Наследство с подвохом для попаданки (СИ) - Стрелецкая Екатерина - Страница 94

– Тори!!!

Глава 74. Любовники и любовницы

Обалдеть! Вот это эмоции, даже вежливое обращение забыл добавить! Впрочем, мне вот это и было нужно, чтобы до конца уравновесить оба источника. Обрывки потоков скользнули до каждого из источников, заизолировав их друг от друга и исключая в дальнейшем вероятность взаимодействия, даже если направлять друг в друга из выставленных параллельно ладоней. Кряхтя, я попыталась подняться, но выходило, откровенно говоря, как-то не очень.

– Тори! – снова выкрикнул Геймовер и, подскочив ко мне, поднял на руки. – Жива... Зачем так было рисковать?!

– О, а перчаточек-то на вас нету! – откашлявшись, я забарахталась, пытаясь выбраться из цепких рук эльфа. – Если что, вам их Линд чуть позже вернёт.

Геймовер с удивлением посмотрел на свою левую руку, которой придерживал за моё плечо, а потом на меня: – Это как?!

– Вам научными терминами или достаточно будет в двух словах, не углубляясь в подробности? Ах да, я, кажется, обещала из вас душу вынуть... – снова шевельнув пальцами, я чуть потянула на себя «двадцать один грамм Геймовера», заставив активизироваться оба источника.

Но эльф даже не покачнулся, хотя абсолютно точно ощутил воздействие моей магии.

– А в прошлый раз ваша аура показалась мне мёртвой... – пробормотал Геймовер, а затем расхохотался и закружил меня по залу. – Спасибо, Тори!

Мужские губы оказались в опасной близости от моего лица, отвлекая от сияющих, словно звёзды, фиалковых глаз. Как-то до этого не обращала внимания на то, насколько хорош собой Геймовер... Какой же он всё-таки красивый мужчина... Но не слащавый, а как раз очень даже в моём вкусе. Сердце пропустило удар, болезненно сжимаясь в груди.

– Габриэль... – Но договорить уже не смогла, повинуясь внезапному порыву, когда губы мужчины коснулись моих. Мозги сразу же отшибло напрочь, заставляя раствориться в накрывших эмоциях. Я никогда не думала, что поцелуи могут быть такими чувственными, заставляющими буквально раствориться в человеке... Моё тело буквально плавилось в крепких объятиях, остро реагируя на каждое прикосновение эльфа, как будто вся кожа превратилась в один оголённый нерв, но не приносящий боли, а заставляя голову кружиться от удовольствия.

Оторвавшись от этого умопомрачительного поцелуя, я дотронулась подушечкой указательного пальца к мужским губам и прошептала: – Габриэль, не надо... В наших семьях супруги и партнёры умирают быстро... Не самый лучший способ самоубийства, поверь...

– Прости... те, мисс Тори, – пробормотал эльф отстраняясь.

Вдохнув воздуха так, что снова закружилась голова, словно от опьянения, я как можно более сухо произнесла, хотя внутри душа разрывалась от боли: – Благодарность принята, но давай...те, без продолжения! Это в наших же интересах. Тем более что сейчас у вас появился шанс устроить свою жизнь с более подходящей девушкой. Мне кажется, причина была именно в конфликте даров, который передавался и младенцам.

Геймовер покачал головой: – Не думаю, что дело в этом, ведь магия просыпается гораздо позднее. Но ещё раз прошу простить меня за этот порыв.

– Я обещала уйти после того, как продемонстрируете оба своих источника, а своё слово всегда держу. Мне пора.

Осторожно поставив меня на ноги, эльф округлил глаза, поняв, что я без корсета.

– Извините, торопилась, боялась не успеть. Зато теперь на встречу с лордом Хелгаром можете идти без опасений.

Я готова была говорить всё что угодно, чтобы побыстрее забыть всё произошедшее сейчас. Жаль, что мы оба оказались «такими», но играть в «санатеровскую рулетку» пока не готова, и даже не знаю, смогу ли когда-нибудь переступить через себя, как это сделал бабушка и многие другие женщины из рода Дигейст. Смущаясь, словно подростки, застуканные строгими родителями за чем-то неприличным, мы поправили свою одежду.

– И всё-таки, мисс Тори, что именно вы сделали, а главное – как?

