Счастье по собственному желанию - Романова Галина Владимировна - Страница 58

Да, а как бы успели, если едва они вышли на крыльцо, как в лицо им ударил сбивающий с ног ослепительный свет прожекторов?!

Люба тогда так испугалась, что подумала было что ее уже убили. Тем более, что кто-то сбил ее с ног, и она упала, больно стукнувшись головой и плечом о доски крыльца. И пролежала там почти все время, пока этих троих обезвреживали. Вернее, не троих, а четверых, потому что вероломный Генка Сячинов переметнулся на сторону преступников. Хотя он-то кто, не преступник разве?..

Наутро Ким повез ее куда-то, и там ей пришлось долго и терпеливо отвечать на многие вопросы. И на следующий день, и еще и на следующий, и еще… И еще потом формулы вырисовывать на обычной школьной доске. И предположительные составы синтезировать, устно, правда. И там ей, кстати, и объяснили, почему мчалась в тот день на нее машина, которую угнали у Кима.

Это, оказывается, господин Хелин решил подстраховаться, убив ее. Узнал от нее же самой, что вокруг нее какие-то сомнительные дела происходят. Квартиру там перевернули вверх дном. Какой-то странный человек рядом пасется. Что она напугана, и что собирается даже от кого-то прятаться. Он и пустил в дело машину, которую угнали утром у человека, что шел за ним по пятам. Его люди эту машину, собственно, затем и угоняли, для подставы то есть. Это уже по ходу дела решили убить с ее помощью Любу.

А Ким ночью по телефону, оказывается, совершенно о другой машине говорил. О той, что в кустах пряталась и из которой велось наблюдение за лесным домиком. А она подслушала, понять ничего не поняла, а понапридумывала…

Иванов тоже объявился, с виноватой рожей. И каялся перед Кимом и перед ней, и извинения просил, и плакал даже. Только Люба слезам его не поверила. Ему заплакать было что высморкаться. Плакал, плакал, а потом как ляпнет, повернувшись к Киму:

– Вот, дружище, возвращаю ее тебе, так уж и быть.

Ким молчал не больше минуты. Скривил губы, прошептал что-то неразборчиво, наверняка, выругался, и выдал с чувством:

– Дать бы тебе по башке, Серега!.. Но не могу. Потому как за одно тебе все же благодарен…

– За что? – вскинулся тут же Иванов, хотя опасение получить башке заставило его втянуть эту самую башку в плечи.

Люба тоже, кстати, заинтересовалась. За что можно благодарить такого человека, как ее бывший муж, она себе представляла с большим трудом.

– За то, что именно ты на ней женился, а не кто-нибудь, – проговорил Ким, с облегчением вздохнув. – Вышла бы замуж за нормального путевого мужика, да детей бы нарожала, не видать бы мне ее никогда. Никогда уже…

И так он это сказал, что у Любы мгновенно сердце защемило. Тут и слез никаких не требовалось. Одних этих слов его было достаточно.

И слез-то, к слову, пустых. Иванов тут же лицо утер, посмотрел гоголем и не забыл добавить напоследок:

– Ну, вот видишь! С тебя тогда еще и причитается.

Ну, не придурок!..

Ким вернулся из гостиной озабоченным и смущенным. Сел на краешек кровати. Поставил локоть на голое колено, подпер ощетинившийся к утру подбородок растопыренной ладонью и посмотрел на нее, не забыв толкнуть задом:

– Люб, хорош притворяться, знаю, что не спишь!

– И что с того? – проворчала она, пытаясь удержать одеяло, что он с нее начал стягивать. – Кто звонил?

– Вот и я о том же?!

Так они все время разговаривали. Смешно, почти бессвязно и чужому уху совсем непонятно. Они друг друга понимали, этого было достаточно.

– Ну? – Люба приподнялась и подоткнула себе под спину подушку повыше. – Если у тебя такой вид, то…

– Угадаешь, с меня подарок, – поддразнил он ее и улыбнулся, и уставился на нее с вызовом. Разве не примешь? Тем более, что подарок обещан.

Люба нахмурила бровки, покусала губу и медленно, старательно взвешивая каждое слово, предположила:

– Если у тебя такой растерянный вид, значит, что-то тебя застало врасплох. А что может застать врасплох такого крутого парня, как мой Ким? Только…

– Ну? – он уже нетерпеливо приплясывал ногой и вовсю улыбался.

– Только… Незапланированный визит будущей тещи и тестя! Я угадала? – и улыбнулась ему победно и со значением.

Рассказывать о том, что накануне полчаса разговаривала с родителями по телефону из своей квартиры, она, конечно же, не собиралась. Как же она без подарка-то?..

– Ты знала?! – ахнул Ким потрясенно. – Любовь! Ты знала!!!

– Что ты им сказал, милый? – Люба улыбнулась ему в ответ. – Наверняка мямлил и говорил что-то типа того, что мы еще ничего не решили. И что не хотели бы торопиться.

– Прям щасс! – и Ким показал ей кукиш. – И не надейся, милая! На этот раз тебе не отвертеться!

– И что сказал? – она поймала его руку и поцеловала обидно скрещенные пальцы. – Неужели назначил дату?.. А меня спросил?

– Я и спрашивать не буду, потому что… – он выдернул ее из-под одеяла, прижал к себе и проговорил с улыбкой влюбленного по уши пацана: – Потому что женимся мы, Любовь! Первый раз мы с тобой женимся…