У Великой реки - Круз Андрей "El Rojo" - Страница 268

Рев мотора ударил по ушам в арке, и когда покатый капот "газона" оказался в замковом дворе, Маша сделала жест рукой, словно отгоняя муху, летавшую над ней. И нас накрыл прозрачный, искрящийся местами купол.

Ударили по нам со всех сторон – со стен, из-за углов, из окон, с боя и казематов Башни Сеньора, с надвратного барбикена, откуда угодно. Купол завыл под клевками пуль, расцвел яркими вспышками, как фейерверк, но ни одна пуля нас не задела. Ну и мы не стреляли, потому как щит двусторонний, можно и рикошетом получить.

Машина лихо проскочила через просторный, мощеный каменными плитами двор, притормозила у ворот, прогрохотав колесами по валяющимся на земле железякам, бывшим раньше воротными запорами, уперлась могучим бампером с лебедкой в створки, как раз посередине, взревела… и створки со скрипом и стоном разошлись в стороны, щит мигнул и погас, тяжко вздохнула Маша, а мы, обдирая краску с бортов, протиснулись наружу, и наддав, рванули прочь из замка.

На второй щит у Маши сил не хватило уже, единственное, что она сделала, это бросила на башню темный комок "Болотного тумана", того самого, чем она прикрывала нас с Лари от буйствующей ракшасы. Там словно беззвучный взрыв раздался, башня скрылась с боя и до подошвы в сером мутном облаке, а наша волшебница просто завалилась назад, подхваченная демонессой. Из носа у нее потекла тонкая струйка крови, которую Лари заботливо стерла непонятно откуда взявшемся у нее в руке носовым платком.

Я же, прижав приклад пулемета к плечу, старался удерживать в прицеле крепостные ворота. И не зря – через минуту оттуда вылетели два "виллиса", которые резво рванули в погоню за нами. В каждом тоже стояло по пулеметчику за турелью, и они сразу же открыли огонь. Пусть неточно, дорога-то ухабистая, и у нас над головой засвистели воробьями пули. Ударила спарка пулеметов с башни, но наугад, и чуть не угодила по своим. Задняя машина даже вынуждена была так шарахнуться от очереди, что встала на два колеса и едва не перевернулась.

Слева замельтешили бревна деревенского частокола, караульный бросился вниз с вышки, выронив свою одностволку.

Какая-то лошадь, впряженная в телегу, шарахнулась от нас, гора пустых корзин посыпалась на дорогу. Возница с криками побежал в сторону деревенских ворот, призывая себе в помощь всех светлых богов. Переходившая дорогу стайка гусей шарахнулась во все стороны. Лишь их вождь – огромный серый гусак с оранжевым клювом, погнался за нами, раскинув крылья, и погиб смертью храбрых, лишь перья взлетели.

Справа открылся вид на поле, по которому бегала стайка сельских дев, сверкая голыми грязными пятками, затем какой-то мужик, до глаз заросший бородой, ведший в поводу лошадь, впряженную в телегу, груженную дровами, обложил нас последними словами, и тут же бросился в канаву, когда над головой у него прошла очередь из пулемета преследователей.

На дороге было людно – видать, население двух деревенек, прилегающих к замку, высыпало за частокол, привлеченные отчаянной пальбой во владениях их повелителя, и никак не ожидали нашей бешеной погони. Я даже боялся стрелять в ответ, опасаясь угодить в паникующих крестьян – уж они-то точно ни в чем не виноваты и к нашим разборкам – никаким боком.

Снова поворот налево, направо, деревни скрылись за холмами, вокруг замелькали выгоны для скота, местами даже огороженные жердями, тут же с двух сторон отдельными всплесками зеленого на дорогу начал наваливаться лес, возвращавший нам эхом рев нашего мотора, песок лесной почвы летел из-под колес.

Снова мы оказались в зоне огня преследователей и снова нас обстреляли, пули прошли совсем впритирку. Я ответил серией коротких очередей в ответ, целясь в машины, ни в кого не попал, лишь выбил фонтанчики пыли. Дальше склон холма скрыл нас от погони и огня с башен, но вскоре машины вынырнули из-за поворота. Одна моя очередь все же хлестнула по головной машине, я даже видел, как из нее выбило искры, и один дружинник вывалился на дорогу, покатился в кювет.

Оттуда тоже заработали пулеметы, строчка фонтанчиков хлестнула кнутом по дорожной пыли справа от нас, затем задний пулемет противника заткнулся, когда передняя машина перекрыла ему сектор обстрела. Орри еще притопил педаль газа, мотор заревел как попавший в ловушку тур-ящер, но существенного ускорения мы не добились – и так гнали почти на пределе, пользуясь тем, что грунтовка была ровной.

Балин, схватив "льюис" с капота, хотел перелезть ко мне, чтобы отбиваться "в два ствола", но я заорал, чтобы он даже не думал об этом – черт знает, кто покажется нам навстречу. И как в хрустальный шар глядел – через несколько секунд из-за очередного поворота нам навстречу выехал точно такой же "газон", да еще и с полковой пушкой на прицепе. Расчет орудия сидел спинами друг к другу в кузове, рядом с водителем красовался сержмен – командир, который замахал руками, призывая нас остановиться.

К нашему счастью, причина стрельбы в замке оказалась им не ясна, а мы неслись им навстречу на их же машине, да еще и с заметным гербом сеньора на капоте – секира на воне воздетых драконьих крыльев. Поэтому, когда Балин влупил по ним из пулемета, они никак такой подлости не ожидали. Лишь командир выкатил глаза на лоб, разглядев в хозяйской машине непонятную публику в разномастной одежде вместо пехотинцев в камуфляжных сюркотах.

Их машина свернула в сторону, завалившись в кювет одним боком, передок с орудием подпрыгнул и тоже завалился, а я даже успел бегло обстрелять копошащуюся там людскую кашу короткими очередями.

К сожалению, создать помехи преследователям не получилось, и оба "козла" неслись следом. Спасало нас лишь то, что эти кургузые машинки на жестких рессорах показывают чудеса прыгучести на самых скромных неровностях, даже таких, какие этот "газон" глотает не замечая. Но любому везению рано или поздно должен прийти конец, и какая-то из очередей, щедро выпускаемых нам вслед из двух "льюисов", должна была угодить в нас.

Дикий всплеск радости, после чего я похвалил себя за предусмотрительность – обстрел машин на стоянке и для "виллисов" бесследно не прошел – головная машина сначала отчаянно запарила, а затем резко остановилась. Движок клина поймал, судя по тому, как ее поволокло.