И зовите меня Гудвин - Корнев Павел Николаевич - Страница 1

Павел Николаевич Корнев

И зовите меня Гудвин

Раз

Думаю, всему виной стал сглаз.

Сглазили меня не сегодня и не вчера, даже не в этом веке и не в нынешнем тысячелетии. Ничего серьёзного, просто подруга подкинула проблем. Не сошлись в кое-каких взглядах на наше совместное будущее – история вышла некрасивая, вот и махнул от несостоявшихся тестя с тёщей аж за океан. В страну безграничных возможностей, прямиком в город контрастов.

Не сказать, будто вдали от родины я так уж сильно преуспел, но и далеко не бедствовал, вдобавок к небольшому капитальцу заработав ещё и кое-какую репутацию. Когда пришёл срок, местные даже расстарались сыскать где-то православного батюшку.

– Скажешь что-нибудь напоследок, сын мой? – пробасил бородатый и пузатый дядька после того, как оказалось покончено со всеми предусмотренными подобными ситуациями формальностями.

– Сервис здесь так себе и кресло ни разу не эргономичное, – пожаловался я. – У стоматологов куда лучше. Блин, да в самолётах и то удобней!

Кресло и впрямь было сильно так себе. Ещё и ноги с руками к нему притянули, а голову кожаным ремнём зафиксировали. Ни пошевелиться, ни нос почесать.

Но чего уж теперь? Отрицательный отзыв на плохой сервис не оставить, жалобу по поводу ущемления прав не написать. Вышло время жалоб и апелляций. Уповать теперь оставалось лишь на чудо.

И в кои-то веки оно случилось!

Нет! Грёбаный губернатор штата не соизволил сделать судьбоносный звонок, и рубильник оказался опущен точно в срок, вот только пропущенный через тело разряд электрического тока хоть и перетряхнул меня всего с ног до головы, но не прикончил. Сознание померкло лишь на какое-то жалкое мгновение, а затем я осознал себя лежащим на полу.

«Трындец! – подумал, с хрипом втягивая в лёгкие воздух. – Сейчас реанимируют и снова на электрический стул усадят!»

Недолго мучалась старушка в высоковольтных проводах, говорите?

Хрен-то там!

Но вопреки ожиданиям вернуть меня к жизни попытались банальным пинком под рёбра.

– Мордой в пол! – заблажил кто-то с прекрасно знакомой интонацией человека на взводе. – Руки на затылок, пальцы в замок!

Я кое-как сфокусировал взгляд и обнаружил, что парочка бойцов в сером городском камуфляже наставила на меня автомат и дробовик какого-то совсем уж зверского калибра. Тактические перчатки, шлемы с забралами из бронестекла, полное отсутствие знаков различия.

Это кто ещё такие?! Тюремный спецназ? Совсем сдурели?

Автоматчик уже начал отводить ногу для нового пинка, когда от двери крикнули:

– Да вы чего?! Это ж стажёр наш, ля!

Ботинок замер, но обратно на пол человек ногу опускать повременил и спросил:

– А чего он тогда живой?

– Так у него и спросите! Гу, чего глазами лупаешь, морда твоя зелёная? Скажи уже что-нибудь!

А что я мог сказать? По всем раскладам я должен был отдать концы на электрическом стуле, а не валяться невесть где с гудящей от боли головой.

И какой ещё стажёр? Какой такой Гу?

Гудвин моя фамилия! Сергей Иванович Гудвин!

– Странно это! – проворчал боец с дробовиком. – Одному санитару башку к херам снесли, а второй разбитой харей отделался!

– Так стажёр же! Первый день сегодня на работу вышел! Много такому надо?

Откуда-то из коридора донёсся крик: «чисто!», и бойцы нехотя опустили оружие.

– Этому-то слоняре? – хмыкнул автоматчик, всё же передумавший меня пинать. – Да уж немало!

– Гу, ну ты чего разлёгся? – спросил у меня кто-то, продолжавший оставаться вне поля зрения. – Вставай давай!

Но голова шла кругом, и я даже не попытался подняться с пола, вместо этого поднёс к лицу руки. Кисти и высовывавшиеся из слишком коротких рукавов халата запястья оказались бледно-зелёного цвета, ногти – чёрными.

Это ещё что за дела?! Не могло так электричеством поджарить, да и лапищи раза в полтора моих прежних больше, хоть я хлюпиком сроду не был!

