Запрещённый юг (Альфа-10) - Каменистый Артем - Страница 9

Может в лагере подумают, что мы пытаемся обогнуть линию защищённых повозок, чтобы ударить с другой стороны, где стоят простые возы. Но я бы на их месте на такое предположение не купился. Они прекрасно поняли, что это наша птица, и также поняли, что мы ни за что не поверим в её смерть от старости. Следовательно, о засаде подозреваем.

Но подозрение – не уверенность. Ведь там может не засада оказаться, а одинокий лучник под маскировочным навыком. Потому и послал десяток особых стрелков. Они не самые меткие, зато, если надо далеко стрелу отправить, – рекордсмены бесспорные. Вот и проверят с безопасной дистанции, что это за место такое непростое, с которого вдруг нехорошие вещи сами по себе взлетают.

На очередной выстрел баллисты я даже не покосился. Уж не знаю, засада тут, или что-то иное, но нормальных инженеров в расчёте действительно нет. Сильно промазали на этот раз.

Отправленные вперёд бойцы замедлились, взялись за луки. Стрелы пошли ввысь, после чего начали снижаться. Вот-вот и уткнутся в иссушённую степную почву.

Но за миг до того, как это произошло, случилось странное. Воздух заколебался, замерцал причудливо, там и сям в нём начали проступать силуэты всадников, тут же скрываясь. И чем дальше, тем больше проявлялась скрытая от взоров картинка.

А затем силуэты перестали пропадать.

И колебания прекратились в один миг.

Мы, наконец, убедились, что да, это не меткий одиночка, это действительно засада. Сотни три всадников тесно сгрудились в круг, укрываясь под каким-то купольным маскировочным навыком. Не такая уж великая редкость, с подобными умениями мы уже здесь сталкивались. Но в тот раз неладное заметили гораздо раньше.

– Отступление! – скомандовал я, разворачиваясь. – Максимальный темп!

Казалось бы, зачем торопиться? Перед этим мы намеревались атаковать шесть с половиной сотен врагов, и я не сомневался, что победа будет лёгкой. Так стоит ли опасаться преследования, если в засаде их всего-то три сотни?

Но мне одного взгляда хватило на эти три сотни, чтобы уяснить многое. И кони у врагов все как на подбор, прекрасные, и доспехи на высоте, и четыре мага с телохранителями в нашу сторону сразу дёрнулись.

Это не обозники и не табунщики, это головорезы. Альфы с бетами, да омеги высокого уровня. Хорошо оснащённые, прекрасно вооружённые, с увеличенными параметрами ПОРЯДКА, с навыками боевыми. Опытные охотники на людей.

Похоже, военачальники Тхата взялись за нас всерьёз.

У нас лучшие кони. Выбирали из трофейных самых-самых. Но у них не хуже, а у многих даже получше наших.

Сможем оторваться? Или попробовать как-нибудь обхитрить?

Не оборачиваясь, скомандовал:

– Камай, первый и второй отряды имперцев отправь к тропе, что через овраги идёт. За двойным оврагом пусть сразу разворачиваются и к лагерю мудавийцев кратчайшим путём движутся. Если нас в лагере не окажется, пускай жгут за собой степь и уходят на север, до столицы. И мудавийцы тоже пусть уходят. Третий отряд остаётся с нами. Пойдём к лагерю восточнее мимо больших оврагов, а там посмотрим.

– Хочешь их разделить? – уточнил Камай.

– Естественно. Попробуем быстро разобраться с теми, что за нами пойдут, а потом встретим тех, кого притащат за собой имперцы. У нас кони получше, чем у солдат, мы быстрее должны перед лагерем оказаться.

Имперские вояки хороши, но моим дружинникам уступают значительно. Даже если оттянут на себя часть сил, схватка всё равно не будет простой. Однако это перспективнее, чем сразу на всю ораву выходить.

Мудавийцев в лагере три с лишним сотни, но рассчитывать на них не приходится. Для такой схватки это даже не мясо, а детское питание. Их задача не в бой вступать, а тихо и быстро уводить на север скот, что мы захватываем. Лагерь ключевой точкой я назначил лишь потому, что так ветер дует.

Это не шутка. Огонь ведь не потух, и при неверном манёвре мы можем загнать себя в свою же западню. Лучший вариант – пройти там, где всё уже выгорело. То есть вернуться по своим следам.

