Фанат. Мой 2007-й (СИ) - Токсик Саша - Страница 22

— Возникли.

— И что, они вот прямо реально обоснованные? — хохотнул я. — Позвольте уточнить, а какой именно вариант вы сейчас рассматриваете? Думаете, эта гора хлама в угоне? Или скрылась с места ДТП? На минуточку, без колёс?

— Стоп, — опять влезла в разговор Кристина. — Секунду. Водитель эвакуатора не обязан при себе ничего такого иметь. Об этом предельно подробно говорится в статье двенадцать точка три КоАП РФ.

— Девушка, — улыбнулся инспектор. — Что такое КоАП РФ? Расшифровать-то сможете?

— Кодекс об административных правонарушениях Российской Федерации, — отчеканила Кристина Игоревна, чем лично меня повергла в тихий шок. — Не утруждайтесь, инспектор, с вами общается выпускница юридического ВУЗа. Я хорошо знаю свои права. Так вот, согласно статье двенадцать точка три в исключительных случаях…

С-с-с-сука! Вот это поворот! Кристюша до кучи ещё и юристом оказалась. Умница, красавица, и от тюрьмы отмажет, и по вопросам с зубами проконсультирует, и колесо в случае чего поменяет. Кабы не сомнительный бэкграунд, прямо сейчас замуж позвал бы, и даже разница в возрасте не помеха.

Однако то, что наша случайная попутчица оказалась юридически подкована сейчас не значит абсолютно ничего. Кроме того, что мы зачем-то выиграли ещё чуточку времени.

Ведь насколько я понимаю, обсуждаем мы сейчас очередной дырявый закон, которым можно вертеть, как угодно. Самого текста кодекса у меня перед глазами нет и поэтому я принимаю все его положения на веру, но даже так абсурд на лицо. То есть правы сразу же все. Марчелло как водила эвакуатора не обязан возить с собой документы на «Волгу», но при этом гайцы имеют право эти документы спрашивать.

Вот именно в такие моменты у мультяшных роботов и взрывается голова. Грёбаное словосочетание «исключительный случай» делало закон таким же внятным, как бормотание алкаша. И потому прения продолжились:

— Не беспокойтесь, мы подождём пока вам привезут документы, — самодовольно улыбнулся Аничков.

— Хорошо, — кивнул Кристина. — А пока ждёте начните оформлять «исключительный случай». Прошу вас! Начинайте писать рапорт о том почему именно у вас возникли подозрения, а после как положено заводите протокол и…

И тут сквозь весь этот цирк пробился голос разума:

— Бабла хотят, — шепнул мне на ухо Прянишников. — Может, дадим?

— Хера с два, — ответил я.

Почему? Да потому что это очень скользкий выход из ситуации, и как бы не присесть за дачу взятки должностному лицу. А точнее попасть на ещё большую взятку, чтобы этого не случилось и заодно потерять драгоценное время.

Так что нет. Я решил действовать по-другому. Радикально, так сказать. В духе характера.

Сперва пересел поближе к молчаливому Андрею и аккуратно запустил руку в карман его толстовки. Нашарил там ключи от эвакуатора и переложил к себе. Дальше, всё так же не вынимая руку из собственного кармана, взялся за телефон. Разблокировал сонэрик и методом слепого набора, которым овладел ещё за школьной партой, набрал СМС: «отвлеки их».

В тексте сообщения я не сомневался ни разу, а вот в адресате…

Забыл, как у меня записан Лёня. То ли «Лёня», а то ли «Гуляев», что сейчас имеет большое значение. Ведь в первом случае я его наугад точно не нащёлкаю и можно даже не стараться, а во втором он будет записан на букву «Г», сразу же после «бабушки», «бабушки дом» и «Виталика Губарева». Точно! Губарев же ещё!

А хотя… стоп. «Губ» идёт перед «Гул», так что ничего не меняется и он в любом случае будет третьим по списку. Или путаю что-то? А-а-а-ай, ладно! Щёлкнув вниз четыре раза, я отправил сообщение.

— Бз-вз…

Повезло. Ну… должно же хоть где-то и хоть когда-то, верно?

Нужный телефон завибрировал, после чего Лёня достал его и прочитал сообщение. Посмотрел на меня, как на идиота, и одними губами спросил:

— Как?

— Не знаю, — пожал я плечами, а затем жестом попросил Гуляева ускориться.

