Современный зарубежный детектив-16. Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Валдес-Родригес Алиса - Страница 17

– Думаешь, стоит? – Руки Эрика оказались у меня на бедрах. – Это еще одна версия нашего мира, кроха. Если ты маленькая птичка и попалась двоим доберманам, сваливай или становись жертвой. Надеяться, что придет кто-то большой и добрый и вытащит тебя из их зубов, не надо.

– Это жестоко.

– Это обыденность. И на твоем месте я бы думал совсем о другом… – Его голос стал вкрадчивым. – «Как же хорошо, что сейчас там птица, а не я».

Синичке удалось запрыгнуть на невысокий камень, пробежать по нему и исчезнуть в траве. Доберманы удивленно уставились на это место, по очереди обнюхали его, помотали головами, а потом синхронно, как атлеты на олимпийских играх, упали на свои задницы.

– Молодец, – выдохнула я. – Она их перехитрила.

– Да, они даже тупее птицы, – согласился Эрик. – Кстати. Ты голодна?

– Нет, – развернулась я.

Он стоял слишком близко, и теперь его руки оказались у меня на попе. Я подняла голову, и мы встретились взглядами.

Боже, что-то было не так. Или так. Или…

Эрик изменился: его зрачки расширились, превратив зеленые глаза в почти черные, губы едва приоткрыты… Он был похож на зверя, только что заполучившего в свои лапы жертву. Мое сердце колотилось, как сумасшедшее, а смесь страха и возбуждения, которую он вызывал, грозилась испортить кружевное белье.

Сама не понимая, пытаясь успокоить или больше раздразнить, я подняла руки и положила ладони ему на грудь. Его сердце не отставало от моего: оно глухо и быстро билось, и я невольно привстала на цыпочки, чтобы дотянуться до его губ, но уже через секунду Эрик вернул своему лицу обычное насмешливое выражение.

Он убрал руки и шагнул назад.

– Тогда берем напитки и садимся обсуждать вопросы. Только чур не спорить, у нас есть планы по твоему обучению.

Сделав еще несколько шагов, он повернулся и направился к кухне. Эрик… уходил от того, что между нами едва не случилось!

– Подожди! – позвала я, пока он не сбежал окончательно. – Нам нужно обсудить произошедшее в пятницу?

– А что-то произошло? – задержался он у двери.

– Ты меня поцеловал.

– Боже, ты же умная девочка, – снисходительно улыбнулся Эрик. – У тебя была истерика, я ее заглушил. Ничего особенного.

Звон разбитого сердца раздался в моих ушах так громко, что я оглохла на пару секунд. Одна, две, и вот мне уже пора было брать себя в руки, ухмыляться в ответ и придумывать гордую колкость.

– Хорошо, что сейчас разобрались. Я и подумала: вдруг тебе нужен секс.

– Не переживай, – откровенно рассмеялся Эрик. – Во-первых, я не трахаюсь с теми, кто этого не хочет. Это будто пихать член в ведро с песком.

– А во‑вторых? – не успела прикусить язык я.

– Тебе бы все равно не понравилось, – ответил он. – У меня есть некоторые особенные привычки. Как-нибудь расскажу.

Когда дверь за ним закрылась, я резко отвернулась к окну и зажала рот рукой, запрещая себе плакать. У нас были просто деловые отношения. Максимум дружеские, и то если Эрик перестанет угрожать мне собаками.

Слезы я оставила на вечер, представляя, как доберусь домой, завернусь в одеяло, как донер в лаваш, и буду реветь до самого понедельника. Доберманы словно заметили перемену эмоций: они обменялись взглядами, подбежали к стеклу и уселись перед ним, как две небольшие черные статуи.

– Кроха, тебе сок или содовую?

– Содовую, – откликнулась я почти не дрожащим голосом.

Моя влюбленность – моя проблема. Я знала, что не умею долго страдать и тем более любить, но в этот раз болело как-то по-особенному. Ко всем обычным чувствам примешивалась возможность обрести нечто мощнее, чем увлечение на неделю. Я будто теряла не очередного ухажера, а того, кто мог привнести в мою жизнь нужные изменения.

Впрочем, он все еще мог попытаться это сделать. Как мой шантажист, начальник и… теперь и приятель. Господи, куда же я влезла?!

– Отойди от стекла, – предупредил вернувшийся Эрик. – Они чувствуют твой страх.