– Изолировала оба ваших источника так, чтобы впредь магия из них не пыталась притянуться друг к другу. Санатеры и призраки могут видеть магические потоки, пронизывающие всё вокруг. Обычные маги, даже некроманты, пользуются лишь одним из них, назовём его «живым». Вот с помощью обоих потоков, я и смогла всё это провернуть. По нашим расчётам с Далией и Бриком, эти изменения не будут иметь разовый эффект, а передастся вашим детям, если решитесь всё-таки завести семью. А сейчас нам лучше вернуться в дом, здесь больше делать нечего, да и мне хотелось бы отдохнуть.

– Да-да, конечно.

И вот передо мной стоял прежний собранный и немного отстранённый Геймовер, которого я увидела однажды на пороге своего особняка. Всё правильно: один душевный порыв ничего не значит, просто эмоции захлестнули на фоне радости. Я, наверное, тоже рехнулась бы постоянно ограничивать себя в прикосновениях к живым людям и носить эти проклятые перчатки.

Оказавшись за пределами тренировочного зала, я позвала Линда: – Верни, пожалуйста, то, что взял!

На моей ладони оказались часы Рэйда.

– Линд!!! Ты что творишь?! Перчатки верни!

– Мисс Тори...

– Прошу простить моего слугу, вечно у него всё к пальцам липнет... Но я обязательно проведу с ним воспитательную беседу! – вручив Геймоверу перчатки, с удивлением увидела, как тот начинает их надевать.

На мой немой вопрос он пояснил: – Пока пусть никто ничего не знает. Преимущество никогда не помешает.

Что ж, резонно. До дома мы шли молча, призраков я отпустила сразу, как извинилась за выходку Линда. На душе было так погано, что хотелось волком выть. При любых других обстоятельствах могла закрыть глаза на разницу в социальном положении и репутации, позволив себе коротенькую интрижку, а может, и не только, но не здесь и не с Габриэлем. Сейчас как никогда понимала свою маму, стремившуюся избавиться от «вдовьего проклятия санатер», сбежав в другой мир. Да, в её случае так и произошло, хоть и при печальных обстоятельствах, когда на кону стояла жизнь. Однако не сильно побег помог в обретении семейного счастья, жизнь спас, да, появилась я. Будь моя воля, собрала бы вещи прямо сейчас и вернулась в свою квартиру, если бы была возможность и уверенность и там не стать вдовой вскоре после свадьбы. Попрощавшись с Геймовером, я отправилась к себе и завалилась спать. Пока это было лучшим решением, чтобы не сожрать саму себя угрызениями совести, что откликнулась на тот поцелуй. Утром уже будет другой день, всё позабудется, станет по-другому.

Не забылось. Проснувшись, я не сразу сообразила, что это такое стоит на тумбочке, а когда поняла, мигом соскочила на пол.

– Быстро все ко мне!

Когда простынчатые собрались в спальне, я показала на букет тюльпанов с нежно-розовыми бутонами, стоящий в изящной фарфоровой вазочке. Призраки стояли с абсолютно нейтральными лицами, словно не понимая, о чём идёт речь.

– Кто рассказал лорду Габриэлю, какие именно цветы я люблю? На территории поместья тюльпаны не растут, так как эльфы считают их грубоватыми и не совсем достойными, чтобы услаждать взор. Брик! Прекрати поигрывать бровями, это была цитата, если что! Итак... Кто из вас раскрыл информацию обо мне?

Сантия спрятала руки в широких рукавах своего платья и тихо произнесла: – Мисс Тори, на языке цветов розовые тюльпаны символизируют поздравления и добрые пожелания. Вам просто пожелали доброго утра.

– А ещё нежность и начало романтических отношений! – восторженно добавила запрыгавшая на месте Мидда, за что её едва не испепелили взглядами, затолкав назад.

Но тут быстро вмешалась Лавиния, с томным презрением в голосе протянув: – Не принимайте близко к сердцу, мисс Тори! Это слишком дешёвые цветы для эльфов, вас просто хотели оскорбить и унизить. Так что всё в пределах нормы, как и всё в этом доме. А розовый... На мой взгляд, он вульгарен и показывает, что вас воспринимают, как маленькую девочку. Знаете, одну из тех, кто пищит от восторга при виде всего розовенького, воздушно-зефирного и ванильного.