Меж бойцов протиснулся плечистый и носатый коротышка с короткой рыжеватой бородой в чуть засаленных брюках и кургузом пиджачке.

– Гу, что тут стряслось? – спросил он. – Кто Бу порешил, доктор где?

Гу? Бу? Клички собачьи, что ли?

– Ни черта не помню, – машинально ответил я, продолжая оторопело разглядывать собственные руки.

– Сейчас упырь из конторы приедет, мигом память освежит! – рассмеялся автоматчик.

– Не-а! – не согласился с ним напарник. – Тут экстрасенс поработал, а в таких случаях необратимая потеря краткосрочной памяти – обычное дело.

– Думаешь, экстрасенс?

– Да ты погляди только, как второго разделали! Не из обреза же в него стреляли, мозги по всей комнате разлетелись!

Я проследил за указующим кивком бойца, и к горлу мигом подкатил комок тошноты. В шаге от меня замерло в луже крови обезглавленное тело, ковёр на стене оказался забрызган мозгами и перепачкан ошмётками скальпа. Распахнутый белый халат не скрывал тёмно-зелёную кожу безволосой груди.

Наизнанку меня не иначе лишь от изумления не вывернуло.

Это ещё что за мутант?!

– Зашли в адрес, тут их и приложило. Покойник на себя основной заряд принял, эту морду контузило. Так, борода, дело было?

– А мне откеда знать? – насторожился коротышка. – Не экстрасенс, ля! Мне по должности положено при машине оставаться – наверх я только с вами поднялся, а так никуда не отлучался, с дежурным по рации связался. У нас транспорт радиофицирован!

– Дознавателю расскажешь! – отмахнулся от него боец с дробовиком и повернулся к входной двери, в которой как раз показался ещё один силовик.

– Что тут у вас? – спросил тот, поднимая стеклянное забрало.

– Два медбрата: один холодный, второй контуженный и не помнит ни хрена. Доктор пропал.

– Не брат мне этот урод зеленокожий! – гоготнул автоматчик, который и пнул меня под рёбра. – Взяли кого?

– Не-а. Но мы ещё только лестницу перекрыли, блоки проверять не начинали.

Бородатый шофёр аж посерел.

– Никто из дома не выходил! Я бы увидел!

– Умолкни, борода! – шикнул на него стоявший в дверях боец и скрылся из виду, но сразу заглянул обратно и предупредил: – Гэбэшники приехали, поднимаются уже!

Шофёр испуганно глянул на дверь и как-то очень неуверенно отступил в угол, а я перевалился на бок, полежал так немного, после подобрался и поднялся на четвереньки, затем встал. Покачнулся и едва не плюхнулся на задницу, но проснувшиеся рефлексы помогли сохранить равновесие. Зазор между макушкой и потолком остался не таким уж и большим – поднял взгляд и решил, что росту во мне теперь немногим за два метра. По всему выходило, что и бородатый коротышка далеко не карлик, просто себя поперёк шире, а что бойцы его заметно выше, так они те ещё лоси.

Задумался об этом, и вновь пошла кругом голова – тогда сжал кулаки и стиснул зубы.

Надо собраться!

Ещё не хватало, чтобы крайним выставили и жмура обезглавленного на меня повесили!

Я огляделся и обнаружил, что мебель в комнатушке старая, как бы ещё не второй половины прошлого века – вся из ДСП с поцарапанной полировкой. В серванте пылилась посуда, в углу на четырёх ножках замер короб допотопного телевизора с вакуумным кинескопом. На стенах – бумажные обои и ковёр с геометрическим узором.

К алкашам на вызов приехали или к старушке какой?

Стоп! Какой ещё, к херам, вызов?!

Я приметил в серванте зеркальную панель, подошёл и глянул на своё отражение. В глазах разом помутилось.

– Да красавец, красавец! – гоготнул боец, чей пинок и вырвал меня из забытья. – Рожа зелёная!

И да – на растрескавшейся поверхности зеркала отражалась именно что рожа, и рожа эта была серовато-зелёная, словно белого как мел человека густо посыпали пудрой бледно-оливкового оттенка.

Только человека ли?

Что за хрень?!

Но совладал с эмоциями и не отшатнулся, не саданул кулаком по зеркалу. Заставил себя всмотреться в черты лица.