Город Порока - Морале Антонио - Страница 6

– Спасибо, матушка… – снова поблагодарила блондинка. – Мы придём.

– Ну всё, идите, – махнула «пророчица» рукой в сторону двери. – Доброй ночи…

– Доброй ночи, матушка…

Мы поднялись со своих мест и через несколько секунд покинули кабинет основателя культа. Мишель смахнула со лба невидимый пот, облегчённо выдохнула, покачала головой и двинулась следом за мной по пустынному коридору.

– Да уж… Давненько я так не потела, – пробормотала блондинка, проветривая платье в районе подмышек. – Эта… матушка… – язвительно прошептала Мишель. – Мне казалось, она насквозь меня видит. Ты как? Что думаешь?

– Нормально, – пожал я плечами. – Пошли спать. Утро вечера мудренее.

– Что кого мудренее? – нахмурилась юристка.

– Да так… – поморщился я. – Старая поговорка. Нужно переспать с этими мыслями, а завтра думать…

– А! – понятливо протянула Мишель. – Ну это да. Кстати, как думаешь, почему мужья и жёны спят отдельно?

– Без понятия…

Глава 2. Любой ценой

Спалось мне на новом месте… нормально. Грех жаловаться. Мой сосед слева тихонько похрапывал, а парень в дальнем конце комнаты вздрагивал и что-то кричал во сне. Но в целом – терпимо.

Мы поднялись ровно в шесть по звону колокола, пять минут потратили на благодарственные молитвы Создателю и в хаотичном порядке направились в душ.

С Мишель я пересёкся лишь во время завтрака в большой столовой, заметив блондинку в компании других женщин, окруживших её вниманием. Юристка встретилась со мной взглядом, легкомысленно улыбнулась, помахала рукой, что-то коротко бросила своим новым подружкам и уверенным шагом направилась в мою сторону.

– Алекс!

– Мишель! – кивком головы поприветствовал я свою работодательницу, усевшуюся за мой столик с кружкой чая и миской еды. – Как всё прошло?

– Да нормально, – пожала блондинка плечами, отправляя в рот ложку каши. – Девчонки как будто о чём-то умалчивают и не договаривают. Только и говорят – всё узнаешь в своё время. Что я должна узнать? А у тебя как?

– Да никак. Я спать завалился.

– Пф-ф-ф! – недовольно фыркнула девушка. – То же мне!

– Ну прости. Просто не хочу вызывать подозрения лишними вопросами в первый же день.

– Не нравится мне здесь, если честно, – сморщила Мишель носик. – Что-то тут не чисто…

– Не чисто? – удивлённо посмотрел я на девушку.

– Угу. Все какие-то слишком довольные и счастливые. Не может быть такого. Люди всегда чем-то недовольны.

– Глубокая мысль, – заметил я. – Но мы не за этим сюда приехали.

– Не за этим? – непонимающе посмотрела она на меня.

– Не для того, чтобы разбираться, всё ли здесь в порядке или нет. Ты девчонку с фото не видела? – напомнил я Мишель причину нашего визита.

– Нет, – недовольно нахмурилась юристка. – Может в детском крыле, она же ещё ребёнок по факту… И всё равно мне здесь не нравится! – упрямо повторила она.

– Угу, – не стал спорить я. – Ты кашу доедать будешь?

– Буду! – мстительно произнесла юристка, отодвинула подальше от меня свою миску и усердно заработала ложкой.

Суббота пролетела как-то незаметно…

Я прибился к компании мужчин, прикинулся простачком и начал старательно делать всё, что делали они, не забывая поглядывать по сторонам и ища среди девушек знакомое мне по фотографии лицо Ванессы Хейворд.

Мы разгрузили приехавшую с рынка машину с продуктами и отнесли ящики на склад. Закончили строительство большой беседки, смастерили лавочки, подмели и убрали за собой инструменты. Подправили крышу в том месте, где она по-видимому протекала и заменили выбитое мячом стекло в окне.

Женщины занимались шитьём и стиркой, вывешивали бельё на улице и играли с детьми.

