Золотой край. Трилогия (СИ) - Русских Алекс - Страница 30

Нарвался! Уже к дверям буфета подошел, как в толпе мелькнула перемазанная йодом физиономия давешнего преследователя, который из-за меня асфальт лицом пропахал. Получается, сообразила криминальная команда, куда я мог деться. Ну, да, в аэропорт точно не поеду уже, а морвокзал ближе всего, и перехватить в море меня будет нереально. Вряд ли тут вся шайка-лейка, но два-три человека вполне могут быть. Да мне с головой хватит и столько. Жаловаться в милицию тоже никак нельзя – тогда придется рассказывать и про договоренности с Аркашей, а там уж так накрутят, может плохо для меня кончиться, да и неизвестно, на каком уровне у архаровцев в здешней милиции.

И спрятаться негде, осталось только шмыгнуть в буфет за дальний столик. Сбросил на пол рюкзак, сел на него – так меня не видно из окон и от входа, но, стоит войти в зал и меня будет видно на прострел. Одна надежда - не догадаются мои недруги в буфет зайти.

- Ты чего, прячешься что ли?

Посмотрел снизу вверх на спрашивающего. Ну, надо же. За столиком стоял давешний водитель, только уже одетый в морскую форму и с любопытством смотрел на меня.

- Да, попал по полной, - признал я очевидное.

- От кого хоть бегаешь?

- С блатными местными поцапался, морду одному отрихтовал так, что теперь, если поймают, то бить будут долго и сильно. И хорошо, если только бить.

- Ну, ты попал, - сочувственно произнес моряк, - А что на «Комету» не сядешь?

- Билет на десять, но на пути к пирсу меня быстро срисуют.

- Деньги-то есть? – прихлебывая чай, поинтересовался собеседник.

- Деньги-то есть, счастья нет.

- До Керчи поплывешь? – новый вопрос.

- Причем с удовольствием, - и даже с радостью, если честно.

- Сколько дашь?

- Полсотни нормально будет? – я бы и больше дал, но не стоит показывать, что что я по меркам Союза богатенький Буратино.

- Посильно?

- Да нормально, дал бы больше, но на дорогу нужно оставить.

- Идет, - моряк заметно повеселел, - Сам понимаешь, я не один. Подожди здесь, не убегай.

Владелец «Запорожца» революционной расцветки одним глотком добил стакан, поставил его на столик и быстрым шагом удалился.

Подождать он говорит! А что еще мне делать остается? Аккуратно выглянул из своего укрытия – недалеко от двери торчал тип с побитой мордой, на которую оборачивались проходившие мимо люди. Гадство такое, хоть бы сюда не сунулся.

Моряк вернулся минут через пять, показавшихся мне вечностью.

- Натягивай поверх одежды, - он протянул мне сверток, - На пару размеров больше, чем у тебя, должно подойти.

Сверток оказался матросской робой, засунутой в холщевый мешок. В таких обычно письма пакуют на почте. Быстро натянул одежду, нормально получилось, только штанины пришлось подвернуть.

- Рюкзак в мешок клади.

Как раз багаж мой по размеру подошел. Отлично, а то черный рюкзак меня буквально выдавал – нет больше такого ни у кого.

- Сейчас идешь за мной в метре сзади. Мешок на плечо – прикроешь голову. Не останавливайся, не отставай, не говори ни с кем. Понял? – проинструктировал меня моряк.

Я только головой кивнул – мол, проникся, буду действовать строго как велено.

- Пошли!

Закрыв лицо мешком, двинулся за своим провожатым. Самому только его спину и видно, да и то одним глазом. Но лишь бы не узнали. Прошли мимо отрихтованного об асфальт архаровца, я чуть глаз скосил – стоит, не дергается. Видимо, не признал. Ну да, он же на матроса не рассчитывает, а тут еще из-за робы фигура стала шире, пока на лицо не посмотришь, не узнаешь и рюкзака приметного не видно. Хорошая маскировка.

Прошли по пирсу, потом по вздрагивающему под шагами трапу попали внутрь «Кометы». Несколько поворотов, просторный салон, опять маленький коридорчик. Моряк открыл небольшую дверцу в переборке.

- Заходи сюда.

Внутри оказалась тесное помещение с двухъярусной кроватью и неровным потолком с окошком на самом верху. Внутри светло благодаря круглому иллюминатору и стеклянному фонарю на потолке.