Задумка с песней в «Лазурном» прокатила, и сейчас мне хотелось бы, чтобы Лёня исполнил что-то подобное. Выручил раз, значит в состоянии выручить снова. Гуляев же в свою очередь закусил губу, поднял брови и напряжённо почесал в затылке. А затем вдруг резко встал из-за стола и крикнул:

— Лейтенант! А тебе что, так сильно служба надоела⁈

— Чего?

— Да ты хоть знаешь, кто её муж⁈ — Лёня указал на Кристину Игоревну.

— Э-э-э…

— Кличка «Ортодонт» тебе о чём-нибудь говорит⁈

— Парень, ты бы успокоился…

— А теперь уже поздно меня успокаивать! — Гуляев упёрся кулаками о стол. — По-хорошему не получится! Я уже красный!

Воспользовавшись замешательством инспекторов, я во всеуслышанье заявил, что мне срочно нужно в туалет и выскочил из-за стола. А направился, конечно же, на выход.

Простейшая мысль: нет тела — нет дела. Вряд ли гайцы фиксировали эвакуатор на видео, так что доказательств самого существования грёбаной «волги» у них нет. Привиделось им. А мы вообще не понимаем о чём речь. Какая ещё машина, мужики, вы чего? Хорош бухать на службе.

Так что от тарантайки нужно срочно избавиться. Не так уж и сильно она нам всралась, чтобы встревать из-за неё во всякие оперативно-розыскные мероприятия. Нет! В конечном итоге всё будет хорошо, и в этом я даже не сомневаюсь. Когда всё закончится, мы ещё не раз посмеёмся над всей этой историей, но ключевое слово здесь — «когда».

С первого взгляда всё может показаться несерьёзным, но у меня сейчас слишком многое на кону, и потому мышление автоматом деформируется. Я просто вынужден всерьёз рассматривать самые плохие расклады.

Какие? Да вот такие:

Если менты пойдут на принцип, могут запереть нас всех до выяснения обстоятельств. Почему и за что — придумают. Уверен, им не в первой. При этом сопротивляться мы не станем, потому что это ещё бОльший косяк, — точно так же, как и дача взятки. Но раскручиваем линию дальше: если нас запрут, то тогда я во Псков ко времени точно не доберусь. А если я не доберусь во Псков ко времени, то…

— Доберусь, — сказал я, бодро вышагивая по парковке.

Свернул за нужной фурой и чуть лбами не столкнулся с бородатой крысой в тюбетейке. В двух словах растолковал старому суть вещей и то, от кого он ведёт свою родословную, но бить не стал.

— Скрылся нахер! — рявкнул я на ублюдка и для пущей убедительности топнул ногой. — Пошёл-пошёл!

А затем запрыгнул в эвакуатор, завёлся и потихонечку выехал с парковки. Выехал бы не потихонечку, но габариты… габариты, конечно, это да. Без практики реально сложно. А мне не хватало сейчас кого-нибудь чиркнуть для полноты картины.

Однако справился ведь. Сдюжил. Выехал на трассу, включил аварийку и начал сдавать по обочине полупустой Ленинградки назад. Мимо пролетали машины, а я всё ехал и ехал. Сколько я преодолел в километрах — чёрт его знает. Но если верить часам, назад я сдавал не меньше пяти минут и остановился у первого же съезда на просёлочную.

А вот дальше было самое интересное. Столкнуть с платформы машину без колёс — эдак у меня пупок развяжется. Внезапных суперсил как не было, так и нет. Магический дар, сука такая, тоже не прорезался, — почтовая сова из Хогвартса почему-то не добралась до Мытищ. Поэтому сейчас мне нужен был хороший уклон, в идеале градусов так-эдак под тридцать.

— Ну попробуем, — сказал я сам себе и начал аккуратненько заводить жопу эвакуатора в кювет.

Буквально крался по сантиметру. Потому что опасно оно, блин, и как бы самому вместе с «газелью» туда не кувырнуться. Однако и тут снова повезло. Трижды перепроверив, выдернут ли ручник, я снял куртку, выскочил из заведённой «Газели» и полез разбираться с ремнями.

Два крепления отстегнул, а оставшиеся два, — да простит меня Марчелло, — пришлось срезать ножом, который обнаружился в бардачке. Кромешная темнота и спешка не способствовали аккуратности, так что вот. Сейчас любые средства были хороши.

И наконец-то наступил момент истины. Смогу или не смогу? Вклинившись между машинами, я сел прямо на платформу. Спиной вжался в кузов «газели», ногами упёрся в морду «волги» и начал толкать. И чуть было не рассмеялся, когда дело пошло.