Плюшевый: предтеча (СИ) - Плотников Сергей Александрович - Страница 5

Мануил поглядел на Клару с искренним любопытством. Такой взгляд на вещи ни за что не пришел бы ему в голову.

— Ваше сострадание делает вам честь, — сказал он. — Но на вашем месте я бы беспокоился, как нам самим выбраться отсюда.

Про себя он прикидывал: Весёлов, возможно, не успел передать информацию о торпедах. Значит, долг Мануила — выжить и сделать это вместо него.

Клара глубоко вздохнула.

— Да, конечно. Командуйте, Мануил. Я поступлю, как вы скажете.

«Действительно, умница!» — с удивлением подумал он.

1 СВР-2 — Служба внешней разведки (СВР-1 — Служба внутренней разведки).

2 Имеется в виду, представительница одного из племен, в древности расселившихся в степях вокруг огромного озера Симас. Ныне озеро и окружающие его земли принадлежат Ордену, симасцы являются обычными орденскими гражданами, и «чистокровных» — то есть с золотистой кожей и раскосыми золотистыми глазами — уже нечасто встретишь.

Глава 2

Асимметричный ответ

869 год от Исхода по летоисчислению Старой Терры (10-й год правления императора Энгеларта Седьмого на планете боевых искусств)

Интерлюдия. Метакосмос вблизи Синей Терры. Кирилл и Агриппина Урагановы

Кирилл Ураганов еще раз проглядел документы перед ним на большом интерактивном столе. Просто чтобы убедиться, что он ничего не забыл. Но нет, за неделю пути все просмотрено и пересмотрено на много раз.

Вот — довольно издевательское письмо от Совета Олигархов Синей Терры с требованием экономических уступок. А они, мол, тогда подумают, отпускать ли Леониду Весёлову. Аркадия Весёлова в любом случае придержат, поскольку ему предстоит ответить за преступления, совершенные на Синей Терре и на Алом Лепестке Цветка Равновесия. С намеком, правда, что его могут обменять на какую-либо равноценную фигуру, удерживаемую в Ордене. (Такая фигура только одна: международный террорист Тунтун Ковье, глава одной из фалийских так называемых «частных армий», который ныне в орденской тюрьме ожидает исполнения смертного приговора под безмагическим полем).

Во-вторых, отчет Анатолия Савельева, секретаря Магистериума народного образования по представительской работе — грубо говоря, основного организатора поездки. По его словам, ранним утром в день нападения Весёлов явился к нему в номер, разбудил («Скорее, грубо растолкал и обматерил впридачу, иначе тебя, слизняка, не припашешь», — подумал Ураганов) и заставил заниматься срочной эвакуацией делегации. Согласно отчету Савельева, они почти успели — как раз ожидали погрузки на эвакуационный катер последних пассажиров, включая самого Весёлова с женой и телохранителями. Однако, когда включилось поле подавление магии и электрического сигнала, всяческая связь с Весёловым пропала, и капитан экипажа катера, кентарх Филиппов, принял решение взлетать — как писал Савельев, «несмотря на мои протесты».

Ураганов еще раз криво усмехнулся, перечитывая этот пассаж. Он немного имел дело с Савельевым: как директор частного образовательного холдинга «Маяк», управляющей несколькими магическими школами и даже учреждением дополнительного магического образования «Светлячок» (что-то вроде аспирантуры для магов, посвященной высокоэнергетическим магическим исследованиям, которое курировал одновременно институт ММИТ и Магистериум войны), Ураганов частенько пересекался с высокоранговыми функционерами наробраза. И составил о нем не самое лестное мнение. Нет, управленец действительно хороший, иначе Алёна не оставила бы его на прежней должности, когда стала магистром два года назад. Но как человек — трус и паникёр. Ураганов очень живо представил, как он истерит и требует от кентарха взлетать, а тот сквозь зубы отвечает, что ждет назначенного времени старта. И ведь дождался! Вот его отчет рядом.