- Дежурная каюта, здесь у нас рулевые отдыхают, а иногда людей из пароходства возим. Кидай мешок в угол, сам запрыгивай наверх. Сиди тихо, не выходи, приспичит, терпи, сейчас будем принимать пассажиров. Через двадцать минут отходим. Потом покажу, где здесь гальюн.

Он захлопнул дверь, но тут же вернулся.

- Да, деньги давай.

Залез в карман за бумажником, отсчитал пять червонцев.

- Долго хоть плыть?

- По морю не плавают, по морю ходят, - наставительно произнес мой спаситель, - Двенадцать часов, еще будем в Новороссийск, Туапсе, Анапу заходить. Хочешь - там сходи, только предупреди, чтобы я не искал. Можешь спать, потом в салоне появятся места, пересажу туда, если захочешь.

Дождавшись, пока моряк выйдет, я закинул на верхнюю полку свой багаж, затем взобрался туда и сам.

Глава 14. Керчь гостеприимная

Наверное, сказалось пережитое волнение, пока ждал отхода, умудрился крепко заснуть. Проснулся как-то сразу, попытавшись встать, но мощный удар по лбу отбросил голову на подушку. Распахнул глаза, решив, что меня все-таки настигли преследователи, но увидел только низко нависающий потолок.

Блин да это я в него впечатался с размаху. Аж звон пошел. Я потер рукой пострадавший лоб. Тут надо быстро растереть, чтобы кровь не запеклась под кожей, тогда шишки не будет или она получится совсем незаметной. Поморщился, через боль растирая место ушиба, но тут ничего не поделаешь. Надо же так ударится, аж искры из глаз.

- Ну, ты даешь, - послышался снизу знакомый голос, - Приснилось что или об подволоку убиться решил?

Свесился с кровати. За столом расположился мой спаситель.

- Плывем уже? – сразу же понял, что вопрос неуместен, слышно же – двигатели шумят и движение ощущается.

- Да уже два часа в пути, - хохотнул собеседник.

- А это… где у вас тут можно?

- Гальюн понадобился? Пошли, покажу.

Местный туалет оказался совсем рядом. Вышли из каюты, поднялись по трапу в три ступеньки, пройдя по широкому, но короткому коридору, спустились еще по одной гулкой стальной лесенке.

- Вот, справа две двери, там гальюны. Если прямо идти, там задний салон и буфет, - провожатый махнул рукой, показывая, где что.

Гальюн, если честно, оказался очень похож на туалет в поезде, вот прямо точь в точь, такой же маленький унитаз и умывальник из нержавейки, только звонкого тудух-тудух под ногами не слышно. Главное, что чисто, а то иногда в поездах просто кошмар бывает. Заодно и умылся, поплескав водой в лицо, чтобы прогнать сон. Посмотрел в зеркало над умывальником – вовремя все же успел растереть место удара – шишки не видно, только небольшое красное пятнышко присутствует. Потрогал – еще болит немного, но думаю, скоро пройдет.

Вышел из гальюна – моряка уже нет. Он вроде говорил про буфет, я с утра так и не позавтракал, а уже время ближе к обеду. Зашел в кормовой салон – действительно, слева небольшая стойка, но люди рядом с ней не толпятся, что не удивительно – цены тут ресторанные, а выбор не так чтобы очень.

Взял пару бутылок лимонада со странным названием «Экстра лимонная», несколько коржиков и пару бутербродов с сыром. Напиток оказался произведенным в Грузии. Да, эта республика при СССР славилась лимонадами, многие экстракты для безалкогольных напитков оттуда по всему Союзу разводили, в том числе и знаменитый «Тархун».

В каюте сгрузил добычу на стол, предложил морячку перекусить. Тот отказываться не стал. Лимонад оказался неожиданно вкусным – хоть что-то есть, что в Грузии умеют делать, а то был у меня знакомый, которого после армии на автобазе на грузовик «Колхида» посадили, так он про грузинский автопром только матерно мог высказывался. Такие слова употреблял, какие я даже на стройке не слыхал. Большой был умелец по делу словесности, а все потому, что сел за баранку грузинского тарантаса. И, что характерно, тот факт, что с момента его работы уже прошло лет двадцать ничуть на степени любви соседа к сумрачному поделию колхидских автостроителей не повлияло. Видать, очень хорошо прочувствовал настоящее грузинское качество, как говорится, на всю жизнь.