Коста I (СИ) - Клеванский Кирилл Сергеевич "Дрой" - Страница 36

— На этом сегодняшнее занятие можем завершить, — скомандовала леди Тона. — Как вы могли убедиться, использовать свое собственное заклинание зачастую в разы труднее, чем заклинание Духа. При возможности отрабатывайте на Полигоне, к следующему занятию жду вопросы. Без них я не смогу помочь вам с теми проблемами, которые у вас возникают. Не забывайте, что это шестой год обучения, так что все будет напрямую зависеть от вас самих, а не от преподавательского состава. Детство кончилось.

Коста внутренне скривился. Детство… в шестнадцать-семнадцать-восемнадцать или сколько там лет окружавшим его переросткам. В таком возрасте большинство в Кагиллуре уже успели поведать… всякого. Некоторые растили собственных детей. А с десяти лет большинство трудились на фабриках, в лавках, в теплицах, на фермах — да где угодно. Лишь бы получить в карман несколько назов.

А здесь… Спиритуалисты. Которые должны оберегать человечество… прощаются с детством. В шестнадцать лет…

Леди Тона собрала вещи и разрешила всем удалиться.

— Ну, вроде неплохо прошло, — потянулся Зак, хрустнув позвонками. — Пойдемте. До Малого Полигона не так близко. А сэр Падани не любит, когда к нему опаздывают.

Сэр… очередной Рыцарь. Впрочем, чего еще ожидать от Оплота. Которого, по сути, Коста еще пока и не видел-то толком. Да и, если честно, не сильно горел желанием увидеть.

Ладно.

Если совсем уж честно и без лишней скромности — разумеется, хотел. Но! Только в случае предсмертного желания перед тем, как его поведут на плаху. Лишний раз показывать нос из-за стен Академии — не самый лучший выбор.

— Алекс, а как так получилось, что у тебя все еще нет своего Духа? — спросил барон Замской, пока они шли по утоптанной тропинке между деревьев. Настоящих, о Пылающая Бездна, деревьев!

Проныра повернулся и чуть выгнул бровь. Сегодня у всех какой-то заговор, что ли? Задавать ему вопросы, ответ на которые даже в теории легко бы ускользнул от его и без того вскипающего сознания.

«Как так получилось, что у меня нет моего Духа… ты бы лучше спросил, как так получилось, что я в принципе здесь оказался! Я бы, конечно, все равно не ответил, но хоть соврал бы что-то дельное», — подумал Коста, а вслух… ничего не ответил. Не успел.

— Ой, извини, ты, наверное, не очень понял, что я спрашиваю… — стушевалась его аристократическая светлость. — Я знаю, что не все рождаются с пробужденным Духом. Это, в целом, редкость. И обычно такие Духи все ранга Среднего и выше. Правда еще, вроде, не было такого, чтобы кто-то родился с Великим Духом… Ха! Если бы такое произошло, то, глядишь, Темные Спиритуалисты не опустили бы под воду десятую часть суши… Чон, не начинай!

— Я ничего и не начинаю, — тут же пожал плечами паргалец.

Прежде чем Проныра успел удивиться и задуматься о сути происходящего, в разговор уже вклинился Зак и шепнул на ухо. Слишком громко шепнул.

— Просто Чон придерживается точки зрения, что Темные Спиритуалисты не заслуживают гонений.

— Слушай, не передергивай, — скорчил мину Чон Чин Гук. — Все знают, что Темные Духи сводят с ума своих владельцев и превращают их в маньяков.

— Но-о-о… — хором протянули барон с Шонси, видимо, заранее зная, на какую стезю съедет разговор.

— Но несколько веков назад, почти сразу после Мерцания, у нас был самый большой шанс спасти человечество, и Темные им воспользовались, — не стал увиливать или выбирать аккуратные слова паргалец. — Да, возможно, они сделали это в своей извращенной, маньяческой манере, в которой действовали под влиянием Темных Духов, но они попытались…

— Никто не знает, что они там пытались, — перебил его барон Замской. — Может, спасти наш мир, а может — добить. Спекулировать, друг мой, можно сколько угодно. Но факт остается фактом: каждый. И я подчеркиваю — каждый Темный Спиритуалист рано или поздно превращается в кровавого монстра. Разум человека попросту неспособен противостоять влиянию Темных Духов. Это доказанный, тысячу раз проверенный факт. И чем старше Темный Спиритуалист, тем он, в целом, меньше похож на человека.

