязью, с этой проклятой землёй. Холодный дождь затекал за воротник, струйками сползая по спине. Они шли. И они знали, где мы.

На секунду я встретился взглядом с Кикотем. Его глаза были узкими щелочками. Он едва заметно кивнул. Теперь у нас был только один план – выжить. Но такой расклад меня совершенно не устраивал.

– Майор… – уверенно процедил я. – Предлагаю изменить правила!

– М-м? – отозвался Кикоть, осторожно выглядывая из-за камня и пытаясь определить расстояние до снайперов.

– Они охотятся на нас, считая дичью! И, черт возьми, я с этим не согласен!

– Громов, что ты предлагаешь?

Вдруг временное затишье разрезал очередной выстрел…

Глава 5. Точка невозврата

Взгляд Кикотя, холодный и жёсткий, скользнул по моему лицу. Ещё там читалось решительное намерение рискнуть и неважно, к каким последствиям это приведет. Мы и так по самое не хочу попали.

Несколько секунд он молчал.

– Намерен изменить правила охоты? – его голос был едва слышен сквозь шум неожиданно усилившегося дождя. – Конкретнее, Громов. У нас всего несколько минут.

– Они думают, что гоняют зайцев. А я не заяц, я волк. Волки охотятся сами! – я кивнул в сторону, откуда донёсся последний выстрел. – Они идут за Федором. Двое на одного, ведь так проще его загнать. Потом они займутся нами, но меня такое положение в корне не устраивает. У них кураж, Федор сам откололся и они его сейчас ведут. Он, считай, у них в прицеле… Значит, пока на нас не смотрят, предлагаю быстро и скрытно обойти их по гребню вон того откоса. Я его давно приметил.