А это значит – через лагерь пастухов.

* * *

Неладное я заметил спустя полчаса. Там, вдали, прямо по курсу, вздымалось подозрительное марево. Такое я видел не раз, и во всех случаях оно означало одно: по степи движется отряд всадников. Лошади выбрались на пустынный участок, их копыта выбивают пыль, что стелется густым шлейфом.

Но нет, настолько плотного шлейфа не припомню. Очень уж мрачно выглядит, зловещий, почти смолисто-чёрный. И не понять, кто виновник его появления – там низина простирается, её глубины достаточно, чтобы с головой скрывать всадников от наших взоров.

– Птиц вперёд! – скомандовал я. – Выясни, что там за пыль!

У нас снова оба наблюдателя в деле. Тот, который потерял своего питомца, ещё и запасного с собой таскал. Лимит навыка позволял держать вторую подготовленную птицу. Жаль, что ради удобства или по иным причинам он выбрал мелкого кобчика, а это не самый лучший вариант для воздушной разведки.

– Вижу отряд всадников! – одновременно воскликнули наблюдатели.

С той стороны к нам разве что мудавийцы могут приближаться, но зачем им это? Их задача – ждать нас в лагере.

Крик обладателя «полноценного» сокола подтвердил мои худшие предположения:

– Это Тхат! Лёгкая конница! Сотни три минимум!

Второй наблюдатель добавил:

– Вижу среди них группу богатых всадников! Около десятка! И вижу дым над нашим лагерем! Много дыма! Непохоже на костры!

Проклятье! А почему снизу дым не видно?

Не о том думаю. Мало ли, почему.

Да потому.

За нас взялись даже серьёзнее, чем я предполагал. Каким-то образом они удивительно вовремя нашли лагерь и разгромили его. Надеюсь, лёгкая конница не сумела устроить полноценную резню, и людям удалось спастись.

Как бы там ни было, теперь нас зажимают с двух сторон. Или против меня гениальный организатор действует, или у них прекрасно налажены связь и наблюдение. А ведь здесь, поблизости от Запретной пустыни, с первым пунктом всё не просто плохо, а ужасно. Даже самые дорогие амулеты зачастую полностью бесполезны.

Я указал вправо:

– Туда! Живее! Наблюдатели внимание вперёд! Камай, пошли ребят чуть левее, пускай зажигают там траву.

– Ветер с юго-запада поддувает, огонь пойдёт на лагерь, – невозмутимо заметил идзумо.

– Есть там уцелевшие или нет, в лагере они точно не остались, – ответил я. – Жгите, огонь задержит этот отряд.

Если враг настолько предусмотрителен, то у него и третий отряд может найтись, причём на восточном направлении…

Вот тогда нам точно хана. Вырвутся немногие.

Заметив наш манёвр, первый отряд резко ускорился. Похоже, у них действительно есть оперативная связь, вот и не торопились до этого момента, позволяя нам неспешно расположиться между молотом и наковальней.

Оценив скорость преследователей, я понял, что своевременное обнаружение ловушки не принесло нам ощутимой выгоды. Мы лишь небольшую отсрочку получили, им потребуется не больше часа, чтобы нас догнать. Так-то шудры Камая идут или наравне с врагами, или даже чуть быстрее, а вот имперцы крепко связывают нам ноги. И оставлять их на растерзание, без малейшей надежды на спасение, нельзя.

Да, гибкая честь аристократии и не такие деяния легко прощает, но я так поступлю, лишь если ничего другого не останется, кроме как пожертвовать частью, спасая хоть кого-то.

– Камай, собирай наших, пойдём позади, немного постреляем по самым прытким.

– Понял, – кивнул идзумо. – Но у них тоже есть лучники. Да и маги.

– Вот и проверим, кто лучше стреляет. Попробуем их чуть замедлить. Если получится притормозить, имперцы пусть сразу уходят в отрыв тем же курсом. Полным ходом до каменной пустоши, а там разворачиваются к северу и как можно быстрее к главному лагерю, на соединение с остальными отрядами. Если что-то им помешает, тогда до самой столицы пускай мчатся. Нас не ждать в любом случае.

Если наши стрелы врагов огорчат, есть шанс, что южане и думать забудут про имперцев. А у нас и кони не хуже, и навыки у всадников неплохо подняты.