Чон поднял ладони в сдающемся жесте.

— Я и не спорю. Просто мне немного неприятно, что мы обсуждаем убийство детей, барон.

— А кому приятно? Но если ты помнишь историю, в Спарте покалеченных детей вообще со скалы сбрасывали. А тут не покалеченное дитя, а монстр. Который убьет всех, с кем окажется рядом. Сколько поселков и даже Городов Четвертного ранга было уничтожено только потому, что кто-то пытался сберечь Темного? Сотни тысяч жизней. Закон на то и Закон, Чон. На пустом месте бы не возник.

Ребята ненадолго замолчали, а Проныра шел рядом и молчал. Он знал. Давно знал, что ему на роду написано превратиться в ненасытное до крови чудище. И потому старался избегать всего, что касалось насилия. Настолько, насколько это было возможно, учитывая место, где он вырос. Так что хотя бы старался не допускать убийст… отрицательного выживания своих недругов. Даже сам термин, само слово, обозначавшее окончание жизни, стало для него табуированным.

Может быть, тогда, может, в таком случае он сможет еще немного побродить по миру в своем собственном сознании, а не в том, что из него пытается слепить спящая где-то внутри тварь.

— Так что, Алекс, мне просто непонятно, почему за шесть лет тебе не дали Поглотить Камень Дикого Духа, — вернулся к изначальной теме барон Замской. — У нас, в Старом Мире, всем, кто родился без своего собственного духа, дают в безопасной обстановке Поглотить Крохотного Дикого Духа. Это совсем несложно, а самих таких духов в достатке, и…

— И все-то ты знаешь, барон, — вновь вклинился Шонси, закинувший за спину свою кожаную сумку. — Это у нас их в достатке. Потому что от Оплота до Северной Стены Земель Духов всего несколько дней верхом. Да и сам Старый Мир и Паргал несоизмеримо больше Республиканского Континента. Так что, может, у них там совсем все иначе обстоит. Или просто не хотят забивать Духовное пространство своих Спиритуалистов всякой мелочью. Правильно я говорю, Алекс?

«Да чтоб я знал, воронье гнездо ты непричесанное! Я вот, к примеру, могу объяснить, как выкрасть сосиску из лавки мясника так, чтобы не заметил никто, а ты мне про Духовное пространство», — мысленно воскликнул Коста, а ответил простое:

— Наверное. Простить. Плохо понимать. Много всяких слов слышать сегодня. Думать надо. Сильно. Долго.

И желательно — как можно дальше от Оплота. Думать над тем, как получше дополнить все с ним произошедшее, чтобы в рассказе звучало посмешнее. Но хотя бы из разговора с новыми знакомыми он понял, какой стратегии придерживаться в подобных вопросах.

Да, не накормили его в детстве Республиканские жадины Крохотным Духом. Вот и ходил он сиротой. Своего заклинания нет. Духа отродясь не видал. И, самое главное, денег тоже нет. А они нужны. Чтобы за оставшиеся тринадцать дней сделать отсюда ноги! Потому что, Святые Небеса ему свидетели, Проныра буквально чувствовал, как под пятками горела земля.

Чем дольше времени он находится в Оплоте, тем выше его шансы проститься не только с братьями и сестрами, но и с собственной головой.

Под эти нерадужные мысли и разговоры ни о чем они дошли до Малого Полигона. Проныра понятия не имел, чем тот отличался от Большого Полигона, но внешне здание выглядело громадным… бубликом. С дыркой посередине. Каменные стены поднимались на несколько метров вверх, и стоило подойти к ним поближе, как Коста ощутил урчание где-то внутри сознания. Видимо, постройку окружали не только видимые стены (как, собственно, и видневшаяся с этого холма Городская Стена), но и спиритические тоже.

Пройдя внутрь и свернув по коридору в мужскую раздевалку, где немного удушливо пахло своим и чужим потом, Спиритуалисты… вновь начали переодеваться. Благо Проныра взял с собой все те же вещи, что и его новые знакомые, так что не попал впросак.

Ему опять пришлось оголять, благо не до полной наготы, свое тело. И вновь, как и утром, под потолком послышались шепотки коротких переговоров.