После обеда, который состоял из варёной картошки, салата и жареной рыбы, обитатели ранчо снова высыпали на улицу, разбились на кучки по интересам и занялись своими личными делами. Одни играли в шахматы, другие в бадминтон, третьи во что-то наподобие футбола, а четвёртые просто отдыхали, лёжа на траве и поглядывая в небо или обсуждая фильмы, музыку или новости.

Всё это походило на самую обычную коммуну или общагу. Если бы не большой крест по центру здания, я бы и не подумал о её религиозном предназначении.

Мы пару раз пересеклись с Мишель, обменялись информацией и снова примкнули к своим группам – я к мужчинам, она к женщинам…

После ужина все жители собрались в просторном зале, который я посетил впервые, расселись на полу большим полукругом и в течение получаса слушали проповедь Отца о любви, жизни и смерти…

Ничего необычного и чего-то из ряда вон выходящего я не услышал. Основной посыл – любите себя, любите других, все мы смертны, но пока живы, любите людей вокруг себя.

Ни призыва к свержению правительства, ни к массовым самоубийствам, ни даже банальной, модной в это время подготовки к концу света…

– А сегодня… – закончив проповедь, предводитель общины поднялся на ноги. – Сегодня я по традиции проведу ещё одну личную беседу с нашими новобранцами – Луизой и Чарльзом.

Фух! Не с нами. Это радовало.

Народ ободряюще загалдел, а с пола поднялась парочка, держащаяся за руки – симпатичная молоденькая рыжая девушка лет двадцати и худощавый слегка сутулый молодой человек лет тридцати.

– Пойдёмте со мной, дети мои… – ободряюще улыбнулся хозяин вечеринки. – А всем остальным – доброй ночи…

– Доброй ночи, Отец… – снова загалдела толпа из почти сотни людей.

Глава общины с двумя новобранцами, наверняка завербованными на неделю или две раньше меня и Мишель, вышел из зала, а следом за ним начали потихоньку покидать комнату и все остальные, перешёптываясь между собой, увлечённо обсуждая речь своего кумира и то, как сильно повезло сегодня новеньким, ведь Отец решил лично поговорить с ними и поделиться своей бесконечной мудростью…

Я перекинулся парой нейтральных фраз с Мишель, пожелал ей спокойной ночи, проводил задумчивым взглядом, немного задержался в коридоре, пропуская обитателей ранчо, дождался подходящего момента и незаметно нырнул в боковую дверь, ведущую в детское крыло. Пора немного рискнуть…

Детскую я нашёл быстро – в самом конце длинного тёмного коридора. Точно такая же комната с двумя десятками кроватей, как и у мужчин, только украшена детскими рисунками и разрисованными библейскими мотивами стенами.

Я осторожно проскользнул в приоткрытую дверь и двинулся между ровными рядами кроватей.

Чуть больше дюжины детей уже спали. Из-под одеял торчали головки мальчиков и девочек и расслабленные, посапывающие детские личики, освещённые неярким светом настенных светильников. Возраст детей колебался, начиная с самых маленьких, от года или двух, и заканчиваясь двенадцати-тринадцатилетними подростками. Но Ванессы среди них точно не было.

Я разочарованно поморщился, повертел головой по сторонам и двинулся к выходу из комнаты…

Чёрт! Такое чувство, что мы зря потратили на это время. А у меня ведь такие планы были насчёт Хейворда… Теперь всё псу под хвост? Похоже на то. Придётся искать другого чиновника. Хотя, Хейворд был жутко хорош! В меру коррумпированный, с хорошими связями и неплохой должностью, связанной с недвижимостью…

Ладно… Несколько дней у нас в запасе ещё есть. Побудем здесь какое-то время, может девчонка и найдётся. Ну или Мишель сдружится с кем-то из девушек поближе и что-то узнает. Надеюсь, моя начальница ничего не испортит, уж слишком она принципиальна, радикальна и бескомпромиссна – если ей в голову влезет мысль разоблачить культ, то она на всё пойдёт ради этого. Хотя, в её возрасте такой максимализм – это нормально. Нужно просто приглядывать за ней, чтобы она не дай бог глупостей не натворила…

Я бесшумно выскользнул из детской, прошёл длинным коридором, вышел в центральную прихожую дома и задумчиво остановился у лестницы на второй этаж. Хм… Чем чёрт не шутит…