Дарина – разрушительница заклятий. Ключ к древнему пророчеству - Гаглоев Евгений Фронтикович - Страница 4

Мальчишка остановил машину на песчаном пригорке под большим раскидистым деревом, дабы скрыть ее в тени от палящих солнечных лучей.

Неподалеку они увидели длинный деревянный причал, возле которого покачивались лодки рыбаков из ближайшей деревушки. Лодки были привязаны к причалу тонкими цепями или веревками, которые легко можно было разрезать. На причале сидело несколько крупных чаек. Птицы нисколько не испугались детей, – наверное, успели привыкнуть к людям. Птицы с любопытством поглядывали на незнакомых ребят и сопровождавшего их кота.

– Одолжим ненадолго лодку, – предложил Пима. – Все равно рядом никого нет. Местные, скорее всего, еще спят, так что даже ни о чем не узнают.

– Попробуйте, – ответила Дарина. – А я пока поищу хворост для костра.

Мальчишки вместе с Акацием слезли с машины и побежали к причалу, а девочка забросила на плечо свой рюкзачок – так, на всякий случай – и зашагала в ближайший лесок. Вплотную к песчаному пляжу подступали заросли малины, за которыми шелестела листьями березовая роща.

«Там обязательно найдутся сухие ветки для костра», – подумала Дарина.

Тем временем Пима вытащил из кармана своего халата большой складной нож. Они с Тришем срезали два длинных тонких березовых прута и быстро сделали из них пару удочек. В карманах юного изобретателя нашлись и рыболовные крючки из проволоки, и моток лески. Кот ловко разрыл лапами землю под причалом и откопал несколько жирных дождевых червей для наживки.

Затем мальчишки отвязали самую крайнюю лодку. Акаций с готовностью запрыгнул в нее и нетерпеливо забегал по корме. Оставалось лишь надеяться, что никто из владельцев не заявится на берег и не поднимет шума.

На середине озера в воде плескалась крупная рыба. Солнечные блики так и играли на ее чешуе.

– Рыбка! – восторженно закричал Акаций и забил хвостом по бокам. – Обожаю рыбку! Ох и поедим сейчас!

– Сначала нужно ее поймать, – резонно заметил Пима.

– Так действуй, толстопузик, – бросил ему кот. – Зря я тебе, что ли, червяков искал?

Пима укоризненно покачал головой и прошел на нос лодки. Триш подал ему весла, затем тоже перелез через борт. Они оттолкнулись от причала, и лодка легко заскользила по водной поверхности.

Несколько чаек покачивалось на воде, высматривая рыбу и не обращая особого внимания на юных рыбаков. Пима насадил на крючок червяка и забросил его в воду. Триш последовал его примеру. Началось долгое и томительное ожидание.

В это время Дарина направилась к березовой рощице напрямую через колючие заросли малины. Внезапно она заметила на ветках множество крупных спелых ягод. В Белой Гриве малина была большой редкостью, поскольку местные жители в основном выращивали клубнику.

Дарина сорвала несколько ягод, положила в рот и зажмурилась от восхитительного вкуса, моментально забыв, куда и зачем шла. Она начала рвать ягоды обеими руками, но почти сразу подумала, что мальчишки тоже не откажутся от такого угощения. Хорошо бы принести им побольше. Вот только куда складывать ягоды? В рюкзак? Но он испачкается, а ягоды помнутся…

Тут Дарина вспомнила, что видела в багажнике рядом с сундуком ведьмы Амалии пустое ведерко. Если наполнить его малиной, хватит и прожорливому Тришу, и сладкоежке Пигмалиону. А кот наверняка откажется. Коты ведь не едят ягоды.

Но уйти из малинника оказалось непросто. Спелые, просвечивающие на солнце ягоды сами просились в рот. Дарина срывала их одну за другой, уходя все дальше от машины, и вдруг поняла, что уже не помнит, с какой стороны находится тропинка, по которой она пришла.

Оглядевшись по сторонам, Дарина решила, что лучше идти на крики чаек, чтобы попасть обратно на песчаный пляж. Пробравшись через малинник, она очутилась на поляне, посреди которой возвышался пригорок, а на пригорке валялась шуба с густым мехом.

– Надо же, – удивилась девочка, – какой-то болван такую хорошую шубу выбросил! Да из нее всему приюту на зиму варежек можно нашить.