Страха во мне как раз и не было. Только горечь, разочарование и немного желания напиться.

– Начинаем, – скомандовал он, выдав мне стакан содовой. – Где у тебя список?

– В голове, – ответила я. – Начнем с главного. Что именно я должна приносить как информацию?

– Я же уже говорил.

Вранье. Все, что он мне сказал, не имело никакого смысла и ничего общего с тем, чем я занималась.

– Кстати, – отвлекся Эрик. – Я обещал тебе подарок, если устроишься на работу.

Он отошел к стеллажу, стоявшему у стены напротив, и вернулся с небольшим пушистым брелоком. Я помнила, там было что-то с чихающим бегемотиком, но эта тварь не имела ничего общего с тем милым и трогательным образом, что сидел у меня в голове. У нее была ужасная розовая морда с приоткрытой пастью, неровным рядом желтоватых зубов и плотно зажмуренными глазами, а вокруг – клочки черной шерсти.

– Боже, что это?

– Чихающий бегемотик? – уже не очень уверенно ответил Эрик.

– У него морда сплюснута.

– Неудачно упал с велосипеда.

– И шерсть.

– Это… высокогорный бегемотик. Как коровы в Шотландии.

Я крутила в руках чудовище, которое тем не менее с каждой секундой обретало странный и своеобразный шарм. Даже в своем уродстве оно было довольно трогательным, если перестать думать о том, кто это должен был быть. И потом, это подарок Эрика, и он о нем не забыл…

– Спасибо, – улыбнулась я, убирая брелок в сумку. – Я назову его в честь тебя.

– Тогда используй мое второе имя, – серьезно посоветовал Эрик. – Вдруг кто-то спросит.

– Я даже не уверена, что знаю твое настоящее первое.

Мы расположились на диване, соблюдая вполне приличную дистанцию. Что бы Эрик ни говорил, казалось, для него наш поцелуй тоже не прошел бесследно.

– Эрик Чесмор, – коротко поклонился он. – Или Эрик Максимилиан Чесмор. Можешь назвать бегемотика Максом, мне будет приятно.

Мало того что разговор становился абсурдистской комедией, так еще и его второе имя вызывало у меня непреодолимое желание заржать. Кажется, Эрик тоже понял это, опустив глаза на мою закушенную, чтобы смех не вырвался, губу.

– Знаешь что, Унабомбер… – начал он.

– Поняла, – вскинула руки я. – Отныне это бегемотик, и его зовут Максимилиан. Для друзей – Макс.

– Теперь вернемся к твоему вопросу. – Эрик сделал глоток из стакана. – Ты уже поняла, как работает «Рид солюшнс»?

– Мы делаем прогнозы, которые в отделе продаж превращают в инвестиционные стратегии. После этого они проводят презентацию своим клиентам, и те дают им свои деньги, чтобы сыграть на бирже.

– Если очень кратко, то верно, – удовлетворенно кивнул он. – А теперь внимание, проблема: так работает очень много компаний, но у «Рид солюшнс» процент удачных стратегий слишком высок.

– Разве это не вызывает подозрений у полиции?

– Хороший вопрос. Еще года три назад было подозрение на инсайдерскую торговлю, но посмотри на схему, по которой вы работаете. Открытые источники, аналитики, которые собирают данные из них, а не в барах и кулуарах. Все чисто. А вся наша индустрия только и говорит о том, что в этой компании есть особый отдел экстрасенсов, которые точно знают, что произойдет на рынке.

– А в каком он кабинете? – задумалась я. – Аналитики, бухгалтерия, продажи…

– Уна, такого отдела нет, – помахал у меня перед лицом Эрик. – Это преувеличение.

– Я поняла, не тупая. Шучу.

Видимо, я все-таки была бестолковой, потому что не шутила и правда поверила в эту теорию. Мир, в который меня швырнули, был слишком большим и загадочным, и я никак не могла до конца в нем разобраться, хоть и проработала целую неделю.

– Так вот, дело в том, что мне нравится этот успех «Рид солюшнс», – продолжил Эрик. – Если выражаться точнее, я тоже так хочу.

– Найми экстрасенса.

– Я сделал кое-что получше и нанял тебя. Ты будешь рассказывать мне, какие стратегии предлагает своим клиентам «Рид солюшнс». И я смогу следовать им сам и зарабатывать деньги. Классно придумал?

– Очень, – снова сдержала смех я. – Один вопрос.