Мерзавцы! Однозначно (СИ) - Матвиенко Анатолий Евгеньевич - Страница 35

Ещё более испортили настроения сообщения из Китая. Север Манчурии, включая Харбин, практически полностью взят под контроль японцами. Наш посол получил письменные заверения от правительства, что китайцы рады бы вернуться к исполнению договоров о совместном использовании КВЖД, подписанных ещё с имперской Россией, но у Пекина силёнок нет выбросить оттуда японцев, фактически — оккупантов.

Седов собрал военный совет в узком кругу.

— Если возьмём Харбин, это — война с Японией? — он поставил вопрос ребром.

— Не обязательно, — покачал головой Чичерин.

— Крупных сухопутных сил у японцев там нет, — заверил Брусилов. — Вообще, японцы славны умением бить слабых — китайцев или дезорганизованную армию дуралея Куропаткина. Корея им была важна, Манчжурия в меньшей степени. Главный штаб подготовил список мер. Если поступит приказ — составим точный план и приступим к реализации.

Генерал предусмотрел накачку войсками Владивостока, чтоб морской десант или сухопутное наступление из Кореи выглядели утопией. Потом наступление на Харбин вдоль железнодорожного полотна одновременно с запада и востока, далее операция разворачивается на юг — до соединения Южного Транссиба с внутренней железнодорожной сетью Китая. На этом этапе — предложение тройственного договора с правительствами обеих азиатских стран и прекращение боевых действий.

Присутствующие уставились на Президента, взявшего долгую паузу. Тот молчал, даже глаза прикрыл.

Азия… Как часто локальные военные операции, призванные решить ограниченную задачу, перерастали здесь в затяжную войну. Американцы рассчитывали разбомбить Северный Вьетнам за несколько месяцев. Ну, в крайнем случае, годом позже дожать Вьетконг в джунглях, высадив морпехов на полуостров. Чем кончилась их специальная военная операция? Позорным бегством из Сеула через десятилетие. Потом наши захватили Кабул, пристрелив доверчивого Амина, думали — вот, вопрос решён, марионеточный глава государства, поддерживаемый советскими штыками, удержит власть долго-долго… Облом. Затем американцы наступили на те же грабли с прогнозируемым успехом.

Но!

Как-то раз в 2010-х годах в московском офисе партии отмечали очередную годовщину падения коммунизма в Европе. Некто из молодых, зная зоологическую нелюбовь лидера партии к коммунистам, запустил видео с польской песней, написанной до крушения Берлинской стены и развала Варшавского договора. Пела симпатичная дамочка на фоне огромной красно-белой физиономии (2): Mój dom murem podzielony…

Парень переводил, никто больше не знал польский: «Мой дом стеной поделен, поделена лестница, по левой стороне уборная, по правой — кухня», и сложно было поначалу въехать, что имеется в виду, пока голос не взлетел до крика: «Одна сторона улицы сияет неоновыми огнями, вторая погружена в тьму». Песня была пронизана болью за прозябавших в темноте, вечно сонных и не способных проснуться.

Когда-то в молодости Седов, как и большинство в СССР, находился в плену у иллюзии, что разделение стеной происходит по идеологическому принципу, у нас «справедливость» и коммунизм, у них — «загнивающий» капитализм и эксплуатация человека человеком. А потом? В постсоветской России построен такой же частный и государственный капитализм, как на Западе, только размах меньше и уровень жизни ниже. И снова — стена разделяющая, наращиваемая с обеих сторон.

Потом ему показали снимки в Интернете — два пограничных города на Дальнем Востоке, российский и китайский, стоят друг против друга по берегам реки Амур. Их город Хэйхэ, совсем недавно — сущий зажопинск, разросся до миллионника и «светит неонами», Дубай в миниатюре. Ну а русский Благовещенск будто застрял глубоко в ХХ веке, словно тёмная сторона улицы в той песне. Вероятно, фотографии подобраны намеренно, со злым умыслом, в любом городе России найдётся срань, как и в китайском, тем не менее…

А ведь было всё наоборот! Именно русская цивилизация вдохнула жизнь в безлюдные степи Северной Манчжурии, проложив дорогу через Харбин, до этого — обычное захолустное село. Тот же Хэйхэ зародился от приграничной торговли через реку, благодаря существованию Благовещенска. От России должен идти прогресс! И как его символ — светить неоновые огни.