Дарина схватила шубу и потянула изо всех сил. И тут весь пригорок, который был раза в два, а то и в три больше девочки, с недовольным ворчанием начал поворачиваться.

Ошеломленная Дарина увидела свирепые глаза и оскаленную пасть. Ей еще никогда не доводилось встречаться лицом к лицу с медведем, но тут она сразу догадалась, что это за зверь. Он был огромный. Морда перемазана малиновым соком, веточки и листья застряли в густой шерсти. Он удивленно уставился на девочку и вопросительно фыркнул.

И тут Дарина сделала то, чего сама не ожидала. Она всегда считала себя на редкость смелой, но при виде гигантских медвежьих зубов девочка издала такой вопль, что зверь подпрыгнул на месте от неожиданности, а затем бросился в лес, не разбирая дороги. С перепугу он сшиб на бегу молодую березку. Послышался громкий треск, деревце переломилось пополам, а с ветки взмыла потревоженная чайка и с хриплым криком понеслась в сторону озера. Девочка побежала в противоположную сторону, не переставая визжать от страха.

В это время Пигмалион в очередной раз взмахнул удочкой над головой, чтобы закинуть крючок подальше. Его леска захлестнула лапу пролетавшей чайки – той самой, которая только что сорвалась с березы. Птица забила крыльями и заорала громче Дарины.

– Эй! А ну, отдай мою леску! – рассердился Пима и резко потянул удочку на себя.

Не ожидавшая такого поворота событий чайка забилась еще сильнее и окончательно запутала леску.

– Отпускай! – завопил Триш.

– Удочку не отдам, – упрямо заявил Пима.

– Отдай, а то хуже будет! – крикнул Акаций.

– Чего? – не расслышал Пима.

Пространство вокруг озера наполнилось громкими криками птиц и хлопаньем крыльев. Целая стая чаек взмыла в небо. Только что возле причала их было не больше десятка и вдруг оказалось несколько сотен!

– Она позвала подмогу, – в ужасе заорал кот, зажимая уши.

Что тут началось! Чайки пикировали на лодку, били пассажиров крыльями и клювами, осыпали их своими «снарядами».

– Полундра! – верещал Акаций.

Горе-рыбаки заметались по лодке. В мгновение ока они сплошь покрылись вонючими белыми потеками.

Над озером стоял такой шум и гам, аж уши закладывало. А тут еще и Дарина с визгом выбежала на берег.

– Караул! – Акаций вцепился когтями в край лодки, всеми силами стараясь не оказаться за бортом.

Тут особо меткая чайка сбросила снаряд прямо ему на голову. Кот завертелся волчком, судорожно замахал передними лапами и начал шипеть и плеваться. Мальчишки пытались отогнать птиц веслами, но их попытки не увенчались успехом, казалось, чаек стало только больше. На заляпанных сверху донизу Пиму и Триша было жалко смотреть. Тем не менее Дарина, увидев эту сцену, забыла про медведя и с хохотом повалилась на песок.

Наконец Пима нашел решение. Он выхватил из кармана нож и перерезал туго натянутую леску. Освободившаяся чайка тут же улетела прочь. Остальные птицы последовали за ней, напоследок метнув в рыбаков еще по паре снарядов.

И над озером вновь установилась прежняя уютная тишина.

Обгаженная лодка медленно причалила к берегу. Пима и Триш тут же спрыгнули в воду и начали энергично отмываться. Кот Акаций, из черного ставший белым, плескался на мелководье и ругался на чем свет стоит. Дарина даже не думала, что коты способны так сквернословить.

Вдруг со стороны причалов послышался чей-то громкий смех. Ребята настороженно замерли. Акаций пулей вылетел из воды и хотел забиться в рюкзачок Дарины, но промахнулся и нырнул ей под мышку. Девочка взвизгнула и еле вытащила мокрого упирающегося Акация из-под руки, после чего ей удалось затолкать его в свой рюкзак.

Подняв голову, Дарина увидела невысокого добродушного старичка в поношенной рыбацкой куртке и резиновых сапогах. Он шагал к ним по песку и, заливаясь смехом, утирал ладонью слезы.

– Знатно они вас отделали, – сказал старичок. – Давно я так не хохотал. Если смех – лучшее лекарство, я просто обязан излечиться от радикулита! Вы откуда, ребятки?

– Мы путешествуем, – неуверенно ответила на вопрос Дарина. – Решили вот ненадолго остановиться, устроить привал.