У Великой реки - Круз Андрей "El Rojo" - Страница 79

Петр Баранников заговорил так, что протоколист за ним печатать не успевал, даром, что как дятел долбил, а женщина, следящая за детектором лжи, лишь кивала в такт словам пленного, подтверждая их правдивость.

К нашему везению, Был Петр Баранников из вирацких мещан не подготовленным агентом и верным слугой «Камеры знаний» рыцаря ас-Ормана, а самой мелкой сошкой, осведомителем на подхвате у сией тайной службы. Выбран же он был в качестве участника засады потому, что не было на тот момент у проныры ас-Ормана никого другого из «пришлых», а аборигена, как я говорил, сразу видно. Разъезд же зуавов по командой аборигена действовать не может. Нужда подперла, короче.

Ошибка же со званием лже-зуава вышла вовсе не по вине человека из «Камеры знаний», ставившего задачу, а по дурости и невоздержанности в пьянстве самого Петра Баранникова. Лычки то он получил все три на каждую петлицу, вместе с краденым мундиром, но прежде чем успел пришить их на требуемое место, воспользовался оказией выпить. Совсем случайно и неожиданно представилась оказия эта. Выпил хорошо, а спьяну одну из лычек потерял. И решил, что и так сойдет, был просто унтер, а станет – младший. Не знал Петр, что младших унтеров у зуавов из пришлых отродясь не было. Прокололся.

Еще Петр рассказал, кто от ас-Ормана занимается вербовкой наемников для темных дел. Самого рыцаря – главу «Камеры знаний» к делу не подошьешь, но одного из помощников можно. И даже известно где искать его – в городе Гуляй Поле, что на слиянии Великой и Малой. Ну, это как раз не удивительно. Вся шваль из Новых княжеств в Гуляй Поле осела, да и аборигены туда съехались не лучшие. Нужно нанять кого-нибудь, кто твою, скажем, тещу, мог бы не только убить, а еще, скажем, и съесть – езжай в Гуляй Поле, найдешь непременно.

Зовут деловитого помощника главы вирацкой тайной службы Велер Алан, и в отличие от своего нанимателя, десять поколений предков которого пребывали в рыцарском звании, он из простолюдинов, и как бы даже не из пиратов. Всякое о нем говорят, а особенно любят повторять то, что Велеру Алану человека убить что высморкаться.

С этим самым Велером Петр Баранников путешествовал в Гуляй Поле, где они наняли компанию бандитов с Лесного Хребта, и там же Петр запомнил один адрес, по которому Велер Алан ходил. Кабак, вроде бы ничего удивительного, но Баранникова он туда не взял, и ходил явно на встречу с кем-то. Уже что-то. Уже сало. Даже ниточка, если угодно.

Пантелея же он не знал, и никогда о таком не слышал. Не знал и не слышал никогда о личе Ашмаи. Не знал баз, не знал, куда ведут порталы, не знал ничего. Мелкая сошка, что поделаешь. На мой взгляд, такому засранцу и так слишком много дали узнать, двойку поставить следует ас-Орману с его «Камерой знаний» и бывшими пиратами на подхвате.

А дальше меня попросили с допроса удалиться. Сказали, что по моей части темы закончились, а остальное мне знать не положено. Я понял, что начнут теперь Петра Баранникова как-то там вербовать или, например, на телефоне крутить, и решил подчиниться без возражений. И мы с Вяльцевым из мрачного каземата ушли.

– Ну, что скажешь? – спросил меня Вяльцев, когда мы стояли у решетчатой двери в конце подвального коридора и ждали, когда надзиратель их отопрет.

– Скажу, что есть, за что уцепиться. А вы меня когда соответствующими бумагами снабдите? – напомнил я об обещании Бердышева.

– Снабжу, не бойся. – усмехнулся инспектор. – Ты пока дело на Пантелея почитай, а я все организую. Кого вписывать?

– Меня, разумеется. Машу.

– А эту… демонессу?

– Кстати, как ее допрос прошел? – залюбопытствовал я.

– Да ну ее в бездну с такими допросами… – отмахнулся Вяльцев. – Две смены следователей поменялись, пока не догадались блокировку магии в кабинете поставить. А то они ее наперебой кто в театр вечером, а кто в ресторан звали. А сами забыли даже, чего их пригласили, пораспускали хвосты.

– Ну, это пол беды. – усмехнулся я и показал большим пальцем куда-то себе за спину. – Тот, что там, в камере, на протокол поет, тоже из-за нее здесь оказался. Они же нас убивать должны были, а вместо этого с демонессой этой любезничать начали, жалами водить и хвостом вилять. А она ему кнутом по морде, второму пулю в лоб, а дальше уже и мы влезли. Так и положили всех. Кроме одного.

– Ишь, ну ты скажи. Думаешь, ушел тот, раненый? – спросил Вяльцев, пропуская меня перед собой лязгнувшую решетчатую дверь.

– Не знаю. Трудно сказать. Надеюсь, что помер где-то в лесу. – ответил я.

Мы поднимались по лестнице из подвала, когда в след нам полетел чей-то отчаянный крик, приглушенный дверью. Кого-то тут все же пытали, причем со всей страстью.

– Не наш клиент? – спросил я.

– Нет, что ты! – отмахнулся Вяльцев. – Этот сам рад рассказать все, что знает и не знает. Что его пытать? Эльфа, скорее всего, тиранят. Поймали тут двоих при попытке взрыва складов в порту, вот и исповедуют.

Еще одна дверь захлопнулась за нами, отрезав местную версию преисподней от мира горнего, не столь неприятного. Вяльцев привел меня уже не в тот просторный кабинет, где меня допрашивали, а в маленький, с маленьким же окном, в котором едва размещался письменный стол и два жестких и неудобных стула. На двери была табличка «Ознакомление с документами». Ну, ты скажи, какие предусмотрительные, такие вот специальные комнатки завели.

Вяльцев успел предупредить кого-то нужного заранее, потому что едва мы в комнатку вошли, дверь туда распахнулась, и вошел немолодой сутулый дядек в мундире коллежского письмоводителя, который выложил перед нами не слишком толстую папку из серого картона с надписью «Дело» и номером.

– Благодарю, Сергей Семеныч. – вежливо кивнул Вяльцев.

Коллежский письмоводитель с достоинством поклонился, и вышел, не говоря ни слова.

– В общем, ты знакомься пока с добычей, охотник, а я пойду оформлю тебе сыскное поручение, чтобы ты мог нашим именем вопросы задавать. – сказал следователь.

– Только со свободной графой! – сразу поставил я условие. – Мало ли, кого я еще привлечь захочу.

– Без вопросов! – согласился Вяльцев и вышел, оставив меня в одиночестве в этой тесной как шкаф комнатке, больше напоминающей каморку для уборочного инвентаря.