Значит, придётся рискнуть.

Он открыл глаза.

— Готовим и начинаем операцию. Брусилов! Действовать придётся далеко от баз и на чужой территории. Обеспечь 4-х или даже 5-кратное преимущество, используй авиацию. Провизия, боеприпасы, топливо — чтоб хватило идти отбивать Порт-Артур.

— Именно так и намеревались, товарищ Президент. Война в Азии зачастую труднопредсказуема.

До конца дня Седов мучился сомнениями. Да, порой лучше сделать и жалеть, чем жалеть о несделанном. Да, конфликты, запомнившиеся как Хасан и Халхин-Гол, завершились благополучно для России, а в 1945 году японская военщина, деморализованная ядерными бомбардировками, оказала слабое сопротивление Красной армии. Но всё может пойти не так…

Он прибег к испытанному способу снимать стресс и преуспел, пока Ольга, дав ему отдышаться, не огорошила:

— Леонид! У вас работает шпион — на самом высшем уровне.

В спальне менее всего он был расположен к разговором о делах, поэтому переспросил лениво:

— Уверена?

— Да. Через меня проходят все документы о переговорах с англичанами, многое слышу сама. Обрати внимание: они знают твои козыри наперёд. А кто их предупредил, что подлодка попадёт к русским? Иначе бы не стерегли её.

Благостное настроение слетело как паутина под шквальным ветром. Если с лодкой утечки возможны прямо там — в порту, то обсуждение тактики будущих переговоров происходило только в присутствии самых доверенных лиц.

— Шпионка — ты? Самая информированная. Как Евдокия.

— Шпионов внедряют, насколько я читала, — не смутилась Ольга Дмитриевна. — Ты сам меня выбрал из машинисток, хоть и не самую эффектную на вид. Кого тебе подсватали намеренно?

— Машку. Это понятно. Ты хочешь устранить её и остаться около меня в одиночестве? Не выйдет. Мне часто нужна женщина, ждать, когда пройдут «эти дни», не желаю.

— Да возьми хоть танцовщицу типа Лолы, только проверь на сифилис, не хватало мне через тебя подцепить.

Седов отодвинулся.

— Уходи. Ты — злая. Мне нужны утешение, сочувствие, ласка. Я работаю на разрыв для всей России. А теперь не отдыхать, не спать, думать о шпионах? Всё, о чём ты говорила, не обязательно исходит от кого-то вроде Мэри или высокопоставленного чиновника в ЦК или СНК. Возможны, наконец, отдельные утечки сведений, совпадения.

— Совпадений не бывает, — огрызнулась Ольга и ушла, одевшись.

А Седов грыз подушку в одиночестве, снедаемый мыслью: вдруг она права.

(2). Автор слов — Казик Сташевский, группа «Культ», 1987 год. Лучший кавер этой песни (в исполнении Эвы Фарна) доступен по ссылкам https://www.youtube.com/watch?v=B7sXl9UzOZ8&t=12s или https://www.facebook.com/reel/1974619969284112, рекомендую. Кто не понимает польский (белорусы практически все понимают), имеет смысл ознакомиться с переводом и ощутить смысл, тогда последний куплет производит сильный эффект.

Глава 14

Бонч-Бруевич притащил двух авиаконструкторов. Сикорский был хорошо знаком Седову, один раз сам пилотировал «Илью Муромца», когда Председатель использовал громадный аэроплан в качестве «такси в булочную». При упоминании имени-фамилии второго вздрогнул и постарался сдержать эмоции, подогретые эхом советского воспитания и многочисленными фильмами о Великой Отечественной войне, где немецкие бомбардировщики превращали в щебень и пепел наши города, первым порывом было схватить телефонный аппарат и разбить о голову гостя, чтобы эта голова никогда не выдумала…

Сейчас другая история, одёрнул себя Президент, и нужно сделать, чтоб бомбардировщики фирмы «Хейнкель» никогда не летели в Россию бомбить.