За три минуты до включения подавляющего поля кентарх Филиппов получил звонок от Весёлова. Тот сообщил, что на него, жену и охрану напала группа хорошо вооруженных и подготовленных магов, что они почти нейтрализовали эту группу, но он ожидает других ловушек, и что если они не появятся через десять минут, то Филиппов должен взлетать и увозить всех. Филиппов выдержал назначенное время до секунды, причем взлетел на аналоговых приборах, без электронных компонентов, что само по себе показывает ювелирное владение матчастью. Такие ребята среди молодых специалистов (а кентарх действительно молод, не сменил карьеру после омоложения) — редкость. Впрочем, Ураганов уже написал отдельное ходатайство приставить Филиппова к награде.

И тут же рядом отчет командора второго ранга Куприянова, капитана условно пассажирского судна, доставившего Орденскую делегацию к Синей Терре. Его тоже чуть не взяли на абордаж и ему пришлось выдержать целый метакосмический бой. Из-за этого Куприянов не смог сразу принять на борт катер кентарха Филиппова, был вынужден совершить массу уклоняющихся маневров, потом подобрать этот катер, отлично замаскированный «зеркальным полем» (экспериментальная технология, созданная на основе анализа приемов метакосмических китов) в нескольких десятках миль от планеты. Тоже молодец. Впрочем, неудивительно: Куприянов — один из бывших детей-волшебников, узников Проклятья, и протеже Аркадия.

А вот отчет самого Аркадия, переданный вместе с кентархом Филипповым. Очень сухо составленный — официальное донесение, а не личное письмо. Весёлов все-таки выполнил то, зачем нелегкая понесла его на Синюю Терру лично: встретился то ли с одним из немногих, то ли вообще единственным агентом Ордена на Синей Терре, и тот все же передал ему критически важную информацию — расположение ядерных торпед, построенных синетерранцами с помощью сбежавшего туда пятнадцать лет назад «Ковчега» проворовавшихся фалийских элитариев! Координаты торпед Аркадий и передавал. Ряд формул и условных обозначений мелким шрифтом был длиной чуть ли не в полметра — иначе положение в метакосмосе надежно не укажешь. Наверное, именно над зашифровкой этих координат, полученных с помощью нейрорезонанса, Аркадий и просидел всю ночь накануне нападения.

Помнится, пятнадцать лет назад Кирилл и Аркадий как раз поспорили на этот счет. Кирилл посчитал, что фалийские неудачники, полностью провалившись у себя на родине и чуть было не ввергнув планету в глобальную войну на пару со своими подельниками из Истрелии, на новом месте тоже ничего путного не сделают. Просто за несколько десятков лет сопьются и сторчатся, а также будут постепенно вырезаны местными за лут. Аркадий же задумчиво заметил, что он не стал бы недооценивать носителей старотерранского прогрессивного мышления, которые попали в весьма хищную и агрессивную среду постоянно сражающихся между собой магических кланов. А также что в свитах этих элитариев были весьма толковые люди.

«Вот увидишь, — сказал он, — еще наплачемся! Надо там за ними приглядывать».

И Кирилл согласился, что приглядывать в любом случае надо, но, к счастью, это не его проблема. Он — всего лишь глава общественной организации, пусть и с громким титулом «Верховный маг». Это Аркадий по уши замазан во всех государственных эволюциях Ордена. Вот пусть он и возится. А у него, Кирилла, забот полон рот и с Ассоциацией магов, и со школами, и с детьми. Особенно приемными девочками с Цветка Равновесия, чья адаптация на Старой Терре в то время шла не так гладко, как ему бы хотелось. И Аркадий сказал, что конечно.

Ну вот… довозился.

И теперь это так и или иначе все-таки забота Кирилла. Пусть как временно мобилизованного гражданского консультанта — но все же.

А главное, этот придурок как всегда! Почти всех эвакуировал — кроме Весёловых и их телохранителей только один член делегации, некая «К. Н. Мероева», числился среди пропавших без вести. А сам попался! Только в этот раз еще Алёну с собой утащил.

Кирилл скрипнул зубами. Взъерошил пальцами кудрявые волосы, еще раз окинул взглядом список документов.

Самого главного документа, секретного доклада Алексея и Марины Весёловых на имя главы Магистериума войны Теримову с копией Великому магистру Михаилу Бастрыкину, тут не было. Но Кирилл Ураганов его читал — потому что было бы странно, если бы два не-мага, Теримов и Бастрыкин, утаили от своего магического консультанта такую информацию. И еще страннее было бы, если бы это сделали Лёшка и Марина, воспитанник и старая подруга.